что венчал его короткий ствол, вдруг раскрылся красивый женский глаз с голубым зрачком. Растение встряхнулось и похлопало длинными ресницами. Осмотрелось вокруг и, резво перебирая корнями, служивших ему ногами, помчалось в сторону поля.
— Фича, куда же ты? — полетел вслед взволнованный оклик Главного Гота.
Растение добежало до кромки поля и быстро закопалось корнями-ногами в почву.
— Обиделась, — сделал вывод Рамбус.
Подошедший к окну адъютант взглянул вниз на любимый цветок предводителя и неодобрительно покачал головой:
— Капризный характер. — И рассудительно добавил: — Никуда не денется, ночью замерзнет, сама назад придет.
— Да, Гомель, вы правы. Ничто не усмиряет характер лучше голода и холода. Итак, господа офицеры, на сегодня совещание объявляю закрытым. Все свободны.
Военные встали и направились к выходу из кабинета.
— Херц! — Услышав свое имя, офицер обернулся в ожидании приказа. — Начинайте действовать с теми мощностями, что мы пока имеем. Пусть земляне не думают, что победа осталась за ними.
— Будет исполнено, Ваше превосходительство! — Херц кивнул головой и вышел следом за остальными.
Из помещения, где обычно Готы проводили совещания, Рамбус перешел в соседнюю комнату, служившей ему личным кабинетом, где предводителя уже ожидал его помощник и адъютант Гомель.
В отличие от зала совещаний кабинет Рамбуса был обставлен с большим комфортом. Единственное окно занавешено красивыми плотными шторами. В одном углу возвышались напольные часы, в другом — двухкамерный холодильник. В центре стояло удобное мягкое кресло, кофейный столик из орехового дерева. На стене висел плазменный телевизор, под ним на изогнутых ножках стеклянная подставка с домашней видеосистемой. Все предметы интерьера были захвачены Готами на Земле.
— Поставь диск, — приказал Рамбус адъютанту, усаживаясь в кресло.
Гомель подошел к стоявшему возле кресла предводителя столику, на котором лежало несколько коробочек с DVD-дисками и вытащил один из них.
— Этот?
Верховный Гот взглянул на протянутую ему коробочку, кивнул и откинул голову на мягкую спинку кресла.
Адъютант вытащил диск и вставил его в дисковод стереосистемы. Зажегся голубоватый экран большого плазменного телевизора, на нем появились предшествующие фильму титры.
— Наши противники далеко продвинулись в этом направлении. Просмотр кинокартин крайне увлекательное занятие, хотя мне не все понятно из увиденного, — размышляя, сказал Рамбус. — В наши руки попало большое количество отснятого землянами материала. Это поможет нам изучить их образ жизни. О врагах нужно знать все.
— Да, Ваше Превосходительство. На нашей планете мы почему-то даже и не думали, что может существовать такое производство, как киноиндустрия.
— Когда мы захватим Землю, то вся эта, как ты сказал, киноиндустрия будет работать только на нас. Пленники создадут новые фильмы об истории и военных подвигах Готов.
— Мудрое решение, Ваше Превосходительство, — согласился адъютант. — У Готов славная история.
Верховный Предводитель рассеяно кивнул. Мысли его уже были заняты совсем другим. Взгляд Главного Гота сосредоточился на фильме, в начальных кадрах которого совершали странный ритуал атлетического телосложения парень и привлекательная стройная девушка. Они страстно терлись друг об друга губами. Насколько мог судить Главный Гот по закатившимся в экстазе глазам и легким стонам, сей странный процесс доставлял обоим удовольствие. Молодые люди переместились на широкую кровать и, не отрывая губ, принялись медленно раздевать друг друга. Рамбус и его адъютант в изумлении уставились на экран телевизора, динамики которого издавали звуки все громче и громче. Обнаженные тела на кровати сплетались и расплетались, меняли позиции, сопровождая непонятный Готам процесс страстными стонами и криками.
Рамбус в крайнем изумлении сопровождал телодвижения землян наклонами головы то вправо, то влево, и, не выдержав, озадаченно произнес:
— Я посмотрел немало захваченных на Земле фильмов. Основная часть изображённых в них действий мне понятна. Люди дерутся, убивают друг друга, стремятся отнять чужое добро, сильные провозглашают господство, слабые им подчиняются — все это естественные и привычные для нас процессы. Но в данном случае мне совершенно не ясна суть занятий двоих этих землян.
— Акт свершения действий налицо, оба получают от этого удовольствие, даже несмотря на обильное потоотделение от прилагаемых усилий, — рассудительно заметил Гомель. — Суммируя вышесказанное и следуя путем логических умозаключений, из увиденного материала напрашивается лишь один вывод — парочка на кровати выполняет какую-то работу, но…
— Я и без тебя вижу, что они работают, — оборвал его Рамбус. — Но ради чего? Где результат?! Где произведенная ими продукция? И почему они работают в таких странных позициях?
Главный Гот не мог скрыть раздражения, что всегда вызывало в нем все непонятное. Особенно если это непонятное исходило от врагов, для победы над которыми необходимо было знать все их мысли, желания, образ действия, причины поступков. В противном случае поражение неизбежно. Рамбус взял пустую коробку из-под диска с надписью: «Диана — дикая штучка» и принялся внимательно разглядывать изображенную на ней фотографию мало одетой девушки. Точнее, совсем не одетой.
— Да, — задумчиво произнес он и отбросил коробку на столик, — мало мы еще знаем наших врагов.
Из телевизора зазвучали возгласы девушки, доведенной до самого пика страсти. Неожиданно стоны воспламенили в душе Главного Гота странные эмоции. Тёплая волна поднялась откуда-то из глубин подсознания, охватила тело и подчинила разум. В причинах возникновения эмоций Рамбус разобраться не мог, но одно он мог признать совершенно точно — эти чувства ему были очень и очень приятны. Он еще раз внимательно посмотрел на экран и добавил:
— Судя по энтузиазму, с каким они трудятся, можно понять, эта работа для них необычайно важна и очень необходима. Диана совсем не похожа на мужчину. Это женщина!!!
— Женщина?! — Гомель вытаращил глаза на Предводителя.
— Конечно. Мне, в свою очередь, непонятно ваше удивление. Мы же просмотрели дюжину дисков и слышали, что земляне разделяют свою популяцию на два вида: мужской и женский.
— Вы, совершенно правы, Ваше Превосходительство, — замялся адъютант, — но как вы сумели определить, что эта Диана принадлежит к женскому виду?
— А вы разве не заметили, Гомель, у этого землянина другое телосложение?
— Я не придал этому значения, — смутился адъютант.
— В нашем деле мелочей не бывает, — строго заметил Предводитель Готов. — Взгляните на этого представителя мужской популяции. Очевидно, что он гордится той мелочью, что отличает его от представителя женской популяции.
— Полностью с Вами согласен, Ваше Превосходительство. Лицо этого самца лучится самодовольством. Не понимаю, чем он так гордится.
Рамбус вопросительно взглянул на адъютанта.
— Самца?
— Так точно, Ваше Превосходительство. Именно так она его называет.
— Даа, — задумчиво протянул Верховный Гот. — Удивительно, сколь велика межвидовая разница на Земле. Один упивается мелочью, другая странными звуками полностью парализовала волю партнёра. Слишком много загадок. Все, Гомель, можете выключать.
Рамбус хотел было подняться с кресла, но вновь задумался. Странные чувства, даже после того, как экран погас, по-прежнему
