Трейси нервно вытерла глаза.
— Просто ужас.
— Думаю, вы здорово испугались.
— Ох, мэм, никогда еще мне не было так страшно.
— Что, мистер Грейди ударил вас?
— Нет. Он просто заставил меня лечь на пол, на живот. Джаспера тоже. Потом коп закричал в этот — как его, рупор? — что его зовут офицер Арнольд Микс и чтобы мистер Грейди положил свое оружие и вышел на улицу с поднятыми руками. Поживее, сказал он ему, как будто речь шла о чем-то обыденном. А мистер Грейди опять закричал, что его, мол, зовут Вильям Грейди и чтобы все они проваливали прочь. Ему нужны его деньги — шесть тысяч пятьсот двадцать восемь долларов и тридцать шесть центов, и он намерен получить их обратно. Потом они еще некоторое время орали друг на друга.
— Орали?
— Ну да. Орали и ругали друг друга всякими словами. Мистер Грейди все интересовался, где был этот коп и где был закон, когда Джаспер украл его деньги. Ну а коп отвечал, что ему нет дела до денег мистера Грейди и что лучше бы тому побыстрее вытряхнуться из здания с поднятыми руками.
Взглянув на Дейва, Фиби поинтересовалась:
— И как мистер Грейди отреагировал на это?
— Он пришел в настоящую ярость, особенно когда полицейский заявил, что мистер Грейди — просто тряпка и ему никогда не хватит смелости застрелит нас. Боже милостивый, я думала, он тут же пристрелит нас — просто чтобы поставить на место этого копа. От страха я снова начала рыдать.
— Вы слышали, как полицейский все это сказал?
— Да, мэм. Он назвал мистера Грейди тряпкой и еще вонючим недоноском.
Фиби вновь многозначительно посмотрела на Дейва, тогда как Трейси, не в силах справиться с нервами, начала рвать на клочки бумажный платок.
— Мистер Грейди сказал, чтобы коп вошел внутрь и попытался арестовать его. Он, мол, пристрелит и копа, и нас двоих. Он сказал, что хочет забрать свои деньги. Чтобы заплатить Джасперу, ему пришлось продать машину, и ему больше негде жить. А коп заявил, что жить он будет теперь в тюремной камере и машина ему там не понадобится. Потом — мне показалось, что прошла целая вечность, — прибыли и другие полицейские… Как вы думаете, Брэд уже здесь?
— Еще пара вопросов, и я схожу проверю. Что случилось потом, Трейси?
— Ну, мистер Грейди еще больше разволновался. Мне показалось, он и в самом деле хочет застрелить нас, чтобы сразу покончить со всем этим. Тут я снова разрыдалась. Но он сказал мне, чтобы я не беспокоилась: это все не моя вина. Копы и юристы — вот что он сказал. Им бы только посмеяться над простыми людьми. Мне кажется…
— Что кажется? — подбодрила ее Фиби.
— Мне кажется, он хотел отпустить меня. Только меня, а не Джаспера. Он спросил, скажу ли я полицейским про его деньги, если он меня отпустит, и я ответила, что скажу. Конечно, я бы сказала! Тут снова зазвонил телефон. Этот коп, Микс, заорал Джасперу, чтобы тот ответил: «Возьми трубку, ты, сукин сын!»
Трейси судорожно вздохнула.
— Знаете, это может показаться глупым, но этот полицейский пугал меня почти так же, как мистер Грейди с его пистолетом. — Она вытерла платком глаза. — Я хотела только одного — чтобы он наконец заткнулся. Я ведь чувствовала, что мистер Грейди хочет отпустить меня. И кто знает, может, он бы не застрелился тогда у меня на глазах.
— Все хорошо, Трейси. Все уже позади, — успокаивающе произнесла Фиби, увидев, что девушка вновь начала рыдать.
— Это было… такое ужасное зрелище! Знаете, он разрешил мне сесть — еще когда спрашивал, расскажу ли я полицейским о его деньгах. Так что я сидела на полу, когда телефон опять зазвонил. Я не слышала, что говорил ему полицейский, но я могла наблюдать за мистером Грейди. Я смотрела и думала, что, если он все-таки отпустит меня, я ни за что не вернусь в этот офис. Пойду на курсы и найду себе какую-нибудь другую работу, получше. Мистер Грейди говорил теперь очень мало, но выглядел каким-то грустным. Грустным и испуганным — почти как я сама. Через некоторое время телефон опять зазвонил, но мистер Грейди, казалось, не собирался брать трубку. Потом он взглянул на меня и сказал, что включит сейчас громкую связь, чтобы я сама могла услышать, как они обращаются с простыми людьми. На этот раз звонила женщина… Это были вы, — помедлив мгновение, сказала Трейси. — Точно, это были вы. В общем, вы знаете, что произошло потом.
