не считает, что на Кайласе нужна кухня, она исчезает. Вскоре после этого
ганы (последователи Шивы) во главе с Ганапати приходят к Шиве и просят у него еды. Ему нечего им дать. Он бродит по миру с миской для подаяния, но нигде не находит еды. В конце концов он приходит в Каши (Варанаси) и находит там кухню Парвати. Она с улыбкой говорит: «Возможно, ты преодолел чувство голода, но не другие. Кухня нужна им». Когда она кормит своих детей, Шива нарекает ее Аннапурной – богиней пищи, идеальной женой для отшельника, не испытывающего голода. Если мужской взгляд Дакши сфокусирован на его собственных потребностях, то женский взгляд Парвати перемещается на нужды других. Таким образом, культура из результата приручения превращается в результат сопереживания.
4. Секрет Дурги
Каждый живет на грани страха
Постер с изображением Йога-Майи, защищающей Кришну
Подношения Шиве и Вишну включают в себя пищу, цветы, листья, масляные лампы и благовония. Цель ритуала заключается в том, чтобы пробудить Бога, который находится в дремлющем состоянии. Подношения Дэви разительно отличаются. Помимо стандартного набора, они всегда включают халди (куркуму), кумкум (красный порошок), каджал (сурьму) и куски ткани, которые служат ей одеждой, – чоли (блузу), чунари (покрывало) и чадар (шаль). Смысл в том, чтобы, одев Богиню, сделать ее в меньшей степени Кали и в большей степени Гаури. Почему?
Это имеет смысл, если мужская форма божественного начала ассоциируется у нас с сознанием, а женская форма – с природой. Мы хотим пробудить сознание и одомашнить природу. Пробуждение сознания без одомашнивания природы – это характерная черта Шивы, погруженного в себя отшельника. Одомашнивание природы без пробуждения сознания – это черта Брахмы, который проявляет себя как Дакша, управляющий жрец. Эта напряженность между сознанием и природой является ключевой темой Пуран.
И поэтому предпочтительной формой Богини является Дурга верхом на льве, не поддающемся приручению. Ее распущенные волосы показывают, что она все еще дика, подобно Кали, но кольцо в ее носу говорит о том, что она одомашнена, как Гаури. Оружие в ее многочисленных руках демонстрирует различные виды насилия, которые могут быть использованы как для защиты, так и для наказания. Она – дерзкая дочь Брахмы, защищенная и заботливая сестра Вишну и нежная жена Шивы. Ее нежность не может приниматься как должное. Она не позволит себя эксплуатировать. Приручение Богини (природы) должно отражать пробуждение Бога (сознания).
Постер с изображением Канья-Кумари
С юга Индии пришла очень интересная история, которая бросает вызов самой идее одомашнивания ради того, чтобы основать культуру.
Юная девушка Канья-Кумари, что означает «Девственница», призывает Шиву и выражает свое желание стать его женой. Шива соглашается. Но дэвы не рады этому известию. Пока Канья-Кумари не имеет мужа и детей, у нее есть сила уничтожать демонов. Также ее сила, неизрасходованная в браке и в материнстве, предотвратит затопление земли морем. Поэтому дэвы готовы на все, чтобы сорвать эту свадьбу. Они говорят Канья-Кумари: чтобы брак был счастливым, нужно заключить его на рассвете следующего дня. Но Шива живет далеко на севере, на горе Кайлас; нужно попросить его отправиться в путь немедленно и провести ночь в дороге. Шива согласен путешествовать быстро, он жаждет встретиться со своей невестой, тогда как Канья-Кумари всю ночь готовится к свадебному пиру и украшает себя с помощью косметики и драгоценностей. Посреди ночи дэвы превращаются в петухов и начинают кукарекать. Шива думает, что солнце вот-вот взойдет и что он не успеет приехать на свадьбу вовремя. Разочарованный, он поворачивает назад. Когда же солнце действительно встает, Шивы нет и следа. Страдающая Канья-Кумари разбивает все горшки с яствами для свадебного пира. Бобы и зерно превращаются в цветной песок, который можно увидеть на юге Индии. Она смывает свою косметику в море: вот почему море там разноцветное. Она стоит на южном мысе, убивая демонов, не давая морю поглотить землю и, подобно божественному маяку, помогая рыбакам преодолевать бурные волны и невредимыми вернуться домой к своим женам.
Рисунок из Ориссы, изображающий неукрощенную Богиню
Эта история демонстрирует двойственное отношение к одомашниванию. На одном уровне мы хотим, чтобы Бог был одомашнен (он должен быть не отшельником, а домохозяином), а на другом уровне – не желаем, чтобы была полностью одомашнена Богиня (она должна оставаться лесом, вместо того чтобы стать полем). Как правило, различные культуры используют правила, законы (нити) и традиционный кодекс поведения (рити), чтобы подавить свободу для общего блага. Но это может уничтожить творческое начало и способность к самосозерцанию. Это может усилить наше ощущение несвободы. Поэтому важно сохранить дикую природу, ведь это дает нам обещание свободы.
Вот почему в «Шива-пуране» и «Дэви-пуране» дэвы часто мешают Парвати самой зачать ребенка от Шивы; они предпочитают, чтобы семя Шивы прорастало во многих утробах. Парвати (Гаури) не является матерью в привычном смысле этого слова. Она – приемная мать Карттикеи, а Ганешу она создала из пасты, которой умащала свое тело. Ни один из них не рожден из ее чрева. Это сложно понять буквально, но символически это имеет огромный смысл.
Этот отказ от полного одомашнивания символически передают распущенные волосы Дурги. Традиционно хорошо расчесанные и уложенные в прическу волосы означают одомашнивание. Но Дурга, одетая в свадебный наряд, носит распущенные волосы. Таким образом, она находится на грани между природой и культурой, признавая наш страх как перед беззаконной свободой, так и перед узаконенным лишением свободы.
Поклонение Дурге как дочери семей в Бенгалии, Ассаме и Ориссе
За последние 500 лет в индуизме была предпринята осознанная попытка очеловечения божественного. Бог – это не абстракция где-то там на небесах; он близок и досягаем. А Богиня – это не природа вообще, а конкретная деревня, которая поддерживает жизнь населяющих ее людей.
Эти идеи не были новыми. Грама-дэви (деревенские богини) – это, возможно, древнейшая форма религии, известная в Индии, предшествовавшая Будде, Ведам и городам долины Инда. Грама-дэви ассоциировались с муравейниками, змеиными норами и расщелинами скал, поскольку они появлялись из недр земли – вместилища всяческого плодородия.
Но 500 лет назад отношения с божественным стали чрезвычайно личными и интимными. Это отражалось в очень эмоциональном словаре песен и ритуальных
