— Отлично, они сели. Пошли! — приказал лейтенант Шоттон. Он так и не смог избавиться от дрожи в голосе, однако сам двинулся в сторону звездолета. Рота проследовала за ним мимо Центра искусств Диксона, мимо Нью-Банч Холла. Совсем недавно Билли Кокс разгуливал здесь босиком. Теперь его солдатские ботинки грохотали по бетону.
Рота заняла позиции напротив Додд Холла. Легкий ветерок играл листвой.
— Постарайтесь укрыться ненадежнее, — тихо распорядился лейтенант Шоттон. Рота расползлась по клумбам и газонам, хоронясь за стволами. За их спинами, на Хилгард-авеню, громыхали дизели бронированных машин, занимавших лучшую огневую позицию.
Какое бесполезное занятие, с горечью думал Кокс. Все, что надо сделать, — это подружиться с пришельцами, а не заносить их автоматически в разряд врагов.
Впрочем, кое-что в этом направлении уже предпринималось. Из административного здания Мерфи Холла выступила и медленно двинулась к кораблю делегация под белым флагом. Возглавлял ее мэр Лос-Анджелеса; у президента и губернатора были какие-то неотложные дела. Билли Кокс отдал бы все, чтобы войти в состав этой делегации, а не ползать на пузе по газонам. Вот если бы эти пришельцы подождали, пока ему стукнет пятьдесят, пока он станет на ноги…
Сержант Аморос тронул его за локоть:
— Глянь-ка. Что-то там происходит.
Аморос был прав. В борту корабля открылось несколько люков, и земная атмосфера смешалась с воздухом корабля.
Ветерок дул в их сторону. Кокс сморщил нос. Он не смог бы описать весь букет экзотических запахов, но два узнал безошибочно: выгребной ямы и помойки.
— Господи, ну и вонь! — сказал он.
* * *
— Боги, ну и вонь! — воскликнул Тограм. Только свежий воздух, струящийся в люки шлюзовой камеры, позволил по достоинству оценить ту дикую смесь, которой им приходилось дышать. Она пахла дымом от готовки, гниющими светлячками… Да, это была вонь! На, казалось бы, привыкшие к ней глаза даже навернулись защитные мембраны.
— Высадка! — скомандовал он, посылая свой отряд вперед. Это был рискованный шаг. Если у аборигенов окажутся крепкие нервы, они смогут нанести роксоланцам урон в момент выхода из корабля. Впрочем, большинство рас, не доросших до гипердрайва, настолько пугались одного вида пришельцев, что и не помышляли о сопротивлении. И если они не делали этого сразу, потом было уже слишком поздно.
Здесь они не сопротивлялись. Тограм увидел несколько аборигенов, державшихся на почтительном расстоянии. Он не мог точно определить количество аборигенов. Пятнистые шкуры (или это были одежды?) мешали рассмотреть их. Но это, несомненно, были воины — судя по их поведению и тому, что в руках они держали оружие.
Отряд Тограма, как обычно, выстроился в две шеренги. Первая целилась из мушкетов с колена, вторая — над головами первой.
— Ну вот и мы! — радостно провозгласил Тограм. Кучка аборигенов под белым флагом, судя по всему, была местной знатью. Да, те пятнистые шкуры — точно одежда, убедился капитан, поскольку эти существа были одеты совсем по-другому, довольно обычно, если не считать странной полоски ткани на шее. Они были выше и худее роксоланцев; лица их были — как бы это сказать — безмордыми.
— Иллингуа! — позвал Тограм. Старый вояка командовал правым флангом.
— Сэр?
— Твой сектор обстрела справа. По команде снимешь вождей. Это деморализует остальных.
— Готовьсь! — скомандовал Тограм. Роксоланцы опустили дымящиеся фитили в каморы своих мушкетов. — Целься! — стволы медленно повернулись… «Пли!»
* * *
— Плюшевые мишки! — воскликнул Сэнди Аморос. Кокс подумал точно так же. Существа, появившиеся в проеме люка, были округлыми, бурыми и пушистыми, с длинными носами и большими ушами. Впрочем, плюшевые мишки обычно не носят оружия. И, подумал Кокс, не живут в месте, которое пахнет, как выгребная яма. Разумеется, им самим это может казаться дивным благоуханием. Если это так, в их общении с землянами могут возникнуть некоторые трудности.
Он смотрел, как плюшевые мишки занимают свои места. Что-то в этой позиции было такое… непохоже на то, что они строятся почетным караулом для встречи мэра и его делегации. Все же это построение было ему знакомо, он только не мог припомнить, откуда.
И тут он вспомнил Если бы Кокс не провел столько времени в университете, ему было бы ни за что не понять логики происходящего. Он вспомнил курс истории европейских государств. В восемнадцатом столетии короли создавали профессиональные армии. Вот там и выполнялись подобные эволюции.
Это была любопытная мысль. Кокс как раз хотел поделиться ею с сержантом, когда мир взорвался.
Из ружей пришельцев вырвалось пламя. Огромные клубы дыма поднялись к небу. Что-то, жужжащее, как сердитая оса, пролетело мимо уха. Кокс услышал крики и стоны. Большинство членов мирной делегации валялось на земле, кое-кто без движения.
Со стороны звездолета послышался грохот, и еще, и в кирпичную стену Додц Холла врезалось круглое ядро. Отлетевшая щепка больно ударила Кокса по шее. Ветер донес почти забытый с детства запах фейерверка.
* * *
— Заряжай! — кричал Тограм. — Еще залп, и — в штыки! — его солдаты поспешно отмеряли порции пороха и забивали в стволы круглые пули.
* * *
— Ах вот вы как! — закричал Аморос. — Ну что ж, не обессудьте! — кончик его мизинца был отстрелен, но он не замечал этого.
Автомат Кокса уже строчил, выплевывая медные гильзы. Кокс менял магазин за магазином, поводя стволом словно шлангом для поливки.
Теперь стреляла уже вся рота. Автоматные очереди слышались со всех сторон. Сквозь них прорывались хлопки базук и грохот полевых орудий. Дым — уже не от собственного оружия — начал окутывать вражеский корабль и окружавших его солдат.
В ответ раздалось несколько одиночных выстрелов, потом еще, но таких редких, что Кокс, не веря своим ушам, прокричал сержанту:
— Так нечестно!
— Плевать! — крикнул в ответ Аморос. — Они сами сделали выбор. Одно доброе дело они сделали, укокошив мэра. Терпеть не мог старого брехуна.
* * *
Злобное «так-так-так» было ни на что не похоже. Выстрелы следовали один за другим без перерыва, грохот стоял неимоверный. Но если это аборигены стреляли в его солдат, где же тогда клубы порохового дыма?
Ответов на эти вопросы он не знал. Все, что он знал, — это то, что его отряд тает, словно выкошенный гигантской косой. Вот падает солдат, сраженный тремя пулями сразу, и тело его словно не может решить, в какую сторону рухнуть; вот у другого сносит полголовы…
Тем не менее капитан выкрикнул приказ. Полтора десятка солдат двинулось в сторону аборигенов. Их длинные отполированные штыки блеснули на солнце. Ни одному не удалось сделать больше десятка шагов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
