осталась стойкость, с которой она смотрела на принца у дерева.
Но этот разговор нужно было срочно от себя отвадить. Тем более, если еще начнет о книгах говорить. Потому Риз, наконец-то спустившись, собрала все книги в сумку, перекинула её уже нелегкую через плечо и взглянула на Генриха, вздергивая носик.
— Странно видеть тебя здесь. За знаниями потянулся? — спросила она, уже не первый раз замечая, что он прогуливал утром занятия. Так как любила сидеть у окна, очень многие и интересные представления открывались перед её глазами.
— Я, конечно, гений, но чтобы приносить хорошие оценки по всем предметам, одной гениальности недостаточно. — Вроде бы и похвалил себя, но в то же время сказал разумную вещь. Генрих показал книгу по стихиям, чтобы она тоже прочитала название и поняла, что он изучает предмет, который прогуливает по уважительной причине. — Профессор Ридмус, наверное, из ревности к профессору Симонсу, гоняет меня по своему предмету, как по всем кругам ада.
Действительно, если вспомнить, Генрих с Винсентом прогуливали только общие уроки, такие как этикет или история. У них были лучшие учителя дома, а таким предметам детей влиятельных семей обучают в первую очередь. Хотя кое-кому манер явно не хватало.
Уступая дорогу Риз, Генрих жестом предложил проводить ее к выходу. Из разговора он вытащил одну очень интересную деталь, поэтому остановил внимательный взгляд на Риз. Она боится лестниц? Но напрямую спрашивать не стал. Он не из тех, кто будет давить. Если уж так станет интересно, найдет информацию.
— А ты набрала книг для лёгкого чтения? Не помню, чтобы нам задавали что-то подобное на литературе.
— Предлагаешь мне обучаться двадцать четыре часа? — улыбнулась Риз. На удивление, идти рядом с этим человеком было не так напряжёно, как ей подумалось сначала. По крайней мере, на данный момент он не смотрел на неё сверху вниз со своей башенки из золота, как остальные. И даже проявлял какой-то интерес, пусть это было из вежливости. Защита в ней таяла на глазах — Медная выпрямилась, хотя бы осанкой стала походить… ну, не на чернь. С губ снялось напряжение, и лишь мышцы из-за сумки были сжаты. — Я за гениальностью не гонюсь, мне приятно проводить вечера с собой, за чтением простых книг.
Хотя бы потому, что больше не с кем было проводить время. Но Риз любила читать, потому минусов всей ситуации особо не видела. Но неприятно было замечать за собой, что общения ей явно не хватало. Она, чувствуя некоторое спокойствие, успевала прикусывать язык, чтобы лишнего не говорить и не рассказывать. Потому после своих слов она на некоторое время замолчала, что, может быть, и хорошо — в библиотеку им навстречу вышла Лиза с одной подружкой с факультета магии, и Риз тут же почувствовала запах роз. Уж не знала она, отчего в академии вдруг все девчонки стали увлекаться духами, но это начало нервировать, потому что кое-кто не знал меры.
Лиза была красивой девушкой. Её бабкой была эльфийка, и красота её по женской части семьи Делиз передавалась вот уже второе поколение. Высокая, статная, светлые волосы, заигрывающие остренькие ушки, правильные черты лица, остренькие скулы и пухленькие алые губы. Красавица. Но такая стерва (для Медной)!
— Ой, Генрих, и ты тут! — защебетала её подружка, чьё имя Риз не знала, но завидев девиц, остановилась и вернула себе вид загнанного зверька. К счастью, на неё внимания не обратили. — А я тебя по всей академии ищу. Слышал, что завтра отменяется практика? Можно будет разбежаться на практики к другим факультетам либо заняться самостоятельно.
Подруга (и от той запахло чем-то персиковым) и сама Лиза быстрым шагом подошли к Генриху и встали, преграждая путь. Будто ждали чего-то… Обе.
Будь воля Генри, он бы заткнул нос, но воспитание не позволяло. У Евы, что, нормальных духов не было, или она старалась сбыть партию, которая продавалась хуже всего? Благо она сама пользовалась чем-то получше. Это уже… Генрих сбился со счета, какие девчонки подошли к нему с запахом персика или розы. Но хуже всего был мед. Духи не из дешёвых, но их было слишком много для одной академии.
— Мисс Анита, мисс Лиза, рад встрече, — вежливо приветствовал их Генри. Бросив косой взгляд на Риз, которая старалась слиться с окружением, лишь бы её не заметили, он и сам захотел избавиться от общества этих двоих. — Профессор Ридмус отменил практику? Что ж, в таком случае я приду на практику фехтовальщиков, если вы не против.
Уголки его губ снова приподнялись, и он посмотрел на Лизу. Надо было видеть, как заблестели ее глаза. Как жаль, что Винса нет рядом, он бы рассмеялся в голос, разбудив даже глухую библиотекаршу. Глупышка наверняка подумала, что «особенные» духи сработали, но Генрих сразу разбил все ее фантазии. Сделав шаг назад, чтобы иметь возможность обойти назойливых девиц, он повернулся к Риз и опять жестом пригласил продолжить их путь, а чтобы она не стояла столбом, слегка подтолкнул второй рукой, невесомо касаясь ее спины.
— Мисс Риз, на чем мы остановились? — спросил он, подливая масла в огонь. Они обошли шокированных девушек, но тут Генрих остановился, будто что-то вспомнив, и обернулся. — Ах, точно! Ева вам ещё не сказала? Духи с приворотом не работают — бракованная партия, — добил он девушек и с чувством победы пошел на выход вместе с Риз.
Медная не могла отказать себе в удовольствии, повернулась, смотря, как пооткрывали рты эти курицы. И хотели было завизжать, но вот при принце не рисковали показать себя такими дурами. Хотя, куда больше? Они реально пытались приворожить принца? Духами? Даже Риз знала эту основу магии, что влюбить по-настоящему, оживить невозможно! Это либо будет ненастоящее, извращенное чувство, либо вместо человека оживут кости и гниющее мясо без мозгов. И теперь ясно, откуда эта дрянь и что это за дрянь в академии.
— Спасибо. — И это было её первая благодарность от чистого сердца. — Ты сделал мой день, опустив этих лисиц ниже плинтуса!
Её спина до сих пор ощущала прикосновение собеседника — настолько редки к ней были столь осторожные касания, и чтобы быстрее сбросить его с себя, медная поправила сумку и закинула на другое плечо, позволяя себе внимательнее смотреть Генриха. Не то чтобы он её заинтересовал, но и не оттолкнул, что странно.
Принц имел длинные волосы, рыжие, но не насыщенно. Это было что-то между оранжевым закатом и золотым пшеничным полем. Приятный цвет, на самом деле. Вот только отчего-то собеседник был хмур — глаза были излишне глубоко посажены, а
