Читаем без скачивания Мой азиатский принц 2 - Ива Лебедева

начал, — напомнила я. — Причем начал с того, что оскорбил мою младшую сестренку, заявив, что вовсе не обещал ей статуса своей невесты. Что, в ответ надо было его под хвост поцеловать?

Я резко разозлилась. Не ожидала от парня такой мелочной подставы. Почему-то мне казалось, что он вполне благородный лебедь и с женщинами не воюет. А тут нате вам! Пожаловался родителям! Ишь, цаца!

— Кирэн! — хором взвыла родня.

Одна лишь бабушка не участвовала в хоровом вопле, она выпустила в мою сторону аккуратное колечко дыма и спокойно заметила:

— Следи за языком, девочка. Значит, говоришь, этот мальчишка первый начал?

— Никому не позволено оскорблять мою сестру. — Я вспомнила шкаф по фамилии У и по его примеру воинственно выдвинула челюсть. — Кроме меня. Надо будет, я ей сама врежу. Но другим не дам!

Мейрен в своем кресле притихла, только шмыгала носом и сосредоточенно утиралась тканевой маской в валерьяновых разводах. Ее мамочка, госпожа Ци, застыла, явно не понимая, как реагировать.

— Значит, говоришь, сначала ты его спасла, а потом вы поругались? — разрушила тишину бабушка, выдыхая очередное золотисто-сизое колечко.

— Не то чтобы поругались. — Я пожала плечами, проходя к накрытому для завтрака столу и мысленно ликуя: омлет! Овсянка! И никаких тебе пророщенных стрекозлов с перцем! — Я предложила молодому человеку поздороваться со своей невестой, а он ответил… недостаточно учтиво.

— Все верно. Потому что Мейрен не его невеста, — кивнула глава семейства.

— М-м-м? — Тут я посмотрела на сестру и выразительно приподняла бровь.

— Но… но… свидание же прошло хорошо! Он не сказал ничего против! — ответила нам вовсе не сестренка, а госпожа Ци.

— Тем не менее сватов никто не посылал. Нам не отказали, но и согласия не выразили. А потом юный У стал жертвой преступления, и в суете, видимо, о нас забыли. Я так понимаю, кто-то слишком обрадовался и много болтал языком?

— Нет, бабуль, — поспешила вмешаться я, видя, как Мейрен снова краснеет, а ее глаза наливаются слезами. — Это все же моя вина. Я поспешила с выводами, когда сестра рассказала мне об этом свидании. Простите, я постараюсь быть осмотрительнее в будущем! — И поклонилась. Причем даже не столько осознанно, сколько машинально, будто это для меня не в новинку.

Мейрен открыла рот и вытаращилась на меня как на привидение. Но быстро опомнилась, рот прикрыла, еще раз вытерла мордочку маской и сделала несколько глубоких вдохов-выдохов, приводя себя в порядок.

— Ну раз твоя вина, тебе и возвращать доверие между нашими семьями, — резюмировала бабушка. — В качестве благодарности за помощь сыну глава семьи У приглашает тебя на ужин. И ты, естественно, пойдешь. Это даже не обсуждается! А теперь будем завтракать.

Эх… не было печали. Ладно хоть омлет и овсянка оказались выше всяких похвал. И Мейрен к концу завтрака подозрительно повеселела и бросала на меня несколько странноватые взгляды. Я бы даже сказала — предвкушающие. Настолько, что у меня нос зачесался и я пару раз чихнула в яблочный сок…

— Ты мне должна! — без всяких предисловий заявила мелкая вредина, когда мы закончили завтрак и смотались из-под строгого ока бабушки.

— Да? За что? — снова не поняла я заявлений сестры. — За то, что взяла на себя вину?

— Не-а! За то, что теперь у тебя есть шанс стать невестой У!

— Смена фаворита в гонке? — со вздохом уточнила я, падая спиной на кровать.

— Именно. — Мейрен без малейшего стеснения или колебания упала рядом.

— Дай угадаю. — Я только сейчас разглядела, что потолок-то над кроватью тоже непростой. — Ты хочешь его? Причем вживую, а не в виде подушки? — Ткнула пальцем в едва заметную акварельную роспись. Пока не приглядываешься — вроде абстрактный узор из воздушных облаков, а если посмотреть дольше и внимательнее — сквозь нежные мазки проступало лицо того самого бревнышка. Между прочим, его куклу сестра еще вчера тишком свистнула из коробки. А когда я это обнаружила и попыталась возмутиться, пропищала, что вернет. Завтра. Наверное.

— А? Санти? Ну… он, конечно, красивый. Но совсем не из нашей среды. Даже актером был, а родственники это… не приветствуют, — неуверенно начала Мейрен, будто вспоминая чьи-то слова.

— Смеешься? Его личное состояние уже под несколько миллионов долларов, вчера только обсуждали в сети. По нижней планке, но в критерии пролезает. И он не танцует на сцене, имеет вполне приличную профессию музыкального продюсера и менеджера группы. Я уже молчу про то, что без шикарных навыков управленца и стальной воли он бы долго на такой должности не продержался, невзирая на все связи. Разве не идеальный муж?

— На продюсера только учится, — вздохнула Мейрен, чем выдала себя с головой. Может, с сестрой они не ладили именно из-за зависти? Кирэн-то могла показывать свои увлечения открыто, в отличие от младшей.

— Все равно, контакты у парня хорошие, знакомства обширные. Если грамотно провести среди бабушки и папы рекламную кампанию…

— Ага. — Мейрен неожиданно хихикнула. — И останется только уговорить принцессу!

— Ты читала притчи о Ходже Насреддине? — удивилась я.

— Кто это? — удивленно моргнула сестра, — Эту фразу выдал сам Санти. На каком-то юмористическом шоу. Она потом мемом в сети стала.

— А… ну так что? Хочешь его?

— М-м-м… Да!

Глава 15

Вейшенг

Странно тосковать о девушке, которой не было. И страшно понимать, что она могла быть лишь вывертом больного сознания.

Я не могу полюбоваться снимками, прослушать голосовые, которые сохранил, перебрать памятные вещички… что там еще положено делать человеку, чья любимая умерла? Не очень в курсе, никогда не интересовался глупостями из дорам или сентиментальных клипов, не думал, что самому «прилетит», как выразилась бы Кристи… Почему не думал? Считал любовь выдумкой для недалеких школьниц, не представлял даже, что способен так врасти в кого-то. Я? У Вейшенг, спокойный, собранный, уверенный в себе и холодный? Ни за что!

Самому теперь смешно… сквозь слезы.

Нет, я отказываюсь считать, что это все плод моего больного воображения. Слишком она была настоящая и не похожая ни на кого. Я бы просто не додумался! Фантазии на такое не хватит! Креатив в принципе не мое свойство, слишком привык все четко раскладывать по полочкам, без творческого хаоса. Как в работе, так и в жизни.

А как объяснить то, что несколько выстрелов в упор меня не убили? Почему сдох этот урод, который в меня стрелял? Я точно не помню, как убивал его. Хотя здесь, может, просто шок… Но все равно! Полицейские и врачи твердят в один голос: я выжил лишь чудом.

И у этого чуда было имя. Которое мне мучительно сладко