— Да, я знаю, что произошло потом.
Вместе с Дейвом они вышли на улицу, на свежий воздух. Убедившись, что вокруг никого нет, Фиби сказала:
— Он спровоцировал это самоубийство. Из-за его идиотского поведения едва не погибли двое заложников. Он полностью проигнорировал все правила, распространяющиеся на такую ситуацию. И ради чего?
— Знаешь, далеко не всем удается правильно вести себя в такой ситуации. Не каждый полицейский обладает навыками посредника.
— Черт возьми, Дейв, — на этот раз Фиби была уже не в силах сдерживаться, — ты что, оправдываешь его? Оправдываешь то, что он совершил?
— Нет, — Дейв предостерегающе поднял руку. — И я не собираюсь спорить с тобой, Фиби. Во всяком случае, сейчас, когда ты права. Офицер Микс будет допрошен.
— Я сама допрошу его. Это мое право, — заявила она, прежде чем Дейв смог возразить.
— У вас с Миксом и до этого были серьезные трения. Вдобавок именно ты разговаривала с тем типом, когда он покончил с собой.
— Если я не смогу допросить Микса, это подорвет мой авторитет. Сукин сын не звонил нам почти два часа. Он вполне заслужил взбучку. Дело тут не в наших отношениях, а в его профессиональных способностях.
— Только постарайся, чтобы это не выглядело так, будто ты намерена свести с ним счеты.
— Дейв, человек погиб. Как ни пересчитывай, его уже не вернешь.
Всю оставшуюся часть дня Фиби собирала информацию, записывала показания свидетелей и составляла подробный отчет обо всем случившемся.
Затем она пригласила в свой кабинет Арни Микса.
— Я уже собирался домой, — заявил он.
— Садитесь. У меня нет времени на пустую болтовню.
— Я тут с восьми до четырех и не намерен задерживаться дольше положенного.
Тем не менее он все же подошел к столу и сел напротив Фиби. При виде диктофона лицо у него скривилось:
— А это что?
— Во избежание возможных недоразумений наша беседа будет записана на пленку.
— Тогда мне может потребоваться личный представитель.
— Хотите, чтобы он присутствовал? Что ж, позвоните ему, — и Фиби решительным жестом пододвинула к нему телефон. — Прошу.
Арни пожал плечами:
— У вас пять минут до того, как я начну отсчитывать сверхурочное время.
— Итак, сегодня утром, в одиннадцать минут десятого, вы получили сообщение о том, что из офиса адвоката Джаспера С. Хьюза донесся пистолетный выстрел. Правильно?
— Все так.
— Вы тут же отправились на место и вскоре оказались возле нужного здания. Запершийся внутри человек проинформировал вас о двух заложниках и о том, что у него есть пистолет. Правильно?
— Мы теряем время, копаясь в этих деталях.
— Скажите, вы сразу обратились за помощью в группу поддержки или к специалисту по кризисным ситуациям?
— Нет. Я и сам с этим прекрасно справлялся — пока там не появились вы.
— С помощью рупора вы назвали себя и заявили, что вы — офицер полиции.
— Я действовал по инструкции. Нашел укрытие, затем представился. Потом сказал этому парню, чтобы он бросил оружие и вышел с поднятыми руками. Но он отказался.
Фиби откинулась назад.
— Вы правы, мы зря теряем время. Здесь у меня все документы, включая показания свидетелей и обоих заложников, а также сообщения тех полицейских, которые прибыли к зданию вслед за вами. И все это однозначно указывает на то, что вы проигнорировали принятую в таких случаях процедуру, не пожелали обратиться за помощью к специалистам, нарушили все общепринятые правила и в итоге не только не успокоили, но еще больше разозлили человека, захватившего заложников.
— Этот парень и так здорово психовал. Он начал стрелять еще до того, как я там появился.
