— Нагнись, — шепчет он. И я несколько раз моргаю, чтобы понять, что он говорит. Я готова не только нагнуться, буквально чувствую, что могу сесть так, как будет ему удобно, и, может быть, даже…
Брэндону приходится повторить, потому что у меня в глазах ритмично бьются огромные красные сердечки, как в мультфильмах, а в ушах начинает играть медленный и романтичный свадебный марш, отчего я вообще не понимаю где я и что со мной происходит.
— Нагнись, — снова повторяет Брэндон чуть громче. — Мне нужно взять кружку. Жажда замучила.
Оуууууууу.
Ой.
Я резко распахиваю глаза.
Точно.
— Эм… да, конечно, — чувствую, что губы стали сухими, как после десяти дней скитания в пустыне.
Я выныриваю из-под руки Брэндона, которой он держится за ручку шкафчика с посудой. Как только преграда в моем лице пропадает, парень распахивает дверцу и достает большой прозрачный стакан. Подходит к раковине, наливает воду.
— Это все из-за перенапряжения, — говорит он, закончив.
— Эм. Да?! — нервно тереблю рукав халата. До сих пор не могу поверить в то, что дала волю гормонам и замечталась о несбыточном и неправильном! О чем я только думала?!
— Да. Начало учебного года. Новые люди. Новое место. Новые игры, — он смотрит на меня, замолкает, но в этом молчании мне, наконец, становится комфортно. — Да и дух этот… Он совсем недавно здесь, с того времени, как ты появился.
От удивления я даже перестаю дышать.
— Не знаю почему, но я чувствую его присутствие, иногда. И могу сказать, что он бесплотен, и совсем не представляет опасности — он ничего не может сделать.
— Совсем ничего? — пищу я.
— Совсем.
— Но…странно, что прежде его не было. Ты знаешь что-нибудь о духах?
Натужно сглатываю.
— Совсем ничего. Духоведение будет только на втором курсе.
— Ах, да, — он досадливо морщится. — Ты же на факультете…этом… — он щелкает пальцами в воздухе. — Дизайна. Первый курс.
Я воинственно поднимаю подбородок вверх. Снова и снова кто-то задевает честь и достоинство моего факультета. Брэндон, будто почувствовав это, выставляет вперед ладони, словно защищаясь.
— Успокойся, никто не против дизайна. Учись на кого хочешь… — он делает паузу. — Только это…Не втягивай в свою секту тутти-фрутти других парней.
— Эй! У меня есть девушка!
— Да, да. — посмеивается он. — Мифическая девушка. Ну что ж. Спокойной ночи.
— Уф…спокойной ночи…
#знакомство с родителями
Утром я просыпаюсь от диких воплей, будто бы кто-то начал дуть в тромбон и параллельно стучать в тарелки. Зажимаю уши подушкой и забираюсь глубже под одеяло, будто таким образом можно заглушить дикие звуки джунглей.
Снова уснуть под эту какофонию не выходит.
Открываю глаза, приподнимаюсь с постели и вдруг понимаю, откуда доносятся эти душераздирающие крики, больше похожие на вой перепуганного носорога. Из моей собственной ванной комнаты!
О нет!
Кое-как натягиваю парик, не заботясь о том, что он сидит криво и косо, накидываю халат и завязываю его посвободнее, чтобы не было заметно очертаний женственной фигуры. В два счета оказываюсь у дверей в ванную.
— Эй, — интенсивно стучу по дереву. — Кто там?
Звуки, будто кто-то от всей души мучает кошку, прекращаются.
— Кто там? — басит Дэн. От злости я выдыхаю.
— Вообще-то, моя комната была закрыта на замок! Как ты вошел сюда? — гневно кричу я в малюсенькую щель.
— Ой, Кэн, не бузи, — слышу, как выключается вода и стараюсь не думать о том, что делает парень в этот момент. Особенно, что в настоящую минуту он может залезть в шкафчик и обнаружить мою косметичку. — Ванную на первом этаже все еще не починили, придется тебе потесниться.
В этот момент резко открывается дверь, выпуская клубы пара, и из ванной, как артист из искусственного дыма на сцене, выходит Дэн с одним лишь полотенцем на плечах, на которое стекает вода с его волос.
Тут же закрываю глаза ладонью, чтобы не увидеть лишнего.
