Индию, Вьетнам, Таиланд, Индонезию и так далее). В 1990‑х, с развитием неолиберализма и постепенной деиндустриализацией Европы, лейблы, производящие предметы роскоши или товары высокого класса, последовали этой тенденции, не имея возможности позволить себе затраты на рабочую силу на месте. В настоящее время «made in China» — прежде всего дисквалифицирующий ярлык, обозначающий не реальные качества продукции, а воображаемые. Также это символ делокализации.
Проблема лейбла «made in China» впервые всплыла в моем интервью с Педро, торговым представителем элитного французского бренда, о котором говорилось выше. За ежемесячную зарплату в 6000 евро Педро ищет каналы распространения и разрабатывает стратегии продаж на международном уровне, через универмаги, независимые бутики и франчайзинговые магазины, которые в свою очередь продают продукцию непосредственно клиентам. Когда я попросила его дать мне интервью, он назначил мне встречу в парижском баре на улице Фобур-Сен-Дени, который он любит называть своей штаб-квартирой. У Педро изысканная внешность: он носит серебряные кольца, модную одежду и эксцентричные очки.
Во время интервью я спрашиваю, какие представления о моде и о работниках моды существуют в обществе. Отвечая на этот вопрос, Педро вводит проблему феномена «made in China», с которым он сталкивается в работе, поскольку бренд, который его нанимает, производит одежду в Китае. Даже не дождавшись вопроса, который я хотела задать, он объясняет, как кампании в СМИ против «made in China» повлияли на поведение потребителей: «Мнения в этой области сильно меняются. Мы наблюдаем это в течение последнего года или около того: „Это сделано в Китае? Я такое не покупаю“. По совершенно глупым причинам».
После этого вступления Педро начинает долгий монолог, почти систематически игнорируя мои вопросы. Его речь начинается с заявления, состоящего из четырех пунктов:
Во-первых, разговор о цене: «Это сделано в Китае, это стоит сто евро, это слишком дорого, я это не покупаю». Существует и этическая тема, в которую я не очень верю: «Но там же дети работают, поэтому я не покупаю это». Или такой дискурсе: «Ах, но посмотрите, они закрыли заводы во Франции, теперь они производят в Китае, это отвратительно». И на все это есть ответы. И наконец есть четвертый пункт, самый мерзкий.
Его манера аргументировать и структурированность его высказываний дают мне понять, что он уже не раз выступал по работе с этой речью. Ярлык «made in China», очевидно, представляет реальную проблему для бренда, поскольку многие отказываются от покупки, как только видят этикетку. Поэтому Педро составил для своих клиентов целую памятку, чтобы те, в свою очередь, могли с ее помощью переубеждать покупательниц. Однако успеха это не принесло:
Моя работа — очень хорошая работа, но только не когда клиенты мне говорят: «Педро, честно, бывает, мы тратим на покупательницу двадцать минут, а в итоге она не берет вещь только потому, что она китайская».
Вот, что обычно отвечает Педро на доводы щепетильных покупателей:
Если мы можем производить футболки во Франции, мы это делаем. Сегодня так уже не делает никто. Я упомянул футболки, и, возможно, это не самый лучший пример, но некоторые виды продукции, такие как, например, трикотаж, больше не могут производить во Франции по приемлемой цене. Все закрывается. Итак, когда производить во Франции станет возможным — мы первыми это заявляем — мы это сделаем.
Здесь он говорит об общей тенденции к делокализации производства и деиндустриализации Запада. Современная глобализация привела к тому, что во многих европейских странах промышленные предприятия почти полностью исчезли. Помимо катастрофических последствий для занятости, это привело к увеличению издержек при производстве в Европе и значительному сокращению числа местных товаров. Только люксовые бренды и то не всегда, как мы увидим, могут позволить себе в настоящее время производить часть товаров во Франции или Италии без ущерба для своего бюджета. Бренды премиум-класса (к этой категории относится и тот, на который работает Педро) полностью переносят производство, и именно этот аспект отличает их от так называемых люксовых брендов. С юридической точки зрения разница между люксовым и премиальным товаром заключается именно в месте производства и доле ремесленного труда[48].
На второй аргумент Педро отвечает так:
Связь «Made in China» с детским трудом — это полная чушь, потому что сегодня, если ты покупаешь товар определенного типа, определенного уровня, с таким лейблом, как Armani или Dior, он обязательно будет произведен в Китае. Мы все сотрудничаем с предприятиями, которые уважают европейские принципы, которые уважают человеческие принципы. Таких производств в Китае не так много, но мы работаем только с ними.
Педро критикует ошибочные, как он считает, сообщения СМИ об условиях труда в Китае, особенно для детей. Он утверждает, что все бренды, включая люксовые, производятся в Китае и что бренд, который он представляет, решил работать с немногочисленными производителями, которые соблюдают трудовое право. Затем он объясняет причины такого выбора:
Потому что мы не хотим иметь проблемы, ведь мы разделяем ответственность за их действия. Я не знаю, известно ли тебе это, но юридически мы должны гарантировать нашим клиентам, что наша продукция сертифицирована, что она производится только взрослыми людьми, что за этим установлен контроль и так далее. Не знаю, так ли это на самом деле, но в любом случае сегодня мы подписываем такие документы, потому что обязаны. Я знаю, что в Китае подобных производителей немного, но они есть. Так что существует два Китая.
Бренд заказывает продукцию у этичных производителей по коммерческим, а не моральным причинам, потому что так надо. Интересно отметить, как Педро уклончиво говорит: «Не знаю, так ли это на самом деле» — это выдает в нем прежде всего коммерсанта, заинтересованного в продаже товара, а не в соблюдении трудовых прав и прав человека; реальные факты мало его интересуют. Он создает двойственное представление о Китае, который, подобно двуликому Янусу, будто бы, с одной стороны, воплощает упадок морали и низкое качество продукции (это Китай, каким его видят покупательницы), а с другой, отвечает цивилизованным и, следовательно, высоконравственным стандартам, производя качественные товары (как для бренда, на который работает Педро).
По третьему пункту Педро отвечает так:
Когда мы производим продукт в Китае, мы отправляем туда итальянскую пряжу. Так что если покупательниц беспокоит качество, то факт того, что это произведено в Китае, не должен быть проблемой, так как качество товара гарантировано итальянской пряжей. Если вещь тебе не подойдет, ты всегда можешь ее вернуть или обменять. И это нормально. Примерь ее и, если тебе
