Читаем без скачивания Принцесса грез - Светлана Лубенец

8. Я люблю тебя так, будто завтра конец…

Утро следующего дня тоже ничего плохого не предвещало. Даже на математике Алена, вызванная к доске, умудрилась получить четверку. Степан поднял вверх большой палец, а Соня назвала молодчиной.

А в обед за столом на месте Марианны сидела новая девочка. Она была очень хороша собой: белокожая, светловолосая, с большими серо-голубыми глазами.

– Здравствуйте, я Ира, – сразу представилась она. Было ясно, что она не робкого десятка.

Соня с Аленой тоже себя назвали. Соня тут же спокойно углубилась в книжечку меню, где надо было отметить блюда на завтрашний день, а Алена сидела ни жива ни мертва. А что, если Ира понравится Степану гораздо больше, чем она? Понять его будет можно. Рядом с такой красоткой Алена, конечно же, проигрывает, как рядом с ней проигрывала Марианна. Может быть, именно это и имел в виду Измайлов? Он, конечно же, понимал, что вместо Марианны за стол непременно посадят кого-нибудь другого. Но ведь могли посадить парня. Или Володя уже откуда-то знал, что это будет девочка? Нет, откуда ему знать… Просто совпадение – и ничего больше.

– А вы откуда приехали? – спросила Ира.

– Я из-под Москвы, – сказала Соня.

Алена не успела ничего сказать, потому что к столику подошел Степан. Он бросил только один взгляд на Ирину, и Алена сразу поняла, что ее счастью пришел конец. Кардецкий вел себя точно так же, как в первый день ее приезда, то есть не поднимал глаз от тарелки, отвечал на вопросы словоохотливой Иры односложно, лишь бросал на нее быстрые жалящие взгляды.

– А куда тебя поселили? – спросила Соня, которая словно не замечала молчаливой игры за столом.

– Еще никуда, – отозвалась Ира. – Я только что с вокзала. Чемодан на вахте оставила. Мне предложили пока поесть, поскольку обеденное время.

– Если у тебя по путевке двухместный номер, то наверняка подселят ко мне. От меня недавно соседка съехала.

– Вот здорово! – обрадовалась новенькая. – Да, я должна жить в двухместном. Мама предлагала мне купить путевку в одноместный номер, но я не согласилась. Скучно одной! Я дисков навезла… ну… музыкальных! Ноутбук тоже взяла! Как врубим! Класс!

Алена с ужасом взирала на новенькую. Интересно, какое же нервное потрясение испытала эта темпераментная особа? Что-то непохоже, чтобы ей надо было ходить на лечебные процедуры.

Кардецкий продолжал бросать на белокурую Иру пламенные взоры. Присутствие Алены его, казалось, нисколько не смущало. Из-за стола он вышел первым, никого не удостоив взглядом. Алена вспомнила, что и в день ее первого посещения столовой он поступил точно так же.

Когда девочки втроем, закончив обед, вышли в коридор, Ира сказала:

– Ну и сосед нам попался! До чего же противный очкарик!

Соня бросила на Алену быстрый взгляд и сказала:

– Не так уж он и страшен. Ты просто не привыкла к нему. Многие находят его интересным.

– Да ну, – отмахнулась Ира. – Настоящий урод! Вот бы побыстрей уехал!

Алена не отвечала. У нее все дрожало внутри. Она будто смотрела на себя со стороны. Она ведь так же презрительно отнеслась к Кардецкому, когда увидела его первый раз. Неужели и Ира влюбится в Степана? А он бросит Алену, как Марианну, и станет писать любовные письма энергичной блондинке? Неужели в этом санатории все идет по раз и навсегда обозначенному кругу? Алене показалось, что она попала в какой-то заколдованный мир, кошмарный триллер. Нет! Этого не может быть! Это все игры ее богатого воображения! Степан еще вчера клялся ей в любви! А Ире он не понравился, не понравился, не понравился…

Войдя в номер, Алена тут же включила ноутбук и вошла на сайт виртуального санатория. Никаких писем не обнаружила, но расстраиваться по этому поводу себе не разрешила. Мало ли по какой причине Степан ей не написал. Может быть, вообще еще не включил свой ноут. Алена вышла в коридор виртуального санатория, и сердце ее упало. Красные огоньки мерцали на дверях номеров 206 и 218, в котором жила Соня и в который, конечно же, поселили Иру. Соня, разумеется, уже рассказала своей новой соседке о виртуальном санатории. А, собственно, почему бы ей и не рассказать…

Алена несколько минут посидела перед ноутбуком в полном оцепенении. Потом ей пришло в голову написать Степану письмо. Наверняка он ответит, и по ответу сразу все будет понятно.