— Что ты там делал? — понимаю, что вопрос слишком глупый и тут же поправляюсь: — Ты там что, животных мучал?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Дэн гогочет.
— Не волнуйся, никаких животных я не мучал, даже удава не душил.
— Фууу! — от негодования я убираю ладонь от лица, но вижу, что Дэн за это время и не думал одеться — он спокойно вытирает волосы единственным полотенцем, которое взял с собой. И я тут же возвращаю ладонь на место, закрывая глаза.
— Я пел. Это песня… — тут он начинает издавать какие-то звуки, идентичные тому, какие издают макаки в брачный период.
— О нет! Замолчи! — выставляю вперед свободную руку. Дэн хихикает, но замолкает. — Ты не ответил: как сюда попал?
— Так у меня ключи от этой комнаты остались.
— Что-о-о, — я снова распахиваю глаза, убрав ладонь, и натыкаюсь на смеющегося Дэна.
— Для тутти-фрутти ты довольно робкий, — замечает он, и, посвистывая, удаляется из комнаты, шлепая босыми ногами по полу.
— Уф-ф-ф, — выдыхаю я и складываю руки на груди. — Черт, с этим нужно что-то делать…
Я поворачиваюсь к шкафу, планируя взять полотенце и пойти в ванную комнату, как тут вдруг за спиной слышу торопливые шаги.
— О, Кэн, бро, привет, — Лэндон не задерживается и без лишних разговоров ныряет за дверь моей ванной. Я слышу, как щелкает защелка на двери. — Спасибо, бро.
Закатываю глаза и давлю в себе всхлип негодования.
Нет, с ванной парней на первом этаже однозначно нужно что-то делать, так долго продолжаться не может!
#знакомство с родителями
Мой преподаватель по теории дизайна одежды, похожий на Тимма Ганна, с улыбкой смотрит на нас четверых, пока мы топчемся у входа в учительскую спустя пару часов.
— И все же, я думаю, что по поводу духа в вашем доме нужно побеседовать с Алексом Кромби, — говорит он после короткого раздумья.
Брэндон издает неопределенный звук, который можно расценить и как звук радости, и как звук черного проклятия. Хотя, скорее всего, второе будет больше похоже на правду.
— Он один из лучших заклинателей льда, сильный чистокровный маг, практик. Конечно, вы можете побеседовать с Сильвией, но поймите, она больше теоретик, и от нее вы только узнаете, к какому подвиду относится ваш дух, но никак не сможете узнать причину, по которой он оказался у вас, и, тем более, избавиться от него.
На последнем слове он делает большие глаза, и мне кажется, что там загорается огонек предвкушения, совсем как у диабетика рядом со сладким пирожным.
— Спасибо, профессор, — бурчу я.
Парни разворачиваются и вываливаются из учительской.
— Молодой человек, — вдруг хитро щурит глаза Тимм Ганн. — Не забывайте об одном важном правиле: одежда может изменить вашу личность, но ненадолго. Однажды индивидуальность попросится наружу, и сдержать ее вы не сможете.
Я сглатываю и пячусь спиной к двери, пытаясь отыскать ручку, чтобы выскользнуть из комнаты и выпасть из перекрестного обстрела мудрых глаз преподавателя, который, кажется, наслаждается моим замешательством.
— Н-н-не понимаю, о чем вы, — неестественным баском отвечаю ему.
— Конечно — конечно, — подмигивает Тимм Ганн. — Это вполне естественная реакция!
Наконец, мне удается выдохнуть. В коридоре никого нет, только мои невольные соседи убеждают в чем-то Брэндона. Он вяло отмахивается от них, ерошит в волнении волосы и вообще выглядит так, будто ему хочется провалиться сквозь землю, оказаться за тридевять земель отсюда, сменить паспорт и стать продавцом бананов на Таити, только бы не быть центром внимания своих друзей.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Ну хорошо! — сдается он. — Пойдемте!
Лэндон тут же дает «пять» Дэну.
— В чем дело? — подхожу к парням.
Брэндон и Лэндон обмениваются взглядами и идут вперед по коридору. Туда, где находится вторая учительская.
— Не все гладко в королевстве Кромби, — шепчет мне Дэн и хлопает по плечу, от чего мне хочется охнуть и присесть под весом его ладони.
