Пристально взглянув на сидящего со сжатыми губами Барру, Александр повернулся к привлекательной служанке по имени Кейт, которая собирала остатки пиршества Джейма. Великана посадили в самый дальний угол большого зала, но Александр знал, что все остро чувствуют присутствие этого человека.
– Я хочу, чтобы за этим увальнем присматривали повнимательнее, хотя он и поклялся не распускать руки. Связь между ним и дочерью Колина слишком сильна. Он обрек себя на верную смерть, когда начал бороться с нами в одиночку и без оружия. Я мог бы в мгновение ока перерезать ему горло. Но он не дрогнул. Его преданность может оказаться сильнее, чем данное им слово. – Какое-то время Александр изучал Джейма. Когда Джейм посмотрел на него, то сжал свои массивные кулаки. – Да, я знаю, что это значит.
– Джейм любит свою госпожу, – пробормотал Барра.
– Да. Красавица и чудовище! Приглядывай за ним, Барра, поскольку у меня нет желания убивать этого человека.
Кейт чуть задержалась, наполняя пивную кружку Джейма, когда увидела, как тот смотрит на владельца Ратмора. Размеры Джейма восхищали ее. Она была полногрудой, здоровой девушкой, однако рядом с ним выглядела хрупкой девочкой. Кейт не воспринимала его как мужчину из-за его заикания, но он был первым человеком, который ее по-настоящему заинтересовал. Ее беспокоило то, что при взгляде на владельца поместья Джейм всегда демонстрировал враждебность – взглядом или движением. Повинуясь порыву и желая его успокоить, она положила свою руку на его и посмотрела прямо в его удивленные глаза.
– Нет, сэр, хозяин владения вас убьет, и тогда от вас не будет никакой пользы вашей госпоже. – В его красивых глазах появилось изумление. – Вы никак не можете предотвратить того, что должно произойти.
Джейм заметил выражение участия в прелестных зеленовато-карих глазах женщины и почти что забыл о том, что его волновало.
– Ваш х-хозяин собирается о-обесчестить мисс Эйлис. Да, и он может сделать это грубо. Я не могу этого стерпеть.
– Вы можете это стерпеть, и вы должны, – приказала ему Кейт. – Разве ваша госпожа не говорила вам об этом сама? – Джейм неохотно кивнул. – Я схожу к ней утром, чтобы помочь. Ей, возможно, понадобится женская помощь.
– Да. – Джейм улыбнулся, глядя на девушку. – Да, теперь мне немного легче. Благодаря вам, госпожа!
– Кейт, – произнесла она, слегка озадаченная тем, как улыбка смягчила его широкое, не очень красивое лицо и всколыхнула что-то в ее душе. – Зови меня Кейт.
Александр молча смотрел, как беседуют Кейт с Джеймом, потом изумленно поднял брови и обратился к Барре:
– Это чудовище умеет обращаться с девицами! Видишь, как Кейт увивается вокруг него – наша холодная Кейт, которая обычно презирала мужчин?
Барра чуть улыбнулся:
– Бабы умеют разглядеть ягненка под шкурой льва, преданное и нежное сердце в мускулистой груди.
– Да, ты прав, – согласился Ангус. – Он, может, и немного тугодум, но не идиот.
Прищурившись, Александр внимательно смотрел, как великан застенчиво беседует с Кейт.
– Нет, он не идиот, но о нем часто так думают. На нем печать человека, над которым можно насмехаться при каждом его поступке. Но из-за его размеров это делают не часто. Эта девица Макфарлан приручила его. Одно доброе слово – и он стал ее рабом. – Александр покачал головой, когда увидел, как напрягся Барра, явно приготовившись возразить на это циничное наблюдение. – Не набрасывайся на меня снова. Я не думаю, что ее интерес к этому человеку поддельный.
– Да, дети его тоже любят, – слегка нахмурился Барра. – Ты прав, считая, что его преданность и потребность защищать эту девушку могут оказаться сильнее его слова. Нет какой-нибудь возможности упрятать его в безопасное место на ночь?
Александр медленно кивнул:
– Да, мы можем отправить его в темницу, но это будет выглядеть как оскорбление, знак того, что мы не доверяем его слову.
– Но это в конце концов спасет его жизнь, – произнес Ангус. – Куда лучше провести ночь, чувствуя себя оскорбленным, нежели умереть из-за собственной глупости.
Вздохнув, Александр приказал своим людям отвести Джейма в темницу. Он не беспокоился о том, что они подумают о его распоряжении, поскольку его храбрость никогда не подвергалась сомнениям. Это была лишь предупредительная мера, чтобы человек не ввязался в какую-нибудь глупую историю и остался жив. Александр искренне не хотел убивать Джейма.
Джейм понял, что должно случиться, только тогда, когда к нему подошли четыре вооруженных человека. От страха он не ответил на тихое обещание Кейт повидать его утром. Еще с того времени, как он был маленьким ребенком, он боялся темноты. Он знал, что Макдабы не намереваются причинить ему какой-либо вред, но они могли невольно причинить ему страдания. Он едва переставлял ноги, но его спутники сочли, что это лишь форма протеста. Джейм знал, что они видели на его ничего не выражающем лице упрямство, а не ужас, который он чувствовал на самом деле. Страх сковал язык Джейма, так что он не мог выразить свои мысли. Только его обещание Эйлис не пускать в ход кулаки не позволило ему попытаться вырваться на свободу.
Когда дверь в камеру была заперта, Джейм невольно застонал. Хорошо, что никто этого не слышал. Он опустился на холодный каменный пол и свернулся калачиком, стараясь отогнать от себя страх. Какое-то время ему это удавалось, но в тесной темной камере Джейму было со страхами не справиться, поскольку они все росли и росли. Он произнес имя Эйлис, но это не отпугнуло растущее в нем отчаяние, поскольку он знал, что она ему не сможет помочь, поскольку будет слишком занята борьбой с владельцем Ратмора.
Покончив со своим элем, Александр решил, что он достаточно долго наслаждался ожиданием. Он поднялся со своего места, думая о наслаждении от того, что ему предстояло сделать. Когда он задержался около своего брата, то заметил, что Барра с такой силой сжал кубок, что едва не смял его. И весь его облик выражал тревогу.
Александр не хотел враждовать с Баррой, но и не собирался оставлять Эйлис.
– Когда ты в первый раз увидел ее, то подумал, что это Майри, – пробормотал он. – Неужели они так похожи? – Как и надеялся Александр, упоминание о Майри немедленно смягчило Барру.
– Да, Майри была не выше, но слегка покруглее. Эйлис отличается бойцовым характером. Боюсь, что моя Майри такой не была.
– Эта женщина сильно рисковала, когда ты сделал ее своей возлюбленной. Макфарланов воспитывают, чтобы они ненавидели Макдабов.
– Верно, и Майри всегда боялась. Временами ее от страха просто трясло, как от лихорадки. Моя Майри имела мягкий характер, но у Эйлис этого нет. Эйлис обычно прямо высказывала своему семейству то, что о нем думает.
