короткой памяти. Ну уж явно не из-за меня она осталась! Может у нее и есть какие-то эмоции, но не влюбилась же она в меня.
Черт, от таких мыслей шевельнулось в голове и в штанах. Это глупость, важнее другое… Что-то происходит в ее жизни.
Тетя оборудовала кабинет кондюком, но после разговора с Ульяной мне не хватало кислорода. Я раскрыл окно, высунулся. Услышал тяжелое дыхание. Но увидеть, кто там, обзора не хватало.
Я вспомнил, с кабинетом соединяется маленькая коморка. Может, там в окно смотреть сподручней. Что-то подгоняло вперед. Я открыл допотопную раму, которая находилась почти на углу дома, в выступе. Перекинулся через подоконник и мог видеть всю заднюю часть ресторана.
Стена, оформленная резным деревом. Небольшие окна и узкая наружная лестница. На площадке второго этажа стояла Ульяна. Мне было хорошо слышно и видно девушку. Я только старался не показывать себя.
Хотя она бы и не заметила. Она глядела прямо перед собой в одну точку, прерывисто дышала. По ее светлым щекам катились слезы.
У меня было две жены и растет три дочери. Женских рыданий я насмотрелся от и до. Но Ульяна плакала так тихо и искренне, что у меня все кишки связались в узел.
Последним делом было бы, заметь она меня. Но и уйти я не мог, как будто в каждой мышце было по тонне веса. Смотрел на нее украдкой и, кажется, даже дышал с ней в такт. А все нутро сжимала боль. Словно взял у нее часть. Какая-то чертовщина!
Я пережил утрату первой супруги, низкое поведение второй. Один ращу дочерей. Рулю бизнесом… Не думал, что меня еще можно так пронять! Я как замороженный стоял у этого окна.
Потом снова кинуло в жар. Хотелось выбежать на эту лестницу, схватить Улю за плечи. Вытрясти из нее правду, как-то помочь. Но что-то остановило. Может, я просто понял, она убежит навсегда.
Уже когда сидел за столом, думал – а не об этом ли ты мечтал, Зорин? Эта женщина была случайной в твоей жизни. Никаких планов, и лучше бы вам больше не встречаться. А раз столкнулись, просто сделать вид, что ничего и не было. В первую очередь, для ее собственного блага. Зачем молодой красивой девушке мужик с таким опытом? Да еще и с прицепом.
Теперь я сам не понимал, что у меня в голове. Иметь с ней связь?.. Нет!.. Хм. Да точно нет. Но вот узнать о ее жизни мне захотелось. Завтра велю принести мне анкеты сотрудников. А на сегодня всё, пора домой. В конце концов, я правильно вспомнил – у меня дети.
Особняк встретил тишиной. Малышки, скорее всего, с няней на заднем дворе. Там от прежних владельцев осталась хорошая детская площадка. Горка, качели. Песочница, куда мы засыпали какой-то навороченный песок для малых.
Поздороваюсь с ними позже. Пока же ко мне навстречу вышла Дайана. Как всегда телефон в руке и не самая довольная моська.
- Звонила Муся, - сообщила она, - хочет приехать к девочкам.
Хм, бывшая объявляется все реже и реже. Наверное, ей что-то от меня надо. И я даже знаю, что.
- Будет просить денег, - подтвердила Дайана, - она сделала себе операцию на грудь, в кредит. Ты знаешь, я погорячилась, когда сказала, что лучше бы с девочками была мать. Если так вообще можно называть Машу.
Я выдохнул, сел на диван. Горячка – это вообще весь мой брак с Мусей. Хотя он и подарил мне самое большое счастье на свете – моих детей. Но вот матери у них реально никогда не было. Марусе было двадцать четыре, когда мы начали жить вместе. Она была очень хорошенькой – миниатюрная, с мягкими темными локонами и большими карими глазами. Настоящая кукла. И по содержанию тоже…
Да, эта девушка была откровенно глупой. Но выбрал я ее сам, на то были своим причины.
Мой первый брак был похож на эмоциональные качели. Их нехило трясло, а еще они иногда били меня по затылку. До сих пор не понимаю, что чувствовал к матери Дашки. Любовь, страсть, зависимость? Мы ругались, мирились. В этих отношениях не было покоя.
Кира, моя первая жена, была неплохим, можно даже сказать, хорошим человеком. Она никому не могла нагрубить, жалела детей и животных. Постоянно спасала котят и притаскивала в свою обшарпанную трешку. А еще она считала себя очень умной. Но была ли такой на деле, не знаю.
Она жила одним днем, считала быт низкой стороной жизни. Если и готовила только из «утонченных» продуктов. Есть там было нечего, зато на кухне оставался дикий бардак. Но в основном она сидела, обложившись сложными книгами, рисовала или фотографировала.
Я уже тогда был в состоянии покупать себе борщи и котлеты. Для уборки вызывал клининг. Проблема была в другом. Кира оказалась совсем оторванной от реальности. В одну из наших ссор она уехала с друзьями за город. А на обратном пути села в машину к пьяному давнему знакомому... Одна из всей компании. Он, видите ли, художник, и им было о чем поговорить. Товарищ потом рисовал в местах не столь отдаленных. А мы с Дашкой остались одни.
Время шло, я был молод, и мне нужна была женщина. Да и для Дахи хотелось семьи. В итоге выбрал из окружения полную противоположность Кире.
Муся, как ее зовут знакомые, крепко стоит на ногах, ненавидит книги и художников. Веселая девушка, отличная любовница. Но просто патологически глупый человек!
Поначалу это не напрягало, я даже в чем-то был спокоен. Ну шляется она по салонам и магазинам. Сидит много в социальных сетях. Зато верная, не скандалит, не реагирует на издевки Дашки. Мир и благодать. А вот когда появились дети…
Для Муси они стали помесью кукол и щенков. Близнецами занималась няня, Маша же вообще не хотела вникать в уход за ними. Когда я запретил выкладывать их фото в сеть, совсем потеряла к ним интерес. У девочек даже толком нет понятия мамы. Тут я снова схватился за голову и понял – мне совсем не везет с женщинами для жизни!
- Муська просила написать, когда
