Читаем без скачивания Мой азиатский принц 2 - Ива Лебедева

же открыли последнее сообщение. Если пропустить стандартные приветствия и витиеватые обороты, получалось следующее:

«Благодарим вас за постоянную искреннюю поддержку наших ребят в прошлом. Мы очень рады, что вы наконец поправились, и ужасно сочувствуем, что вы потеряли память и лишились стольких прекрасных воспоминаний, в том числе связанных с нашими айдолами. А потому приглашаем вас в качестве почетного вип-гостя на будущий концерт и дальнейшую встречу-ужин с «зоопарком», чтобы вы снова смогли приобрести незабываемые и яркие впечатления и в этот раз точно оставить их в своем сердце. Искренне Ваш, менеджер группы «Zoo» Энрике Сантимора»

— И-и-и-и! — завизжала Мейрен. Да не просто завизжала, а прямо мне в ухо.

— Что⁈ — Я шарахнулась так, что едва не свалилась со стула. — С ума сошла⁈

— Сама с ума! Сошла! — Сестра продолжала тонко взвизгивать после каждого слова и подпрыгивать на месте, как заводная игрушка. — Ослепла, что ли⁈ Это же ОН! Он сам! Санти!

И пальцем потыкала в куклу, стоявшую на столе:

— Он!

— И что мне теперь делать? — Я окончательно растерялась. Никогда не была ничьей фанаткой. И думала, что подобной дурью занимаются подростки, которым делать нечего. А тут, оказывается, дело-то серьезное! Мне уже поведали, что от клуба преданных фанатов зависит чуть ли не сама жизнь группы, почти все ее продвижение, интернет-трафик и прочие вполне реальные вещи. Я и так, мол, несколько месяцев проболела, из-за чего фандому и самим «зверятам» пришлось тяжко. Теперь обязана наверстать…

А еще было ужасно стыдно, ведь придется разговаривать и, возможно, увидеться с человеком, чью куклу (точную копию, между прочим) не только тискала, но и переодевала в прямом эфире. Я уже молчу про голую подушку с фигурной задницей.

— Ну ты что! — Мое расстроенное лицо, вопреки ожиданиям, не вызвало новых насмешек от Мейрен. — Неужели настолько все плохо⁈ Ну забыла ты многое, бог с ним, на вкусы же это не могло повлиять! Тебе наверняка понравится концерт и сами парни тем более.

— Не в этом дело. — Раз уж мы так серьезно разговорились, я утащила сестру от компа на кровать, чтобы сесть поудобнее. — Просто я не ожидала такой ответственности за кучу людей. Они все что-то от меня хотят! Я всем что-то, получается, должна…

— Так ты же этого всегда и хотела! — поразилась Мейрен. — Я тебя сто раз пинала, мол, делать нечего, волочь такой воз забесплатно. А ты только обзывалась в ответ и загоняла себя в еще большую рутину. Там ведь работы столько, что ужас. А ты даже от вознаграждения отказалась, хотя, у некоторых групп главы фандомов вообще официально работают на агентство! Хорошо хоть теперь додумалась подключить донаты на трансляцию! Немного окупится.

— Я не сама, — признаваться было легко. — Не помню даже, как эта трансляция включается и настраивается. Что в чате посоветовали, то и сделала. Как мартышка у автомата с бананами: куда велено, туда и нажимала. Я про платную рекламу даже не подумала!

— Значит, спасибо твоим друзьям, дельный дали совет. Но если ты, мартышка дурная, еще раз полезешь показывать себя всему миру без нормального макияжа… я тебе всю шевелюру выдеру!

— Эй! Я накрашена! С обеда не умывалась, все в порядке! — это уже была наглость. И вообще, кажется, разговаривать в подобном серьезно-сочувствующем тоне у сестер было настолько не принято, что Мейрен с непривычки перенапряглась и всеми силами пыталась снять это напряжение обычной потасовкой. — Сама ты мартышка!

— Ха! Даже на мартышку не тянешь, макака! — явно обрадовалась привычному тону сестра. — Да у тебя макияжа минимум! Камера, между прочим, искажает изображение, краситься надо по-другому! Ярче! Фактурнее! И лампу включать, чтобы на лицо светила. Я уже молчу про нормальную звуковую аппаратуру. У детсадовцев и то эфиры профессиональнее выглядят.

— Ну тебя на фиг. — Я устало потерла виски, потом сгребла ближайшую подушку в охапку и упала в нее лицом. А услышав сдавленное хихиканье сестрицы, выругалась вслух. Ну коне-ечно, кто бы сомневался, что схвачу я этого самого «Санти-бревнышко» и уткнусь мордой ровно в… кхм… рельефную заплатку.

Надо бы выкинуть, но это будет еще более стремно. И подушка точно не виновата…

Глава 12

Вейшенг

— Перестань дергаться так, будто кто-то здесь смертельно болен. — Я сел в машину, отвернулся к окну и надел наушники, решительно отрезая себя от заботливого бурчания Линьяо. Сколько можно, в самом деле!

— Не перестану. — Увы, заглушить гэ-гэ простыми наушниками не удалось. Он уже привычно вытащил у меня из уха гаджет, а когда я попытался отобрать его, напряг челюсть и нарисовал на своем лице вывеску, которую Кристи когда-то метко обозвала «Всех убью, один останусь». — Ты сам на себя не похож, как я могу не беспокоиться?

Оставалось только вздыхать. И не рыпаться, пока этот амбал, резко переквалифицировавшийся в наседку, что-то внушал сначала нашему водителю, потом телохранителям, потом и вовсе звонил куда-то по телефону. Кажется, отцу.

— Верни музыку. Она помогает поймать душевное равновесие. — Я привычно потер глабеллу, утихомиривая свою новую вечную спутницу — мигрень. Паршивая замена шизофрении, крайне паршивая.

— И позволяет уйти в себя, отстранившись от мира, — покачал головой брат.

— Мне там хорошо. — Раньше я никогда не опускался до подобных детских манипуляций, но Кристи что-то серьезно изменила в моем мироощущении. Теперь это позволяло мне без проблем строить в сторону гэ-гэ глаза умирающего кота. И Линьяо велся!

Получив свой наушник обратно, я все же великодушно предложил:

— Впрочем, вместо музыки можете вернуть меня на работу. Я давно не был в офисе, наверняка дел накопилось. — А еще можно полностью отключиться от чувств и пахать как проклятый, пока организм сам себя не вырубит.

— На работе и без нас разберутся, не зря отец собрал одну из лучших команд. Да и совет директоров штаны не просто так просиживает. Сначала полная реабилитация, — тут же строгим голосом отрезал гэ-гэ.

— Где, в спа? — невольно выпустил я накопившийся сарказм. — Среди этих вечно щебечущих бестий, любящих сплетни? Так вы меня быстрее добьете.

— Можно не щебечущих. — Брат как-то подозрительно хитро прищурился. — Можно ругающихся.

Я безразлично пожал плечами, но в тот момент, когда наушник почти вернулся на свое законное место, меня пронзила догадка. От которой я так вздрогнул, что чертов прорезиненный шарик выпал из пальцев и укатился куда-то под переднее сиденье.

— Нет!

— Да! — радостно-кровожадно ухмыльнулся Линьяо.

— Нет, я сказал! — Давно я не рычал на родственников, почти забыл, как это делается. Ключевое слово — «почти».

— Да брось, мелкий. Отец уже в курсе, что ты впервые за два месяца хоть на кого-то реагируешь.