– Такое проделать не очень сложно, парни, – виновато пожал плечами тролль, когда понял, что дальнейшие попытки ни к чему не приведут. – Заключили бедолагу в какой-нибудь предмет и все дела. Вот если бы у меня было его тело, я бы заставил его говорить. А так сами видите – бесполезно.
Крысодлак тоже ничего не вынюхал. У него, конечно, замечательный нюх, но у нас сложилось ощущение, что никаких следов вообще не осталось – зверь ни разу даже не насторожился.
– А вот интересно, – пробормотал Ханыга ночью, когда мы сидели в "Подземном кабаке" за кружечкой пива, – что не так с господином… Забыл, как его зовут, но этот, чьи обязанности Стокс исполнял.
– А вот это – очень правильный вопрос, зеленый. – Заметил шеф. – Как-то мы его упустили из виду. Завтра обязательно займемся, а то, не дайте боги, и этот куда-нибудь исчезнет.
– Так может, прям сейчас и отправимся? – с энтузиазмом спросил я.
– Нет, лейтенант, мы уже и так дел наворотили. Я, конечно, понимаю, что у тебя шило в заднице, и тебе не терпится чем-то занять голову, но после трех кружек пива я лично слишком добрый, допрашивать не с руки. Так что завтра поутру его навестим. Заодно и новость о том, что заместитель его исчез, сообщим. То есть не утром, конечно, а ближе к полудню. А то что-то замотались мы сегодня, отоспаться надо.
Но отоспаться мне, как я уже сказал, так и не дали. Гадая, кого принесло в такую рань, я, чертыхаясь, поплелся вниз. Открыл дверь и удивленно уставился на посетителя. Мне хватило самообладания не раскрыть рот от удивления, но на осмысленные действия – нет. Так что я молча разглядывал явившуюся барышню, и в голове у меня крутилась одна мысль – моя сообразительность в последнее время оставляет желать много лучшего. Как и умственные способности моих коллег, впрочем. А дело все в том, что передо мной стояла та самая внучка Оттиля, которую мы имели счастье наблюдать несколько дней назад пока ожидали аудиенции у императора. Барышня, сморщив носик рассматривала мой не слишком подходящий для приема посетителей наряд – плед, из которого я по пути к двери соорудил нечто отдаленно смахивающее на плащ. Ну, рамки приличий одеяние не оскорбляло, если рассматривать его как одежда только проснувшегося человека, которого выдернули из постели бесцеремонным стуком ранним утром. Если рассматривать наше здание, как официальное учреждение, а меня, как его служащего, то оскорбляло, конечно.
Так и не дождавшись от меня реакции, девушка что-то сказала и передала мне бумагу. Что именно она сказала как-то прошло мимо моего внимания, и я не нашел ничего лучше, чем глупо переспросить:
– Что?
– Игульфрид Рагнвер, направлена на службу в качестве секретаря в ваше сыскное агентство. Направление вы в руках держите. – Немного раздраженно повторила моя новая коллега.
– Ммм… – да что со мной такое? Какие-то дурацкие междометия вместо нормального человеческого приветствия.
– Да, я действительно полукровка. Нет, мне не трудно с этим жить. Нет, я не чувствую себя существом второго сорта. Нет, я не делаю никакой разницы между родней со стороны орков и родней со стороны эльфов, – еще более раздраженно выпалила Игульфрид. Мне, наконец, удалось взять себя в руки.
– Да мне это вовсе не интересно, – немного грубовато ответил я, – Во-первых – давайте пройдем внутрь, незачем стоять на пороге.
– Во-вторых, представлюсь, – продолжил я после того, как мы вошли внутрь. – Меня зовут Сарх из рода Сенней, наших коллег Ханыги и Огрунхая пока здесь нет, с ними вы познакомитесь позже. Что случилось? – это я заметил удивленно расширившиеся зрачки девушки, когда она услышала наши имена.
– Ничего не случилось, – спокойно ответила она. – Что там в-третьих?
– В-третьих будет, когда я прочитаю ваше направление.
Я вскрыл печать и углубился в чтение. Вернее, приготовился углубиться в чтение. Официальный приказ содержал всего две строчки:
"Игульфрид Рагнвер направлена в подчинение капитану Огрунхаю и лейтенантам Ханыге и Сарху. Сведений об истинном назначении сыскного агенства не получала – сие остается на усмотрение вышеупомянутых. В случае, если поименованные сочтут возможным их раскрыть, разрешается присвоить звание и поставить на денежное довольствие в имперской канцелярии. В противном случае использовать как секретаря в повседневных делах сыскного агентства." Ниже стояла личная подпись императора.
И что нам с ней делать теперь? Дождавшись, когда бумага рассыплется в моих руках, я повернулся к Игульфрид. Она как раз удивленно рассматривала пепел, оставшийся от приказа. Еще бы – не каждый день такие банальные документы, как направление на службу, защищены такими сложными чарами, чтобы рассыпаться по прочтении.
Определенно, принимать решение о том, будет ли Игульфрид помогать во всех наших делах, или только тех, которые не выходят за рамки секретности, мы будем все вместе. А пока, в ожидании коллег я решил прояснить некоторые моменты:
– Простите, леди, но насколько мне известно, в эльфийских семьях поступать на службу в частные конторы, не принадлежащие оной семье не принято. Что определило ваш выбор?
– Ни одно из дел нашей семьи меня не привлекло. Я считала, что моим талантам найдут лучшее применение на государственной службе, но максимум чего я добилась – это назначения секретарем в вашу организацию. – Судя по тону девушки, она была не согласна с таким решением.
– И какими же талантами вы обладаете? – спросил я, не удержавшись и добавив в голос сарказма. Хотя иронизировал я зря – если у разумного глаза такого цвета, может он многое. Природные ведьмы на дороге не валяются. Похоже, мне просто захотелось ее слегка подначить. И она с готовностью заглотила наживку. Даже немного слишком – в комнате ощутимо похолодало и потемнело, а леди Игульфрид грозно нахмурилась:
– Моих талантов достаточно для того, чтобы разнести вашу халупу по камушку! Как вы считаете, вам этого достаточно?
– Я никоим образом не хочу сказать, что сомневаюсь в ваших способностях, леди. Но в нашей работе довольно редко приходится уничтожать постройки. Боюсь, я пока не вижу применения этому, безусловно, выдающемуся умению, – я уже не мог остановиться. Сам не знаю, что на меня нашло. Вероятно, неудачи последних дней негативно сказались на моем характере и чувстве такта.
Барышня разозлилась еще сильнее, и, похоже, собралась устроить настоящий катаклизм локальных масштабов, но тут, неожиданно, взвизгнула, и все прекратилось. Температура вернулась к норме, и освещение тоже, а леди Игульфрид с неразборчивыми восклицаниями. Вроде "Ух ты, какая прелесть", направилась к люку, ведущему в погреб. Возле люка с любопытством глядя на происходящее сидел крысодлак. Что удивительно, он совершенно не сопротивлялся, когда она бесцеремонно схватила его на руки и стала гладить. Раньше он подобное позволял только мне, да и то – не всегда. Я даже немного обиделся.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
