Посмотреть на работу профессионала всегда приятно, так что мы с любопытством собрались возле ограды. Тролль, бормоча себе под нос какую-то галиматью, спокойно раскрыл дверь и вошел внутрь. Никто из находящихся внутри не попытался выскочить, наоборот, покойники отскочили подальше от тролля. Войдя внутрь, он начал танцевать. Зрелище, как всегда, было завораживающее. Свенсон грациозно подскакивал и взмащивал серпом, и после каждого такого взмаха несколько мертвых останавливались и отходили в сторону, теряя интерес происходящему. Остальные все еще пытались выбраться за ограду, а некоторые особо настырные пытались подойти поближе к некроманту. В общем, долго наслаждаться зрелищем нам не пришлось, через несколько минут все зомби были спокойны. Свенсон буднично приказал всем расходиться по местам и спать, что и было проделано покойными со всем возможным старанием. Могильщики, видимо еще не успели отойти от шока, потому что испуга на их лицах я не заметил. Они только возмущались тем объемом работ, который теперь предстоял – пусть обитатели могил разошлись по местам, но сколько могил теперь придется приводить в порядок!
– Парни, успокойтесь. За сверхурочную работу вам хорошо заплатят, обещаю, – потрясенно констатировал надзирающий офицер. Вот он-то как раз целиком прочувствовал опасность ситуации. – Чтоб я еще раз без оружия на смену пошел… Господин Огрунхай, вам ваша палица больше не нужна?
– Нет. А тебе зачем?
– Я ее укорочу по руке, и кольца серебряные на нее надену. Дорого, конечно, но жизнь дороже.
Щеф передал свое покрытое славой оружие жаждущему, оглядел себя и повернулся к нам:
– Так, сейчас быстро по домам. Мне надо переодеться, и тебе, Сарх, тоже. А потом навестим еще раз господина Лайвеса. Ханыга, можешь идти домой, а можешь сразу к Сарху. Но прочитай заключение специалиста, и все, что можно о Фредерике Лайвесе, когда встретимся – доложишь. Собираемся в штаб-квартире. И еще. Не нравится мне этот самопроизвольный подъем. Сдается, неспроста он случился. Мы ведь, по идее, к господину Фредерику должны были только вечером попасть!
– Понять бы еще, что такого важного он нам сказал? – меня все не отпускала мысль, что мы так и не спросили чего-то, или не обратили внимания на какую-то деталь.
– Не знаю. Но после беседы с ним, мы заинтересовались его семьей, – пробурчал шеф. – Может, этого кому-то не хотелось. В любом случае, слишком много совпадений. Неплохо бы еще раз проверить. Эх, жалко Свенсон совсем вымотался, что-то многовато покойников вокруг нас в последнее время крутится.
– Да я еще два раза по столько могу упокоить! – Возмутился подошедший к нам Свенсон.
– Тебя не спросили! А то я не вижу, что ты от клиентов своих уже и не отличаешься почти! Я твой начальник, и я тебе приказываю нанять извозчика, и ехать домой спатеньки!
– Возьмите хоть кого-нибудь из университета на всякий случай! – сдался Свенсон, который действительно еле стоял на ногах.
– Очень долго получится. Это прошение надо писать, потом пока рассмотрят в канцелярии, пока ответ получим. Долго. – это Ханыга, наконец, отдышался. До нынешнего обиталища тролля ему пришлось добираться пешком, мы сегодня были без лошадей. Гоблин, конечно, бегает очень быстро, но все равно удивительно, как он так быстро обернулся.
Тролль после такой тяжелой работы сегодня уже больше ни на что не годен. Да и вряд ли нам сегодня придется столкнуться с таким количеством неупокоенных еще раз. Мы со всей возможной скоростью разошлись по домам.
За всеми этими заботами я совсем забыл о нашей новой сотруднице, так что, обнаружив ее в приемной, был удивлен. Она начала вежливо докладывать о том, что посетителей сегодня не было, но заходили господа гномы, которые проводили техническое обслуживание водопровода (тут она с явным уважением на меня посмотрела), что она попыталась разобраться в наших документах, но пока ей не хватает некоторых пояснений, и еще что-то в этом же духе. А я тем временем обдумывал одну мысль:
– Леди Игульфрид, скажите, пожалуйста, вы, как ведьма, умеете чувствовать ложь?
Девушка сначала возмутилась, что ее перебили, и явно набрала в грудь побольше воздуха, чтобы свое возмущение высказать, но потом до нее дошел смысл вопроса, и она взяла себя в руки:
– Боюсь, это не совсем мой профиль. Но если немного подготовиться, то да, я почувствую, что разумный говорит неправду. Но только в том случае, если он сам это понимает. Он ведь может быть уверен в своих словах, но они при этом не будут истиной.
– Это я прекрасно понимаю, леди. И в любом случае, для нас это может оказаться очень полезным. И возможно, даже сегодня, – протянул я. – А нет ли у вас каких-нибудь зелий, которые вредят неупокоенным?
– Готовых – нет, – лаконично ответила леди Рагнвер, – но есть несколько рецептов. Приготовить их вам на досуге?
– Как жаль, что мы не знали об этом раньше! Вы их обязательно приготовите, леди, если решите с нами остаться. И знаете что, вы как-нибудь перечислите по пунктам, что вы умеете, и какие препараты вы можете приготовить, а то однажды получится, что вы можете помочь, а мы об этом не знаем. Но сейчас не об этом, а о помощи, которая нам от вас сегодня понадобится.
– Мы будем кого-то допрашивать? И почему вам не поможет господин Свенсон? Я слышала, он часто оказывает вам помощь в допросах?
– Дело в том, что он позволял добиться признания от преступника. Или выведать у преступника какие-то сведения. Но в любом случае, мы всегда доподлинно знали, что разумный, которого допрашивает наш патологоанатом – именно преступник. Сейчас мы в этом совсем не уверены. Мы будем беседовать с семейной парой, и вполне может оказаться так, что они оба не лгут. К тому же Свенсона сегодня беспокосит не хотелось бы, он и так устал. Так что только в крайнем случае.
Барышню явно мучило любопытство, чем же загадочный Свенсон, с которым она даже не успела познакомиться (но о котором уже наслышана!) сегодня таким трудным занимался, но спросить не решилась. Я же отправился наверх – костюм мой действительно пострадал после похода на кладбище. А заодно решил поискать маленький серебряный кинжал, который должен был валяться где-то в куче с остальным оружием. Что-то в последнее время слишком много вокруг нас мертвецов, так что лучше все-таки обезопасить себя, насколько возможно.
За поиском кинжала я скоротал немного времени. Мне хотелось спуститься вниз и пообедать, но, во-первых, еду нужно было еще приготовить, а во-вторых – там была леди Игульфрид. И с ней нужно было как-то общаться, а я не слишком хорошо общаюсь с малознакомыми разумными. То есть, если это какой-то деловой разговор, то все нормально, но вот именно налаживать дружеские, или хотя бы приятельские отношения – это для меня трудно. Это вполне терпимое неудобство, и я давно смирился с такой особенностью своего характера, даже как-то научился ее перебарывать. Но сейчас с этим было сложно – глядя на леди Игульфрид я почему-то вспоминаю о своей надвигающейся свадьбе, и от того мне становится особенно тошно. И, кстати, её саму я тоже явно раздражаю. Так что я решил не осложнять жизнь себе и леди, и трусливо остался наверху – очень долго и вдумчиво полировал найденный кинжал. И спустился вниз только когда услышал, как вошел Ханыга. Понятное дело, такое мое поведение вряд ли добавило мне расположения леди, но мне было все равно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