Нервы девочки были настолько напряжены, что она принялась выстукивать нечто, похожее на стихи:

«Я люблю тебя так, будто завтра конец,Будто день мне последний дарован.Лишь со мною одной ты пойдешь под венец.Мной одною навек очарован…»

Алена перечитала написанное и ужаснулась. Нет, с венцом она явно переборщила… Им всего по пятнадцать… Ну и что? Ее родители, между прочим, учились в одном классе, поженились, как только им стукнуло по восемнадцать лет, и до сих пор живут в любви и согласии. У нее со Степаном тоже может так получиться. До восемнадцати всего каких-то три года! А она готова ждать его вечно!

Сделав такие утешительные выводы, Алена глубоко вздохнула, отправила стихи про венец Степану и принялась ждать ответа. Он долго не приходил, но потом все-таки перед глазами измученной девочки всплыла надпись «Вам пришло письмо. Из номера 206». Алена, затаив дыхание, кликнула по надписи мышкой и прочитала безликую фразу: «Спасибо. Стихи хорошие». И все! И больше ни слова! Алена почувствовала, как в груди начал расти шершавый ком. Вот он уже поднимается вверх и царапает горло, грозя вылиться такими же рыданиями, как после чтения Каринкой ее письма Шалевичу.

Алена закусила губу, вспомнив разговор с Измайловым. Что он ей там пророчил? Рыдания? Она не будет рыдать! Ни за что! Она уже знает, что бывает после этих рыданий! И потом, еще ничего точно не известно! Степан не сказал ей ни слова отказа. А то, что ему понравилась такая красавица, как Ирина, неудивительно. Красивые люди нравятся всем. Но всех любить невозможно, и потому Степан будет любить ее, Алену. Он ей это обещал.

На жемчужные ванны девочки пошли втроем: Соня, Ира и Алена. Ира трещала без умолку: рассказывала про свою семью, про свой класс, про свой город Саратов, про Волгу.

Когда Ирину первой позвали принимать ванну, Соня облегченно вздохнула и сказала Алене:

– Мне кажется, я от нее сойду с ума. Марианка была страшная зануда, а эта – как вулкан! Бесконечно болтать – это тоже, наверно, невроз. Ирка будто боится остановиться. Словно если остановится, то кто-нибудь начнет спрашивать о том, чего она рассказывать не хочет. А я уж точно ни о чем не спрошу, мне ее рассказов уже довольно.

Алену же интересовало другое, и потому она спросила:

– Скажи, Соня, ты рассказала Ире про виртуальный санаторий?

– Конечно, рассказала! Думаю, пусть лучше в инете сидит, чем трещит без умолку.

– Ну и?

– Если тебя интересует Кардецкий, то ничего не знаю. Я ей его номер не называла. Переписывалась она с кем-то, но я не знаю с кем. Пока она бродила по виртуальному санаторию, я хоть немного отдохнула от ее болтовни.

– То есть ты заметила, какие взгляды бросал на нее за обедом Степан? – с дрожью в голосе спросила Алена.

– Надо быть слепой, чтобы не заметить, – ответила Соня.

– И что ты на этот счет думаешь?

Соня пожала плечами, а потом сказала:

– Эта Ирка, конечно, красивая. На нее любой парень западет.

– И что мне теперь делать?!

– Откуда же я знаю. Может, ничего и не надо делать. Если Кардецкий теперь переметнется к Ирке, наплюй на него и забудь!

– В общем, Марианка будет отомщена по полной программе, – пробормотала Алена, которая вспомнила последние фразы из ее письма: «От души желаю, чтобы Кардецкий бросил тебя так же подло, как меня! Верю, что так оно и будет!»

Соня не успела ничего ответить, потому что их обеих тоже позвали на процедуры. Увидев пузырящуюся воду в ванне, Алена опрометью бросилась прочь. Она вдруг вспомнила пузыри коричневой воды бассейна, которая чуть не погубила ее. Нет, она теперь никогда не сможет войти в воду. Никогда. Даже опуститься в обыкновенную, почти домашнюю ванну.

Уже подходя обратно к жилому корпусу, Алена опять перешла от мыслей о пузырящейся воде к размышлениям о Степане. Каким образом он намеревается скрываться от нее, если вдруг на самом деле влюбился в Ирину. Прикинуться больным на два дня можно. Но Алена должна пробыть в санатории еще целую неделю. Неужели он собирается симулировать все семь дней? Или она напрасно нагоняет на себя тоску? Еще ведь ничего ужасного не случилось…

На ужине Кардецкого не было. Соня с Аленой обменялись понимающими взглядами. А Ирина, с большим аппетитом поглощая куриные котлеты с рисом, вдруг сказала:

– Ой, девчонки, хотела вас посмешить прямо при этом придурке, а его почему-то нет. Видно, не дождемся! Представляете, прислал мне электронное письмо. Написал, что я ему нравлюсь! Вот кретин! Да у меня таких поклонников, как он, – десятки! – Она запила котлеты чаем с лимоном и добавила: – Если не сотни…