Меньшов, – значит, стену подпилили, чтобы при сотрясении кусок точно выпал.
– Похоже на то. – Аверин наклонился над камнем. Выглядел тот довольно увесистым.
– Получается, что кто-то специально готовился, зная, что ожидается экзамен на высшую категорию, где без сильных ударов не обойтись. Но «несчастного случая» не вышло, господин ректор или уклонился, или закрылся щитом, или камень попросту упал мимо. Поэтому преступник поднял его и ударил Ивана Григорьевича, и лишь потом бросил на пол снова. Хм… это точно мужчина, и совсем не слабак. И господин Светлов мало того что хорошо его знал и не ожидал нападения, но еще и не был удивлен его появлением в своей ложе.
– Он мог его не увидеть. Смотрите, кресло ректора обычно стоит здесь. Но в этот раз, судя по тому, где оно перевернулось и лежит сейчас, Иван Григорьевич сидел ближе к бортику. Камень упал за его спиной. А убийца, увидев, что удар пришелся мимо, подхватил осколок и ударил снова.
– Значит, он был рядом… наблюдал. Владимир, – обратился Аверин к диву, – посмотри сам и выясни у Кузи, сколько тут свежих человеческих следов. Осмотрите кресло. И поищите, нет ли запаха дива, такую версию тоже нельзя сбрасывать со счетов. Что за запах на самом камне?
– Перчатки, хирургические. Следов дива нет. Если это и был див, то он перемещался по воздуху, не касаясь поверхностей.
– Я так и думал.
– Утром перед экзаменом здесь прибирались студенты, – Наталья Андреевна обвела взглядом ложу, – я могу подготовить их список.
– Отлично. Сравним их запахи с теми, что найдут дивы. Думаю, можно спускаться на арену.
Аверину хотелось самому задать Кузе кое-какие вопросы и получить ответы непосредственно от него, но одежду они оставили в кабинете. Будь здесь только мужчины – это не стало бы большой проблемой, но Наталья Андреевна… Аверин понимал, что старую чародейку не смутить видом голого мальчишки, но тем не менее рисковать не стал. Пусть лучше Владимир передаст то, что говорит кот. Тем более что некоторые вещи стоило обсудить наедине с дивами. Пока вырисовывалась весьма неприятная картина.
На арене ожидаемо оказалось намного больше следов, и часть из них принадлежала дивам московского Управления. Владимир пристально посмотрел на одного из них, стоящего прямо возле главного выхода с арены, и, надо полагать, получил отчет по ментальной связи, потому что повернулся к Аверину и проговорил:
– Кузя обследует саму арену, а я – ниши и выходы. Есть шанс, что Савелию всё же удалось уйти: несмотря на мощный фон силы Инессы, имеются следы, показывающие, что Савелий тоже высвобождал демоническую форму. Он маленький и быстрый, а Сергей Дмитриевич мог приказать ему бежать и остаться прикрывать.
– Да, конечно. Обыщи всё как следует.
– Надо же… Сережа… – печально произнес Меньшов. – Вернее, Сергей Дмитриевич… Он и студентом отличался добротой и благородством. Какая ужасная участь, подумать только. – Старый колдун задрал голову и принялся всматриваться в место, где была дыра, пробитая Инессой: – Как вы думаете, зачем она пробила стену? Может быть, через нее она вытащила убийцу наружу? Через заклятие купола живым человека не протащишь. А ведь убийца покинул арену.
– Да, это правдоподобная версия, – согласился Аверин. – Но меня больше интересует, как убийца на арену попал. Вы сами сказали, что все выходы были заблокированы магической защитой.
И тут же, словно бы в ответ на вопрос, рядом появился Владимир и доложил:
– Сломана ложа инструктора на втором ярусе.
– Что же… – пробормотал Меньшов, – пойдемте глянем.
Двое колдунов и чародейка снова вернулись в коридор и направились на второй ярус.
Аверин зашел в ложу. Надо же, как раз именно в ней обычно и находился профессор Меньшов, когда Аверин проходил разнообразные студенческие испытания. Если, конечно, сам не участвовал в сражении на арене. В те времена профессор был значительно моложе: когда он пришел в Академию, Аверин учился уже на одном из выпускных курсов. Студенты сразу полюбили нового преподавателя, даже несмотря на то, что на экзаменах он никому не давал спуску. Интересно, он до сих принимает экзамены и зачеты лично? Или сидит в этой ложе наблюдателем?
