повсюду таскался за мной по пятам, выполняя приказы своего хозяина.
– Дела не плохо. Как видишь ещё живой.
– Вижу. Семью так и не создал? Столько времени прошло.
– Семью? Ты смеёшься надо мной? – расхохотался мужчина. – Такие, как я… Как ты там нас называла? Цепные псы? Так вот, такие цепные псы, как я, не имеют своей личной жизни. Мы живём, чтобы защищать своего хозяина и служить ему до того, пока над нами не закроется крышка гроба.
Я краем глаза смотрела на профиль мужчины и поражалась его задорному смеху. Ведь раньше видела только его хмурое лицо и не более.
– И не обидно тебе?
– Нет, это моя жизнь. Я сам выбрал свой путь, Оксана.
За этим недолгим разговором мы приехали к моему подъезду. Я даже не удивилась тому, что этот мужчина знает мой адрес. И это означало только одно. Таир поручил ему разузнать обо мне всё, видимо, после той нашей встречи.
– Спасибо, что подвёз. И я, правда, рада была тебя увидеть. Ты, пожалуй, единственный, кто оставил после себя положительные эмоции. – Я улыбнулась, смотря Ахмеду в глаза. Я уже хотела нажать на ручку двери и выйти из машины, как мужчину остановил меня, потянув за руку обратно в салон.
– Оксан, хочу, чтобы ты знала. Я отговаривал его тогда, но Таир меня не послушал. Я просил, чтобы он встретился с тобой, и вы поговорили обо всём. Но ты же его знаешь.
– Знаю, – тихо проговорила я.
– Ты в его жизни единственная, с кем он был самим собой, не считая, конечно, его покойной матери. Ни одна женщина, которая была или будет, не достойна хозяина. Ты единственная, с кем он мог дышать и жить. – Я усмехнулась словам мужчины. Нет, ну, правда, было до боли смешно слышать такие слова. Я единственная, с кем он мог дышать. Если бы я была и правда единственной, он бы не отпустил.
– А что его жена?
– Света? Она хорошая женщина, но не то.
– Ладно, – я выдернула руку из захвата мужчины и всё-таки приоткрыла дверь автомобиля. И прежде чем выйти, произнесла. – Не нужно вспоминать прошлое. Что было, то уже прошло. Сейчас у меня есть ради кого жить. И ни один мужчина не изменит этого.
Улыбнувшись на прощание, я покинула салон автомобиля и быстрым шагом пошла в сторону подъезда. Набрала код домофона и скрылась за дверью.
* * *
– Ну как я? – проговорила я, стоя у зеркала и рассматривая свой образ.
– Подруга, ты просто шикарна. Твой, этот Евгений, будет от тебя в восторге. Думаю, что мы сегодня ночуем без тебя, – подмигнула подруга, а я только закатила глаза на её шуточки. Обернулась к дочке.
– Котёнок, как тебе? – малышка показала жестом «ты очень красивая». – Спасибо. – Поцеловав дочку в макушку, я снова развернулась к зеркалу.
Для свидания я выбрала тёмно-бордовое платье чуть выше колен с рукавом три четверти и неглубоким вырезом на груди. Платье было приталенное и обтягивало все необходимые места, подчёркивая их.
Галя дала мне свои замшевые чёрные ботфорты, которые подчёркивали образ и такую же чёрную замшевую сумочку к сапогам. Волосы я оставила распущенными и сделала небольшую укладку. Сейчас мои волосы доставали практически до лопаток. Когда родилась Катюшка, я решила обрезать свою длину, потому что за ними было сложно ухаживать, да и некогда было. И теперь я обладательница средней длины волос. Макияж сделала чуть заметный.
– Когда там приедет твой кавалер?
– Должен с минуты на минуту. – И как только я проговорила эти слова, на телефон пришла эсэмэс от Жени, что он ждёт внизу.
– Ну всё, я пошла.
– Давай, подруга. Ни пуха ни пера! – отсалютовала Галя, и я вышла из квартиры.
Кто бы знал, как я волновалась. Мои ноги буквально подрагивали, как и руки. Пока ехала в лифте, уже подумывала вернуться обратно и закрыться в квартире, но всё-таки разум победил страх. Выйдя из подъезда, я встретилась с довольными и улыбающимися глазами Жени. Он стоял возле машины с небольшим, но очень красивым букетом пионов.
– Привет! – поприветствовал мужчина и протянул мне букет, в который я буквально зарылась лицом, пряча покрасневшие от смущения щёки.
– Привет, – тихо проговорила я. – Спасибо за букет.
– Ты очень красивая.
– Спасибо.
Женя открыл передо мной дверцу, и я быстро юркнула в салон автомобиля. В воздухе витал запах мужского парфюма, сигарет и хвои.
– Куда едем?
– Я заказал нам столик в одном ресторанчике. Никогда в нём не был. Мой бывший пациент, хозяин сего заведения, много раз приглашал посетить его, но как-то времени всё не было.
– Понятно.
Ресторан и правда, был просто потрясающий. Много цветов, живая музыка, потрясающе вкусное вино и блюда. Я давно уже не выходила в подобные места и чувствовала себя немного скованно, в отличие от моего спутника.
– Может, потанцуем? – я окинула взглядом зал.
– Но никто не танцует, – заметила я, чуть наклонившись к Жене.
– Ну и что. – Евгений пожал плечами и протянул мне ладонь, за которую я тут же ухватилась. Мне нравилась его непосредственность. Этот мужчина был одним сплошным плюсом, на первый взгляд. Я, конечно, не знала, что кроется за его действиями, но мне пока было не до этого.
Мы вышли в центр зала, и тут, как по волшебству, заиграла медленная музыка. Несколько посетителей бросили на нас изучающие взгляды, которые я тут же поймала. Остановившись посередине зала, Женя одну руку положил мне на талию, а во вторую взял мою ладонь, придвигая ближе к себе. Между нами практически не осталось свободного расстояния. Мы двигались неспешно, наслаждаясь близостью, живой музыкой и танцем. Несколько посетителей, взяв с нас пример, тоже вышли со своими половинками потанцевать. И, кажется, этот вечер был самым запоминающимся и положительным за долгий период прожитых лет. Но, как всегда, после всего хорошего наступает момент, когда приходит разочарование.
Вдруг я почувствовала на себе тяжёлый изучающий взгляд, который меня буквально напряг. Бегло осмотрев зал, я никого не нашла, кто бы мог так повлиять на меня. Но стоило нам подойти к столику и сесть на свои места, как взгляд упал в конец зала на столик, который был скрыт от людских глаз, и я чуть заметно вздрогнула.
За столиком сидел Таир со своей женой. Взгляд мужчины был направлен на меня. И такой тяжёлый, прожигающий. Если можно было взглядом убивать, то я бы уже точно была мертва. Но почему он так смотрит? Разве у него есть на это право?
– Ты прости, я отойду в дамскую комнату, – произнесла я
