в грудь неудавшегося разведчика — Готовьте секретные документы для передачи нашим товарищам, в том числе мне нужны с пару десятков пропусков и офицерских удостоверений с подписями и печатями. Также даю вам задание достать пару ящиков динамита с длинными запальными шнурами и доставить их в штабной вагон Маевского. Дальше, вы должны организовать перегон на соседние с штабными вагонами состава с взрывчаткой и боеприпасами. На соседний же путь напротив этого состава нужно загнать вагоны с топливом. И что бы охрана была только со стороны станции, нехрен мол тереться солдатам около вагонов командующего. Вы в состоянии это сделать?
Макаров побледнел — Для этого мне нужно напоить Май-Маевского вусмерть! Тогда я смогу отдать приказы от его имени!
Послышался свисток паровоза и на станцию втянулся зловеще выглядевший бронепоезд.
Макаров кивнул в его сторону — Только что из ремонта пригнали, будут формировать команду из артиллеристов и пулеметчиков. Так-то и снаряды и пулеметные ленты в него загрузили еще на соседней станции. Там целый склад боеприпасов, даже гранаты для бойцов есть.
Я, прищурившись, смотрел на железяку, похожую на бронированную гусеницу- бронепоезд выкрасили в темно-зеленый цвет — А скажи-ка, товарищ, поблизости есть лагерь военнопленных?
— А как же! Ох и много пленных последние дни пригнали!
— Тогда для тебя еще одно задание — Завтра же с утра с подписанным у своего генерала приказом едешь в концлагерь и в первую очередь отбираешь артиллеристов и пулеметчиков, их отделяешь отдельно и среди заключенных определишь им старшего. Затем толкаешь речь, обещая за переход на сторону белой армии отличную кормежку и прощение служения красным. Обещаешь все блага на службе и в случае появления желающих, формируешь из них отдельный отряд. Остальных разбить повзводно и определить им командиров. Берешь в лагере конвой человек шесть и ты отправляешь заключенных вон к тому леску — я указал на темнеющую в паре километрах от станции лесополосу. Там же, в лесу я с товарищами буду ждать через пару часов грузовик с сотней кавалерийских карабинов, пару ручных пулеметов, ящиком гранат ну и с патронами конечно. Определи грузчиками тупых деревенских увальней и пусть они разгружают все это добро там, где деревья подходят к железнодорожным путям. Эти же грузчики будут охранять склад оружия и примут у конвоя заключенных. Ты меня, понял, товарищ? Затем ты делаешь все, чтобы паровоз притащил к складу и заключенным этот бронепоезд. Если хочешь, можешь во избежание наказания вместе с этим бронепоездом прорваться к нашим. На следующем разъезде ждете нас, мы заминируем составы. Блин тебе придется еще кое-что организовать — Май-маевский на время минирования должен вместе со своей охраной из Дикой дивизии отбыть в город часа на два-три! Все, утром встречаемся после убытия конвоя обратно в лагерь! Будем делать из тебя героя Советского Союза!
Загруженный по самое не балуй, Макаров шел, мигом протрезвевший и перепуганный до чертиков — Его красивая жизнь подошла к концу и возможно завтра его разоблачат и потащат в подвалы контрразведки к Щукину. С другой стороны, он не против пощекотать нервишки, тем более возвращение на захваченном бронепоезде с освобожденными красноармейцами действительно сделает его героем!
Глава 7
Разгрузка оружия прошла успешно и нервничающий Макаров ни свет ни заря поспешил в лагерь военнопленных. Приказ о перемещении красных пленных к железной дороге якобы для погрузки в состав и отправки в Ростов-на-Дону не вызвал подозрений у начальника охраны лагеря. Тем более, что он знал адъютанта командующего в лицо.
Выстроив почти пять сотен пленных, поручик презрительно на них кивнул — эти краснюки дохнут как мухи, пару недель назад их было почти две тысячи!
Макаров удивленно окинул территорию лагеря — Вот уж не подумал бы что здесь поместятся две тысячи человек!
Поручик усмехнулся — Это точно, это красное быдло вынуждено было стоять, их набили сюда как селедки в бочку. Где они стояли, там же и справляли нужду. Мы с прапорщиком, моим заместителем, делали ставки на то, сколько они в таких условиях проживут. Без еды оказалось, что эти засранцы никак не хотели умирать и я для получения своего выигрыша решил ускорить процесс и приказал воду давать раз в три дня, перед этим скормив этим скотам пропавшую соленую рыбу. Представляете, капитан, на наших складах кто-то не досмотрел и почти тонна рыба протухла. Что бы не заставлять наших доблестных солдат трудиться, закапывая тухлятину, я предложил интендантам доставить ее в мой лагерь. Ну и как итог — большая часть этих красных собак набросилась как свиньи на пропавшую рыбу и померли в ужасных мучениях. Оставшиеся еле держатся на ногах, но выжили благодаря сердобольным женщинам — они приходят к колючей проволоке и бросают пленным кто кусок хлеба, кто овощи, отрывая наверняка от своих детей! Русский гуманизм во всей красе! Я не вмешиваюсь, хотят в ущерб своей семье делиться с этими сволочами, пускай! Впредь будут умнее. Но раз уж эти голодранцы жрут, то я приказал им очистить мой лагерь от дерьма и закопать всех мертвецов. Кому понадобились эти доходяги? Я бы их развешал на деревьях, предварительно нарезав из их спин ремней!
Макаров, охреневший от услышанного, отвел в сторону взгляд, опасаясь выразить свою ненависть — Этих бедолаг отправят на создание укрепрайона!
Поручик попрощался и подозвал прапорщика лет двадцати трех — Помогите капитану выделить конвой!
Макаров вышел к строю людей с потухшими взорами, которые уже жалели, что остались живы, не наевшись досыта тухлятины — Слушать всем сюда! Вы видите, что плен это не сахар, может есть желающие, кто хочет перейти на нашу сторону и сражаться с красной сволочью, с большевиками и жидами? Не бойтесь выходите на два шага вперед, вы сможете наконец-то набить свои животы и забыть про голод!
Медленно, по одному, вперед протиснулись сто семь человек.
Макаров указал на этих пленных и приказал прапорщику — Этих оставьте в лагере, их позже заберут и после принесения присяги их бросят на фронт на самый опасный участок.
Затем, дождавшись пока охрана отведет желающих жить любой ценой в сторону продолжил — Теперь два шага вперед все пулеметчики и артиллеристы!
Вышли всего тридцать два человека.
Макаров покачал головой — Вы пойдете первыми, остальным разбиться на взводы и определитесь, кто у вас будет взводными!
Через двадцать минут колона из трехсот семидесяти одного пленных красноармейцев зашагала за ворота лагеря под охраной тридцати охранников и Макаров пришпорил жеребца, ему нужно было еще передать
