На экране появились золотые авиаторы. По сравнению с только что увиденным хищником они казались такими добродушными, такими изящными.
— О Кай, пожалуйста, останови вот здесь! — Вариан ткнула пальцем в кадр, на котором распростертая в полете птица повернула увенчанную гребнем голову в сторону камеры, и они отчетливо увидели оба ее золотистых глаза. Да, похоже, они обладают разумом. А для чего тот мешок у нее под клювом?
Может, для хранения рыбы? По-моему, они из класса глайдеров. Кай, прокрути немножко, я хочу взглянуть, может ли ее крыло вращаться. Да, смотри, вон там! Оно поворачивается! Да, да. Они здорово опережают в развитии стервятников. Интересно, почему по глазам можно так много узнать о живом существе?
Она взглянула на Кая, чьи серые глаза расширились от изумления.
— Глаза?
— Ну да. Глаза того крошки млекопитающего… Когда я увидела в них страх и растерянность, я поняла, Кай, что ни за что на свете не брошу его. В его глазах было больше мольбы, чем в глазах Боннарда и Клейти. А та болотная кикимора, бр-р-р, у нее по сравнению с размерами черепа глазки такие крошечные… злобные бусины, в которых нет ничего, кроме голода… — Вариан передернуло от одного воспоминания. — Ну, а судя по глазам этого хищника… у Клыкастого страшный аппетит. Разумеется, из любого правила есть исключения — галормии оказались отвратительными лицемерными тварями…
— Ты участвовала в той экспедиции? Вариан скорчила гримасу.
— Да, я была самой юной участницей команды, засланной на Альдебаран-Четыре, — там мы их и нашли. Это было мое первое задание после окончания ксеноветеринарного колледжа. Знаешь, у них были такие ласковые глаза, — до сих пор эти ласковые глаза время от времени появлялись в ее кошмарных снах, — и на вид эти галормии были очень симпатичные, добродушные, совсем ручные — пока не наступала полная темнота… и тогда держись!
— Ночные кровососы…
— Вампиры! Высасывали кровь, а потом пожирали плоть… как тот, что покалечил Мейбл… Нет, на Мейбл напали не галормии. Зубы слишком большие.
— С какой стати ты назвала ее Мейбл?
— Я была знакома с одной особой, очень похожей на нее, — ходячий желудок, а не женщина, равнодушная ко всему, кроме еды, подозрительная и путающая все на свете. И к тому же довольно глупая.
— А как ты назовешь авиаторов?
— Не знаю, — сказала она, вспоминая покрытую шерстью мордочку. — Пока не узнаешь животное как следует, трудно дать ему имя. Но эти особы обладают разумом и индивидуальностью. Мне бы хотелось поближе с ними познакомиться.
— Познакомишься. Правда, нам не удалось пометить их. Они летели слишком быстро. Со скоростью флиппера.
— Отлично. — Неожиданно она зевнула. — Прости, это все свежий воздух, да перевозка раненых животных, да возня с ними — ничего не могу с собой поделать. — Она погладила его по щеке и виновато улыбнулась. — Я иду спать.
И тебе тоже надо отдохнуть, коллега. Пусть тебе приснятся твои головоломки.
Может, ты их во сне разгадаешь.
К сожалению, сон не помог разгадать ребусы Айреты, но на следующее утро Кай проснулся бодрым и посвежевшим, а у его команды, собравшейся в домике картографа, было отличное настроение, так что он тоже воспрянул духом.
— Я поговорил с Вариан о дополнительных стоянках. Пока она не изучит повадки местных хищников, безопасность людей не гарантирована, — сказал Кай.
— Но, она обещала немедленно заняться поиском районов, куда мы могли бы переехать. И там мы поставим защиту, которую она уже продумала. Годится?
Жаль, что работа осложняется, но вы поймете меня, когда увидите отметины от зубов на боку нашего травоядного.
Лица геологов погрустнели, и он понял, что они уже видели раненое животное.
— Босс, а что это за пустоты в древней коре — здесь, здесь и здесь? спросил Трив, указывая на юго-западные и южные территории.
— Разрывы, — сказал Габер. — Здесь находится зона массивного горизонтального давления.
— Трив, вы с Маргит сегодня же осмотрите эту зону. Олиа и Дименон, вот ваш сектор. — Кай продиктовал юго-западные координаты им и Берру с Портегином, а потом сообщил, что сам отправится вместе с Баккуном в район Лугового ущелья — именно к нему вел ряд древних датчиков. Он напомнил о соблюдении техники безопасности, попросил, если представится такая возможность, снимать на пленку и метить всех неизвестных животных, а также записывать и передавать по каналам связи координаты скоплений стервятников, чтобы Вариан могла забрать и подлечить раненых зверей.
Когда Кай с Баккуном поднимались на флиппере в воздух, Кай увидел идущую к загону Вариан. Он увидел и травоядное, Мейбл, жадно поедающее кроны растущих в корале деревьев.
Сидевший в кресле пилота Баккун повернул флиппер на юго-восток.
— Почему наши Тхеки не знали о том, что эту планету уже исследовали? спросил гравитант.
— Я еще не спрашивал их об этом. Но в корабельной базе данных Айрета проходит как неисследованная планета.
— На это у Тхеков могут быть свои причины.
— Какие же?
— Зачем гадать? — ответил вопросом Баккун. — У них на все есть веские причины.
Каю нравился Баккун: отличный работник, неутомимый и хладнокровный, как и все его собратья, рассудительный и дисциплинированный. Но у него не было ни воображения, ни гибкости ума; если уж вобьет что-то себе в голову, то даже очевидные факты не заставят его изменить первоначальное представление.
Для него, как и для многих других существ с коротким жизненным сроком, Тхеки были непогрешимы, как боги. И Кай не горел желанием вступать в спор с Баккуном и произносить еретические речи о том, что Тхеки допустили оплошность, забыв, что некогда ставили на этой планете сейсмические датчики.
В это время, к счастью, зажужжал телтейл. Баккун автоматически сменил курс, а Кай стал вглядываться в экран дальнего видения. На этот раз они засекли потревоженное ревом флиппера огромное стадо ящеров, несущееся по густому лесу и на бегу обгладывающее листву. От топота могучих лап качались деревья.
— Сделай еще один круг, Баккун, — попросил Кай, и, пока Баккун, выполняя указание, разворачивал машину, он перегнулся через ремень безопасности и, еле слышно чертыхаясь, нажал на кнопку записи: словно опасаясь атаки с воздуха, животные попрятались под густыми кронами и ни одно из них не высунулось из чащобы.
— Ничего страшного, Баккун. Полетели дальше. Мне показалось, я видел еще одного зверя с разорванным боком.
— Мы видим их каждый день, Кай.
— Тогда почему об этом не упоминали в отчетах?
— Мы не думали, что это так важно, Кай. К тому же у нас так много собственной работы…
— Но ведь мы работаем в одной экспедиции… а — Согласен, но я должен иметь представление о том что делаю. Я же не знал, что нам нужно заниматься и самыми обычными вопросами экологического равновесия.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
