Читаем без скачивания Ревизор: возвращение в СССР 36 - Серж Винтеркей

понял, серьезно она говорит или шутит. Как-то раньше жена не была им замечена в таком почитании указаний Тарека…

***

Вечером мне позвонила Эмма Эдуардовна.

– Павел, завтра утром обязательно подходи к десяти часам. Будет организационное собрание по выезду в Берлин.

– Хорошо, Эмма Эдуардовна. А куда?

– В актовом зале будем собираться.

Положил трубку и попытался вспомнить – заносил ли я уже замдекана седьмой том Конан Дойла или ещё нет? Вроде бы нет. Сразу достал из своих закромов, и положил в портфель, чтобы точно не забыть.

***

Москва

Засаду устроили на обочине дороги рядом с тем самым местом, что описал в письме гражданин Юдин. Вышли на него, и Вадим Борисович показал то место, где его едва не пришибло свиной полутушей. Рядышком и обосновались…

Не мудрствуя лукаво, зампред Камолов попросил милицию раздобыть какой-нибудь небольшой грузовичок, помимо предоставления сотрудников для рейда. А те пригнали хлебный фургон с полуприцепом У-121, в котором все достаточно комфортно и разместились. Не говоря уже о том, что выйти тоже можно было легко всем практически одновременно, учитывая множество боковых дверей. Единственное, что вовремя заметили, что петли дверей скрипят просто безбожно, и о никакой внезапности появления для поимки расхитителей говорить не приходится. От того протяжного душераздирающего звука, что они издавали, волосы дыбом вставали. Поскрипи так где-нибудь на кладбище в сумерках, и рядом проходящие случайные граждане ломанутся бегом подальше, проламывая на пути кусты и валя небольшие деревца...

Добыли масла, и смазали, возможно, впервые лет за десять эксплуатации машины все эти петли. Помогло, петли смолкли. Может, масло помогло, а может, в благодарность, что о них впервые позаботились. Правда, возникла другая проблема. Лязг при открывании дверей все равно был такой, словно открывали люк танка или БМП. Раньше его просто заглушал скрип петлей. Ну, с этим уже поделать ничего нельзя было...

В самой машине разместилась делегация от Верховного Совета. В нее вошли все члены группы молодёжного общественного контроля и присоединившиеся к ним парторг с комсоргом. В полуприцепе притаились капитан Поперечный из РУВД Москворецкого района Москвы и шестеро его сотрудников. Капитан Поперечный очень ярко соответствовал своей фамилии – в плечах он был пошире зампреда Камолова, что раньше казалось Ильдару невозможным для человека, а в росте ему сильно уступал. Увидев его, Ильдар подумал, что такому сотруднику милиции должно быть легко бороться с преступностью. Увидев его, сразу хотелось признаться во всех грехах, лишь бы не подходил близко... Такими ручищами можно и подковы гнуть, и кочерги в узлы завязывать...

Договорились, что слегка приоткроют по створке одной из дверей, чтобы наблюдать за обстановкой. И что первыми в случае появления злоумышленников идут милиционеры, а то мало ли что...

Решили приехать на место пораньше, на случай, если преступники осторожничают и заранее осматривают местность. А то если вдруг в час ночи появится новая большая машина, их это может насторожить. А если давно стоит, то и ладно, видимо, до утра уже ее тут бросили.

Потянулись томительные часы ожидания. Дремать не получалось – сидеть приходилось на неудобных деревянных поддонах. Часть их вытащили, чтобы можно было забраться внутрь, но нижние оставили.

Семеров сразу, как забрались внутрь, велел никому не разговаривать. Так что ещё и было очень скучно.

Наконец, часа в два ночи, неподалёку мощно взревел мотор. Какая-то тяжёлая техника, – подумал Ильдар. – Неужто тот самый бульдозер, при помощи которого мясо перекидывают через бетонный забор?

На фоне звуков движения тяжёлой техники почти потерялся шум более лёгких машин. Но когда одна из них проехала совсем рядом с фургоном, Ильдар понял, что ему не показалось.

А где-то через минуту совсем рядом раздались звуки разговора.

– Да чего он там тянет?

– Жди, Митрич! Куда спешишь, боишься, небось, что жена твоя с соседом мутит? Так они уже, наверное, всё успели!

– Васька, достал уже этими дебильными шутками! Врежу я тебе однажды!

Затем раздались звуки хохота.

А через несколько секунд примолкшие было голоса снова загомонили:

– О! Первая пошла! Давай, давай к забору!

Последовал звук удара чего-то тяжёлого. И снова голоса:

– Навались, потащили, потащили!

Всё это продолжалось минут десять. Если там снаружи действительно воровали полутуши свиней, то за это время их упало на асфальт никак не меньше четырёх штук. Ильдар никак не мог понять, почему бездействует милиция?

Но, наконец, раздались знакомые лязгающие звуки открывающихся дверей фургона, топот ног, а затем на фоне вдруг смолкшего мотора тяжёлой техники раздался пронзительный крик.

– Менты! Тикаем!

Тут уже и Семеров не выдержал, и распахнул ближайшую к нему дверь. Вслед за ним это охотно сделали и остальные участники засады. Выбраться наружу из хлебного фургона и разогнуться было невыносимо приятно, но затекшую спину сразу заломило. Привыкшие к темноте глаза уверенно различили в полумраке от редких фонарей убегающих вдоль забора мясокомбината людей, за которыми гнались милиционеры, и двух человек, прижатых к забору четырьмя милиционерами. Там стояли и две новые машины, которых не было, когда они тут парковались, белый москвич и желтый Раф-10.

Спустя пару минут скрывшиеся в переулке милиционеры вернулись с ещё одним задержанным.

– Один убег, а этого взяли, – доложил один из них капитану.

– Ничего, эти трое всех остальных сдадут, – прогудел басом капитан Поперечный, а затем, развернувшись к членам группы молодёжного общественного контроля, сказал:

– Ну что, поздравляю вас, товарищи депутаты! Не обманул вас этот сигнал. Удачно мы сегодня посидели в засаде.

Собственно, они уже не раз говорили ему, что они никакие не депутаты, но капитан стоял на своем. Ну а как иначе, если они из Верховного Совета?

Но теперь всем было на это фиолетово. Главное, что нелегкая ночная вылазка принесла результат, и какой!

***

Я понятия не имел, сколько от нашего факультета поедет человек на это мероприятие в Берлин. Но всё же был удивлён, когда, придя в актовый зал университета, заметил там чуть ли не за сотню людей, толпившихся около трибуны. Неужели это все от нашего факультета? Ситуацию прояснил поднявшийся на трибуну седобородый мужчина, которого я раньше никогда не видел.

– Рассаживаемся, товарищи, по местам! Тут сегодня должны быть все москвичи, что поедут на это ответственное мероприятие. Сейчас по рядам пустят списки, отметьтесь в них, пожалуйста.

Ага, видимо, на базе МГУ решили всех собрать, кто в Берлин поедет от Москвы. Ну теперь