Аверин оглядел сухощавую фигуру проректора. Несмотря на почтенный возраст, Меньшов сохранял прежнюю военную выправку, а в его силе и выносливости Аверин убедился не далее как три месяца назад, во время вторжения. Что ни говори, а перед ним стоял всё еще довольно грозный боевой колдун.
– Здесь, – Владимир указал в угол. Аверин разглядел квадратное отверстие. Подошел, заглянул в него, но ничего не увидел.
– Одна из направляющих искривлена. Поэтому ложа закрылась не полностью. В открытом виде это незаметно. Однако следов вмешательства нет: возможно, механизм просто износился.
– Ложи очень давно экстренно не закрывались… Могло и сломаться… – протянул Меньшов.
А Аверин посмотрел вниз на арену:
– Высоковато… – заметил он, – но колдун легко спрыгнет.
– Если он молод и здоров.
Аверин повернулся к старому колдуну и внимательно на него посмотрел. Меньшов вздохнул, а на его лице появилась странная улыбка.
– Мя-я-я! – внезапно раздалось снизу.
Все перегнулись через бортик. На арене стоял Кузя и громко орал. Владимир немедленно спрыгнул вниз, бросился к коту и опустился рядом с ним на колени.
– Они что-то нашли, – сказал Аверин и помчался на арену. Но не успел добежать – рядом появился Владимир.
– Там кровь Сергея Дмитриевича. Очень мало, но Кузя ее нашел.
Глава 5
В кабинет ректора вернулись в полном молчании. Наталья Андреевна отправилась за списком дежурных студентов, что оказалось очень кстати – дальнейший разговор стоило провести наедине. Аверин исподволь поглядывал на проректора, но выражение лица Меньшова было вполне безмятежным.
Кузе Аверин велел осмотреть окрестную территорию, а Владимира взял с собой. Чем обернется разговор со старым колдуном, он не знал.
– Думаю, Владимиру самое время приготовить нам кофе, – заметил Меньшов и обратился к диву: – Посмотри в приемной, у секретаря имеется турка и газовая плита. Иван Григорьевич не любил кофе из электрических кофейников.
– Да… – согласился Аверин, – Владимир, сделай, пожалуйста, кофе. Разговор предстоит серьезный.
Губы Меньшова растянулись всё в той же странноватой улыбке.
Когда див вышел, старый колдун произнес:
– Присаживайтесь, не нужно стоять на проходе, я никуда не убегу. И давайте поговорим. Думаю, вы уже заметили, чьи, как говорится, уши торчат отовсюду. Поверьте, для меня это тоже очевидно.
– В таком случае мне хотелось бы узнать ваши доводы, – Аверин покосился на дверь, за которой скрылся Владимир. Див, безусловно, всё слышит.
– Всё просто. У кого есть прямой доступ к сейфу? Даже ключ похищать не нужно. Кто мог зайти в ложу ректора и не вызвать у того никаких вопросов? А также появиться на арене, чтобы привязать Инессу, не давая повода для подозрений Сергею Мончинскому? К тому же, может, я и льщу себе, но, чтобы заставить наставницу выполнить приказ и убить своего ученика, нужно обладать очень сильной волей. Даже в Академии колдунов такой силы можно пересчитать по пальцам. И, Владимир не даст соврать, я вхожу в их число. А еще у меня есть мотив – ректором Академии может стать только колдун, и из всех кандидатов коллегия без малейших сомнений выберет меня. И у меня есть доступ на арену в любое время суток, мне ничего не стоило подготовить покушение… – Он улыбнулся еще шире: – Вот только в тот момент, когда кто-то ударил Ивана Григорьевича по голове, я сидел в соседней ложе, и шесть свидетелей могут это подтвердить.
Аверин пожал плечами:
– Вы сидели сзади, на возвышении, за спинами остальных членов коллегии. Могли выйти незаметно, пока все были увлечены боем. Ну и, опять же, вы могли использовать дива. Для такого задания достаточно дива второго класса, даже не очень сильного и умного. Я уверен, что амулет блокировки силы у вас есть.
– Да. Но у этого дива должны быть руки, чтобы натянуть на них перчатки. И обязательно в истинной форме, иначе амулет не применить, да и от личины след останется повсюду. А еще эта форма должна иметь крылья, иначе следы лап или обуви останутся на полу. Крылатая обезьяна? Не слишком ли много условий?
– Много, согласен. Но ничего
