Конструкция второго тяжёлого робота была более экзотической: широкая приземистая платформа размещалась на двух массивных птичьих лапах, была закрыта броней, выставленной под углами, максимально оптимальными для рикошета вражеских снарядов, и имела всего одно орудие. Крупное, длинное и сложносоставное, почти ничем не похожее на танковую пушку. Судя по взглядам военных, внимательно разглядывающих в оптические приборы обоих роботов, и та и другая машина вызвала у них определённый интерес.
— Скорость мне нравится, — задумчиво произнёс командарм, не отрываясь от перископа. — Сколько там?
— Сорок четыре километра в час, товарищ командарм! — немедленно доложил один из офицеров с телефоном в руках. — Наблюдатели сочли по мерным вешкам, выставленным вдоль полосы препятствий!
— Сорок четыре по пересечённой местности? — повторил командарм. — Очень хорошо!
— Это не предел, — объяснил Сеченов. — Я бы сказал, это минимум, доступный нам прямо сейчас. При полноценной реализации проекта скорость можно гарантированно поднять вдвое у колёсной модели, и втрое — у ходячей.
— Хм… — протянул командарм, невольно покосившись на Сеченова. — Звучит неправдоподобно. Но если это действительно так, ни у кого в мире нет ничего подобного даже близко. — Он вернулся к перископу. — А ведь хорошо идут, стервецы!
Роботы и впрямь преодолевали препятствия легко и без видимых усилий. Крупные колёса первой модели не увязали в снегу и за счёт независимых систем креплений запросто переезжали метровые преграды и поднимались по крутым уклонам, незначительно сбавляя ход. Модель на лапах и вовсе перешагивала, запрыгивала или перепрыгивала препятствия, не сбрасывая скорости, вследствие чего вырвалась вперёд. Лёд, заполненные снегом рвы, узкие мосты, канавы, пни и прочее обе машины миновали запросто и углубились в рощу.
Насколько хорошо роботы идут по лесу, было видно не так отчётливо, но среди деревьев были заранее размещены наблюдатели с полевыми телефонами, и военные получали от них доклады непосредственно по ходу продвижения машин среди деревьев.
— Колёсный танк едет по кочкам как по дороге! — сообщал офицер, поддерживающий телефонную связь с лесом. — Там, где он не может проехать, он достаёт пилу и очень быстро спиливает дерево. Это задерживает робота на минуту.
— По минуте на каждое дерево? — с сомнением прищурился командарм.
— Мы посчитали, что ломать деревья — это вандализм, — вздохнул Сеченов. — К тому же полноценная модель будет значительно мощней. Она сможет ломать деревья, аналогичные по толщине тем, которые может ломать ваш танк. Но те деревья, которые танк сломать не сможет, станут для него преградой. Робот же имеет возможность их спилить.
— Спорный подход! — заявил кто-то из военных.
— А мне нравится! — неожиданно отрезал командарм. — Этой пилой можно свалить пару деревьев и сделать засеку, затруднив путь противнику, или замаскировать танк среди них, если набросить поверх маскировочную сеть. Быстрее, чем вручную. Можно подготовить засаду сходу, за несколько минут.
— Вообще, мы склоняемся к мысли, что шагающие роботы будут более эффективны, — уточнил Сеченов. — Товарищи Челомей, Филимоненко и Лебедев, являющиеся авторами основной идеи, считают эту перспективу интереснее.
— Что там с шагающей машиной? — Командарм обернулся к одному из офицеров.
— Она уже вышла из леса, товарищ командарм! — доложил тот.
— Как это — уже вышла из леса?! — удивился тот, торопливо проворачивая перископ в нужную сторону. — Так быстро?! Товарищ Сеченов, телефонируйте своим людям, пусть проведут его через лес ещё раз! Я должен увидеть, как это происходит!
Шагающего робота прогнали через лес дважды, и — командарм не скрывал довольной улыбки, наблюдая за тем, как робот ловко обходит деревья, буквально прокручиваясь между стволами там, где его габариты не позволяли пройти мимо них свободно.
