разуме в голове у Надии, то жрецы обязательно её вычислят.
«Блин, дожила до седых волос и в такую историю вляпалась. Не хотела ведь сегодня из дома выходить. И чего чёрт дёрнул?» — разозлилась на себя Надя, и страх вновь овладел её сознанием.
Она ещё надеялась, что всё происходящее — сон. Глубокий, крепкий и реалистичный. Но всё-таки сон. Мысленно вздохнула и, немного подумав, приняла решение. Единственное, что сможет сделать, это затаиться в голове у девушки и ни о чём не думать при жрецах. Авось пронесёт, как говорится.
Летели недолго. Судя по ощущениям, началось снижение. Карета коснулась колёсами не очень ровной поверхности, совсем немного проехала и, встряхнув пассажиров, остановилась.
Первой вышла Надия, поэтому храм, если это храм, Надя увидела во всей его красе. И Надия с интересом его разглядывала. Белоснежный, с огромными колоннами, арками и округлыми куполами, он будто светился изнутри. Совершенное в своём великолепии строение. Растений рядом нет: видны только камни и плиты, такие же белоснежные, как и сам храм. И только вдалеке то ли зеленели, то ли синели какие-то высокие деревья.
Метрах в двадцати стояли мужчины в белых одеяниях, развевающихся на ветру. Все как один, одного роста, со светлыми волосами ниже плеч.
Они расступились, и к прибывшим вышел Старший Жрец с массивным посохом, судя по цвету — деревянным. Возраст мужчины Надя не смогла определить, но он явно старше сопровождающих жрецов. Волосы белого цвета сияли лёгким голубоватым переливом. Его лицо было притягательно: глубоко посаженные, умные и пронзительно голубые глаза, густые дугообразные брови, прямой нос и чётко очерченные губы со слегка приподнятыми уголками.
«Есть в нём какая-то изюминка, — отметила Надя. — А ещё земная аристократичность. И девочка не отрывает от него взгляда».
Балахон на Жреце тоже белый, а на груди сверкал синий камень. Такой же камень переливался в посохе. Надя почувствовала, что у Надии зажглось в груди тёплое чувство благодарности. Похоже, это место для девочки не менее желанное, чем родительский дом. Надин разум несколько успокоился, и мысли слегка уменьшили свой бег.
Отец подтолкнул дочь вперёд, а сам пошёл немного сзади. Шагов за пять до Старшего Жреца они остановились. Надия опустилась на колено, как и её отец, а их головы склонились.
Первым заговорил Жрец. Прозвучал спокойный, уверенный и твёрдый голос.
— Я знаю, что привело тебя в нашу Обитель, лер Ян Годир. Следуйте за мной.
Надия и лер Ян Годир поспешно встали и в том же порядке, как и в особняке, пошли за Жрецом. Но в этот раз чинно и не торопясь. Надя опять почти ничего не видела. И злилась. Почти всё время перед глазами только пол: белый, отполированный, похожий на мрамор. Иногда мелькали белоснежные стены коридоров и узких проходов. Что за привычка везде ходить, упершись носом в полы? Мало того, что она находилась в непонятном положении, а ещё и не могла рассмотреть окружающее пространство.
Шли, на взгляд Нади, минут десять. Наконец, при входе в огромный зал разнёсся эхом голос Жреца:
— Лер Ян Годир, останься здесь. Надия, иди со мной.
Теперь Надя увидела спину Жреца, скрывающегося под невысокой аркой. Надия проскользнула вслед за ним. Она огляделась, и Надя успела рассмотреть небольшое помещение. Низкий потолок, очень ровные, словно отполированные стены и такой же пол. И всё глубокого синего цвета. Посередине располагалась белоснежная каменная плита со стол высотой.
— Подойди ко мне, детка, — голос Жреца прозвучал значительно мягче.
Он внимательно посмотрел Надии в глаза, и его губ коснулась довольная улыбка. Молча указал рукой на плиту. Девочка подошла, разулась, забралась на неё и легла. Плита оказалась тёплой на ощупь.
Надия следила взглядом за жрецом. Он обошёл вокруг, поправил её волосы и одежду. Встал сбоку и протянул руки над девочкой ладонями вниз. Надя почувствовала, как холод резко вытеснил изначально разлившееся тепло по телу, и оно оцепенело. Перед глазами возникла синяя пустота. Наде показалось, что жрец отключил в девочке всё и высветил её, Надю. И вновь ужас овладел сознанием. В синеве проявилось лицо мужчины, обрамлённое белыми волосами.
— «Не бойся, Надя, — раздался спокойный голос Жреца, хотя губы его не дрогнули. — Не бойся. Я знаю, кто ты и откуда. Я знаю, какая у тебя миссия».
Если бы Надя владела этим телом, то его колотило бы крупной дрожью.
— «Никто кроме меня о тебе в стране не знает и не узнает. Это тело твоё родное, но ещё некоторое время его хозяйкой будет Надия. Через неё тебе предстоит изучить этот мир. Вместе с Надией ты будешь учиться в Академии магии. Пока она посещала только подготовительные занятия. Надия тебя не чувствует и не слышит твои мысли. Ты слышишь её голос, но мысли Надии тебе тоже не доступны. Хотя испытываемые ею чувства будешь ощущать как свои собственные. Как и её тело. Сейчас есть вопросы? Ты можешь задать их мысленно».
Надя даже не могла сообразить, какой вопрос задать, мысли зашелестели со скоростью света.
— «Стоп. Надя, так не пойдёт, — губы жреца тронула мимолётная улыбка. — Сформулируй чётко один вопрос».
— «Зачем я здесь?» — сразу выдала она.
— «О твоей миссии говорить рано».
— «Но я хочу домой. Вы можете меня вернуть?»
— «Я понимаю, Надя. Ты напугана и обескуражена случившимся. Но тебе следует знать, что этот мир — твой родной мир, а на Земле ты была временно. Твой дом здесь».
Надя оторопела.
— «Сейчас мы заканчиваем общение. Ничего не бойся. Впитывай в себя знания. Если появится необходимость со мной связаться, мысленно произнеси: Старший Жрец Обители Синего Камня, я жду тебя. Я появлюсь так же, как и сейчас: моё лицо в синем ореоле. Помни: подземные этажи Академии, а также боевые тренировочные площадки экранированы, оттуда вызвать меня невозможно».
— «Разрешите задать ещё один вопрос?»
— «Задавай».
— «Почему я понимаю этот язык?»
— «Для этого твой разум возвращали сюда и довольно часто. Затем временно блокировали память. Сейчас она разблокирована».
— «Кто я здесь?»
— «Задан уже второй вопрос, — улыбнулся Жрец. — Свое происхождение и настоящее имя ты узнаешь в положенное время».
— «Значит, я уже никогда не вернусь домой?»
— «Уже вернулась, Надя. Поверь мне, пройдёт немного времени, и ты полюбишь этот мир. Нам пора возвращаться к отцу Надии».
Лицо постепенно растворилось вместе с синим ореолом, в тело вернулось тепло. Надия застонала и пошевелилась. Жрец помог девушке слезть с плиты и, пока та обувалась, откуда-то взял чашу и подал в её руки. Надия с жадностью выпила. Это то ли отвар, то ли какое-то зелье довольно приятного
