я вскрыла конверт и без интереса пробежалась глазами по стройным строчкам, аккуратно выведенным бывшим мужем. Вначале были его любимые извинения и признания в любви – ничего нового. Я уже собиралась смять дурацкий листок, чтобы выбросить его в мусорную корзину, но моё внимание привлекла концовка письма:
"Ты, наверное, будешь рада узнать, что мои мучения подходят к концу, любимая? Совсем скоро меня выпускают по УДО за примерное поведение, поэтому я прощаю тебя. Наконец-то мы будем снова вместе.
Сомнений в том, что ты меня ждала и была верна мне, у меня нет, так что не переживай об этом. Ведь ты сама знаешь, что будет с тобой и твоим хахалем, если ты меня обманула.
Люблю, целую тебя и нашу доченьку. Твой Стас."
У меня перед глазами всё поплыло, строчки смешались в пёстрое месиво из-за слёз. Руки заходили ходуном и дышать стало нечем.
Господи, это ещё что? Какого чёрта Стасу ещё от меня нужно?
Животный страх сковал весь мой организм так, что я даже пошевелиться не могла. Зачем я только прочла это письмо? Нет, я правильно сделала. Теперь я хотя бы знаю, что Стаса скоро выпустят. Точной даты освобождения он не указал, но хотя бы предупредил, что объявится.
Что делать-то теперь? Он убьёт и меня, и Богдана, если узнает, что мы встречаемся. От Стаса можно было ожидать чего угодно. Наверняка он ещё и дружками обзавёлся такими же отбитыми?
– Елена Павловна, ролик закончился, – окликнула меня ученица, заставив очнуться.
Не помню, как урок закончила. Всё было как в тумане, на автомате. Стас не шёл из моей головы, страх за свою жизнь и жизнь моей малышки душил, не отпуская, а теперь ещё и Богдан появился.
Нужно поговорить об этом с Богданом. Он представился моей маме, как мой мужчина, проявил желание со мной встречаться, его это тоже касается. Может, он что-то посоветует мне, как-то поддержит?
А если испугается, струсит, посчитает, что ему эти проблемы нафиг не нужны?
Значит, грош ему цена. Наконец-то мои сомнения развеятся, стоит ли Богдан чего-то или он просто голову мне морочит.
Сразу же после урока рванула в автомагазин. Надо было позвонить Богдану на всякий случай, но меня так колотило, что я об этом не подумала. Его байк был припаркован возле входа, и это меня немного успокоило. Богдан на работе, а это уже что-то.
Рядом со мной припарковался шикарный "Лексус", и из него вышла высокая брюнетка с умопомрачительной фигурой. Я с завистью залипла на её длинных ногах, которые почти не скрывала мини-юбка, а потом тоже вышла из своей рухляди. На эту девушку невозможно было не смотреть, настолько она казалась мне невероятной, вот я и пялилась на неё, как дурочка, пока мы обе шли к дверям автомагазина. Брюнетка вошла первой, я следом. Под стук её каблуков мы вошли в магазин, и я увидела Богдана. Сердце пустилось вскачь от радости, поэтому я улыбнулась ему.
Он стоял между витринами и тоже улыбался. Но не мне. Всё его внимание было приковано к этой кукольной брюнетке. Она подошла к нему, бойко выстукивая каблуками, а потом повисла на его шее.
Меня будто по лицу ударили. Я встала, как вкопанная, прячась за стойку с ароматизаторами для авто и с любопытством впилась в эту парочку взглядом.
– Привет, красотка! – чмокнул девушку Богдан. Я не разглядела, куда именно – в губы или щёку. Да какая разница? – Я соскучился. Пойдём скорее, – увлёк её в сторону кабинета. – Расскажешь, как там в Лондоне.
Они в обнимку ушли к нему в кабинет, и я поняла, что всё кончено. Проглотив жгучие слёзы, я не нашла сил подойти к кассиру, чтобы вернуть долг. Выскочила из магазина не разбирая дороги, с ходу налетев на мужчину, намеревавшегося войти в магазин.
– Осторожнее, девушка! – подхватил он меня, не дав упасть.
– П-простите! – выдавила я из себя и побежала дальше.
Сев в машину, я дала волю слезам. Кто эта брюнетка Богдану? Жена? Любовница? Невеста?
Как я могла вообще подумать, что такой мужчина, как он, обратит внимание на такую, как я? Серая мышь, разведёнка с прицепом, в довесок с бывшим мужем, который мне угрожает? Богдан просто хотел со мной переспать?
Я ничего не понимала...
Зачем ему я, если у него есть такая красавица?
Я уже вообще ничего не понимала...
Одно я знала точно – этому мужчине не место в нашей с Алисой жизни. Его и на километр не стоит подпускать к ней. Ни о каком утреннике речи быть не может после того, как он меня обманул.
Я не представляла, как скажу дочери о том, что Богдан завтра не придёт – вот что было самым обидным. Для неё это станет ударом, чего я и боялась.
Как я вообще могла довериться ему? Я же чувствовала, что что-то не так? И всё равно ему верила, дура!
Кое-как доехав до дома, я упала на кровать и ревела до самого вечера, жалея себя, коря за доверчивость и наивность. Уже было нужно забирать из садика Лисёнка, а я всё не могла прорыдаться. Умывшись несколько раз ледяной водой, я подобрала сопли и надела куртку. Поняв, что не могу в таком состоянии вести машину, пошла в детский сад пешком. Заодно проветрила голову.
– Мамочка, что-то случилось? – заметила, что я расстроена дочь.
– Голова болит, – соврала я. – Всё в порядке, солнышко.
Весь вечер подбирала слова утешения для дочери, чтобы сообщить ей о том, что с Богданом мы больше никогда не увидимся, но не нашла их. Господи, как ей вообще сказать-то?
Может быть, вообще не идти завтра в садик? Прикинуться больной и никуда не идти?
Боже, я воспитателю обещала, что Алиса будет. У неё же важная роль на этом долбанном утреннике?
Дотянула до того, что Алиса уже спать легла, а я не могла уснуть. Прокручивала раз за разом наши встречи с Богданом, его слова, прикосновения, и ревела, ревела...
"Спокойной ночи, красавица!" – прислал смс-ку Богдана, будто хотел меня добить.
"Не пиши мне больше и не звони! Между нами всё кончено, мерзавец! Забудь о нас!" – настрочила я в запале ответ и отправила ему.
Богдан перезвонил через секунду, перепугав меня до смерти. Я скинула вызов и заблокировала его номер.
Вот и всё.
Ничего, мы справимся. Жили как-то раньше без Богдана и дальше проживём. Мне нужно думать,