— Полноценная модель будет иметь динамическое шасси. — Сеченов старался объяснить то, что не было возможности реализовать в опытных моделях. — Ходовая часть сможет сжиматься, словно гармонь, чтобы пройти в узком месте.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Ходовые испытания продолжались ещё час, и военные остались более чем довольны результатами. Затем пришло время боевых стрельб.
— Ну, товарищ Сеченов, — под впечатлением от первого этапа командарм находился в приподнятом настроении, — покажите, на что способны ваши детища! Мы не пожалели для этого настоящие танки!
Он отдал приказ, и на отведённые под мишени позиции выехала пара танков, и их экипажи торопливо покинули боевые машины.
— Слева Т-34, — объяснил один из офицеров. — Средний танк. Лучше этой машины в мире нет! Справа — КВ-1, «Константин Ворошилов», тяжёлый танк с отличной бронёй. На сегодня это лучшее, что у нас есть!
— Начинайте, Дмитрий Сергеевич! — Командарм настолько увлёкся испытаниями, что забыл о том, что комиссию возглавляет товарищ Молотов. Но Председатель Совнаркома отнёсся к этому с пониманием, что Сеченова порадовало. Хотя бы высшее руководство СССР не больно карьеризмом и ратует за благо страны. Это не может не радовать.
Сеченов вновь покрутил ручку электрогенератора полевого телефона, соединяясь с Челомеем, и произнёс в трубку:
— Аркадий Михайлович, стреляйте, будьте добры!
Услышав такую команду, командарм невольно ухмыльнулся и поспешил прильнуть к окулярам своего перископа. Шагающий робот повернул орудие в сторону КВ-1, составные элементы его пушки коротко сверкнули электрическим импульсом, и орудие издало негромкий резкий хлопок, тут же сменившийся грохотом преодоления звукового барьера.
![]()
— Етить твою мать!! — Командарм чуть не подпрыгнул на месте. — Башню сорвало к чёртовой бабушке! Не может быть! Это же КВ-1!
— Видимо, мы подали на орудие слишком много энергии. — Сеченов всмотрелся в отлетевшую от танка башню. — Для более рационального подхода требуются дополнительные эксперименты!
— Товарищ командарм! — доложил один из офицеров-телефонистов. — Башню прошило насквозь! Броня проломана, словно ломом продырявили!
— Вот это пушка! — Командарм невольно потёр руки, давно забыв о царящем вокруг морозе. — И вспышки от выстрела нет! Не будет демаскировать ночью! Товарищ Сеченов, а ну, давайте ещё раз!
— К сожалению, второй раз робот выстрелить не сможет, — произнёс Сеченов.
— То есть как?! — опешил командарм.
— Это экспериментальное орудие, сконструированное по принципу Гаусса, который силами нашей когорты удалось усовершенствовать, — попытался объяснить Сеченов. — За столь короткий срок мы смогли сделать его только в таком виде. Это одноразовая модель. Чтобы выстрелить второй раз, её необходимо доставить в заводские условия, разобрать и пересобрать заново.
— Что?! — непонимающе нахмурился командарм.
— Полноценная модель будет стрелять часто! — заторопился объяснить Сеченов. — Но для её изготовления необходимо построить специальный завод, и даже два…
— В прошедший месяц, — перебил его Молотов, — в вашем распоряжении было целых три завода: сталелитейный, машиностроительный и танкостроительный. Так что же вам помешало?
— Это не просто пушка на металлических лапах! — Сеченов изо всех сил старался донести суть до всех присутствующих. — Это уникальная технология, которой нет в мире! Она требует создания уникальных сплавов, для производства которых необходимо выстроить столь же уникальный сталелитейный завод, созданный по абсолютно новой технологии, и такой же машиностроительный завод…
— Думаю, можно попробовать… — ставший серьёзным командарм посмотрел на Молотова. — Сколько потребуется времени для строительства двух заводов?
— Прошу меня простить, но… — вклинился Сеченов, — эти технологии требуют доработки и до-разработки. Нужны значительные средства и, главное, значительные мощности, в том числе вычислительные, научные и инженерные…
