— Что случилось? Отчего ты так испугана.
— В саду воры! — Лали с облегчением прислонилась к стене, узнав Маруфа.
— Тебе почудилось, — покачал головой кизляр-ага и, обняв девушку за плечи, подвел к постели, — Ложись спать и ни о чем не тревожься.
— Но я видела…
— Сегодня с моря дует ветер, тебя испугали тени от деревьев. Наш господин распорядился усилить охрану, и никто не сможет забраться в сад незамеченным.
Лали устало присела на ложе и протянула руку к кувшину с лимонным напитком, но Маруф вырвал у нее стакан.
— Что с тобой? — изумилась девушка. Кизляр-ага внимательно присмотрелся к напитку, зачем-то понюхал его и отставил в сторону.
— Почему ты отобрал у меня стакан? Я хочу пить, — спросила удивленная Лали.
— Зара велела подсыпать яда в твой напиток. Я велел заменить его, но не уверен в том, что питье вновь не подменили. Выпей лучше то, что я принес, — Маруф протянул девушке маленький кувшинчик с хрустальной пробкой.
— Я устала от этих бесконечных козней! — пожаловалась девушка и с жадностью выпила предложенное прохладное питье. — Мне кажется, у напитка какой-то странный привкус, — поморщилась она. — Ты уверен, что…
— Я лично его приготовил. Не волнуйся, отравы там не было.
Лали потерла глаза, чувствуя, что они сами собой начинают закрываться, и откинулась на подушки.
— Спи, моя птичка, — Маруф осторожно дотронулся до плеча девушки.
— Не уходи, — умоляюще произнесла Лали, отчаянно борясь со сном. — Мне страшно отчего-то…
— Я не могу оставаться в твоей комнате.
— Пожалуйста, останься со мной до рассвета. Никто не узнает. Мне так холодно и страшно…
— Сейчас ты уснешь, моя девочка, и твои страхи исчезнут.
Сквозь полуприкрытые веки Лали неожиданно увидела, что из-за спины Маруфа вышел мужчина одинакового с ним телосложения. Одет он был во все темное, длинный конец тюрбана закрывал лицо, оставляя видимыми лишь ясные глаза. Селим! На мгновение девушка успокоилась, но тут же нахмурилась.
«Что он здесь делает? Почему Маруф осмелился привести слугу Мехмеда в гарем?»
— Не требуй объяснений, — прошептал кизляр-ага. — Поверь, что так будет лучше для тебя.
— Ты посмел привести его ночью ко мне? — прерывисто дыша, девушка хотела вскочить с постели, но не смогла. Тело не слушалось ее.
— Прости меня, птичка. В этом доме ты погибнешь. Я пытаюсь тебе помочь.
Но девушка уже не слушала его. Изо всех сил сражаясь со сном, она смотрела на Селима со странной улыбкой:
— Ты рискуешь, пробравшись сюда.
Взгляд Лали стал глубоким и печальным, мириады лиц и огней закружились в бешеном калейдоскопе вокруг нее, затем ее глаза закрыли тяжелые веки.
Голова раскалывалась от боли и злости, и женщина прижала пальцы к вискам. Эта ночь должна была решить судьбу Лали. И самой Гюльхар. Вот так же она не спала неделю назад, когда ей доложили, что Мехмед вошел в комнату девчонки. Не в силах сдержать волнение, она тогда вышла на балкон и уставилась в ночь, пытаясь услышать хоть какие-нибудь звуки, доносившиеся из окон девушки. Гюльхар надеялась, что Лали лишится невинности и вместе с ней — расположения приемного отца. Но ожидания оказались напрасными. Ханум едва не задохнулась от ярости, когда увидела, как через сад в сторону ворот стремительными тенями скользнули трое мужчин. Мехмед внезапно покинул гарем, причем слишком, быстро, чтобы поверить в то, что он сумел добиться желаемого. А на следующий день кира Шекер сообщила, что султану стало известно о проделках сына, и Баязид едва удержался от того, чтобы не выслать сына в отдаленную провинцию.
Столь удачно созданный план сорвался, капудан-паша приказал спешно готовиться к ненавистной свадьбе, а Гюльхар даже не смела объявить о том, что в спальне девчонки побывал мужчина. Супруг, наверняка, решил бы, что она оговаривает соперницу. Доказательств измены не было, а Искандер и Маруф упрямо молчали о том, что знали. Гюльхар их понимала: признание о том, что они допустили появление в гареме чужих мужчин, могло стоить им жизни. Но сегодня ночью Маруф выполнит повеление своей возлюбленной госпожи — поможет похитителям проникнуть во дворец своего господина и столь же незаметно покинуть сад вместе с драгоценной добычей. Кизляр-ага обязан помочь Гюльхар избавиться от Лали мирным путем. В противном случае Зара и Замира получат возможность свести счеты с новой женой Ибрагим-паши.
Течение мыслей Гюльхар прервал тихий шум в саду. Женщина вгляделась в темноту. Ветер раскачивал ветви деревьев, создавая причудливые тени на тропинках, но женщина сумела разглядеть среди ночных миражей высокий темный силуэт. Через мгновение в полосе лунного света появился мужчина. На плече у него лежал огромный сверток, из которого свисали пряди золотых волос.
Несколько минут назад Гюльхар думала, что никогда уже не испытает радости. Но милосердный Аллах позволил ей улыбнуться.
— Получилось! — прошептала она в темноту. — Удачи тебе, птичка! Я буду молиться, чтобы ты смогла выстоять и стать счастливой.
Слезы радости ручьем стекали по ее щекам.
17
Шум воды разбудил девушку. Сквозь плотно сомкнутые веки она ощутила свет. От солнечного тепла, разлившегося по всему телу, захотелось вновь окунуться в мир грез, но любопытство взяло верх. Щурясь от яркого света, девушка огляделась вокруг и с удивлением обнаружила, что находится в небольшой пещере, и единственный выход из нее укрыт за стеной водопада. А в следующее мгновение девушка рассмотрела огромную фигуру мужчины, стоящего под струями воды.
— Где я?.. Кто ты?.. — спросила дрожащая от страха Лали.
Похититель вышел из струй водопада и весело отряхнулся. Солнце играло за его спиной, и Лали не могла видеть лица мужчины, но почему-то была уверена, что он улыбается. А в следующее мгновение Селим шагнул к ней и, обхватав за талию, притянул к себе.
Лали испуганно рванулась прочь.
— Почему я здесь? Ты украл меня, чтобы потребовать выкуп у Ибрагим-паши? — закричала она, оглядываясь по сторонам в поисках какого-нибудь камня или палки. — Или это Мехмед подослал тебя? Сколько он заплатил тебе и Маруфу?
— Не шуми! — мужчина легко поймал ее и крепко сжал в мокрых объятиях. — Хочешь, чтобы нас нашли и забросали камнями?
— Камнями забросают тебя! — Лали испуганной птицей забилась в его руках.
— Хорошая благодарность за недавнее спасение от убийцы, — усмехнулся мужчина и еще плотнее прижал Лали к влажной груди, на которой блестели капли воды. — Неужели не помнишь, кто тебя вытащил из пруда?
