Читаем без скачивания Мой азиатский принц 2 - Ива Лебедева

Ну, будем считать, что мы повзрослели наконец. А у меня вообще амнезия, имею право не помнить ни про какие сестринские операции.

Примечательно, что, покосившись на меня из-под маски немного дикими глазками и не дождавшись напоминаний про скальпель хирурга, Мейрен явно что-то усвоила, и ее «корова» и «толстуха» с этого момента пошли на убыль. Сестрица стала подбирать другие слова, чтобы поругаться.

В общем, странное чувство. Для меня спа всегда ассоциировалось с тишиной и покоем, когда ловишь некий дзен и отдыхаешь от мира. Тут же процедуры вышли больше похожими на дружеские посиделки, будто на девичнике перед свадьбой.

— Ресницы делать будем? — спросила мастер, отвлекая меня от размышлений. — У нас сегодня как раз мастер Марина свободна.

— О! — тут же оживилась Мейрен. — А Сонья?

— Хотите маникюр?

— Со стразиками! Большими, как брильянты в помолвочном кольце моей матушки! И с кроликами! Нет, лучше вишенки. Хочу обновить гардероб и добавить в него элементы бордо. Кирэн, тебе тоже надо!

Я философски кивнула. Стразики так стразики. Нам же не картошку с этими ногтями копать. Хотя все равно попрошу нечто более лаконичное и функциональное. Тот же нюд всегда актуален, тем более если в него добавить стразик. Один. Маленький.

Конечно, я удивилась тому факту, что в этом мире тоже востребованы русские мастера. И «по ресничкам», и маникюрщицы. В этом салоне, как позже проболталась Мейрен, к ним за месяц очередь. А нам необъяснимо повезло налететь на окошко в плотном графике мастериц.

Короче говоря, застряли мы до вечера. Это оказалось даже приятно, пусть и утомительно. Но чего я не ожидала, так это встречи в холле на выходе из спа-комплекса.

Глава 9

— Ах… — сказала Мейрен и попыталась сделать странное: то ли спрятаться мне за спину, то ли, наоборот, оттолкнуть меня на задний план. То ли просто в обморок нацелилась — поди пойми эти хаотичные телодвижения.

Я сначала поймала сестрицу за локоть, чисто на всякий случай, чтобы не грохнулась на мраморный пол. А потом принялась крутить головой. Что она такого увидела-то? Почему и без того большие глаза стали почти круглыми?

И тут же сама почувствовала, как бело-золотой мрамор уходит из-под ног. С чего бы, кажется? Что такого в двух вроде бы незнакомых парнях, идущих от стеклянной вертящейся двери к стойке ресепшена?

Один здоровенный, как шкаф, уверенный и с мужественно выпяченной нижней челюстью, будто в атаку собрался и щас всем как даст! Красив до безобразия, но с одним большим недостатком — золотым кольцом на безымянном пальце.

Второй в кильватере, чуть ли не на привязи, потому что его волокут за рукав. В кепке по самые брови и в маске по самые глаза. Тонкий, изящный и длинный, как помесь лебедя с циркулем.

Самое пугающее заключалось в том, что я их обоих узнала. Линьяо — это старший сын семьи У. Тот, который с «челюстью и кольцом».

И Вейшенг… тонкий надломленный циркуль. Почему мне так больно на него смотреть⁈ И почему кажется, что он не должен быть таким… худым? Футболка на широких жилистых плечах висит как на вешалке. А ведь должна обрисовывать развитые мышцы профессионального пловца. Вот откуда мне это знать⁈

— Ах… — повторила Мейрен мне в ухо.

— Сама ты «ах», — мрачно прокомментировала я, встряхивая тщательно ухоженными волосами и покрепче беря сестрицу под руку. Похоже, обе сестры Сюэ имели тягу к созданию себе кумиров. — Не вздумай бежать за ним и бросаться в объятия. Ты слишком хороша для подобных выходок. Это парни должны падать к твоим ногам!

И тут случилось странное. Проходя мимо нас, старший брат не слишком удачно дернул младшего, обходя знак «Мокрый пол». Так дернул, что отпустил, потому что сам поскользнулся. И один подстреленный лебедь, взмахнув руками, словно крыльями, «полетел» точно в нашу с сестрой сторону. Точнее, уже в мою, так как не выдержавшая встречи с кумиром Мейрен поспешила спрятаться за ближайшей колонной.

— Итить! — сказала я на чистом русском, окончательно бросила сестру и кинулась ловить умирающего лебедя с грустными стеклянными глазами. Мне показалось, что если он грохнется на каменный пол, то непременно сломается, разлетевшись тысячей осколков, как фарфоровая ваза!

— Ох ты ж мяу! Какая-то слишком тяжелая птичка, — пробормотала я себе под нос на русском языке, чувствуя, как сгибаются коленки под весом молодого мужчины. Кепка с него слетела, отчего шею защекотали чужие волосы. Я вдохнула аромат его шампуня и невольно задумалась — знакомый запах и очень приятный. Наверное, тоже когда-то таким пользовалась, стоит поискать.

— Что? — Лебедь вскинул на меня странно ожившие глаза.

— Осторожнее, господин У, — строго сказала я уже без всяких экскурсов в чужие языки. — Вы или сами убьетесь, или кого-нибудь по пути расплющите.

— Мейрен? — Лебедь нахмурился, пристально вглядываясь в мое лицо.

— О-хо-хо… — Я позволила ему встать нормально и быстренько отпустила, потому что касаться чужого теплого тела было… слишком приятно? Волнительно? — Что ж вы за жених-то такой, свою невесту в лицо не знаете? Сестра, иди поздоровайся.

— Чью невесту? — хмуро переспросил мужчина, снова стекленея глазами. Кажется, даже воздух вокруг стал на пару градусов ниже.

— Ну не мою же. — Я поймала высунувшуюся Мейрен за руку и тоже нахмурилась. Мне не нравилось, что вечно бодрая и словоохотливая сестрица сейчас как в рот воды набрала. И вообще, будто пыльным мешком стукнутая. — Впрочем, я еще трижды подумаю, стоит ли отдавать вам мою младшенькую. Вы даже падать нормально не умеете.

— Кирэн! — сдавленно пискнула та самая «младшенькая», пытаясь ущипнуть меня за бок. — Не позорь меня, — едва слышно взмолилась она.

Вейшенг окинул нас двоих равнодушным взглядом, пройдясь по фигурам и лицам словно сканером:

— Я ничего не обещал. Тем более не дарил никому статуса своей невесты.

— А вас никто и не просил! — Вот уж точно, будет он мне еще сестру оскорблять! Подумаешь, лебедь! Черный! Красивый. Теплый… тьфу!

Вейшенг смерил меня еще одним холодным взглядом, и даже под маской было видно, что его губы брезгливо поджались.

— Вы ведь тоже не замужем, верно? Неудивительно. Если бы я и хотел жениться на ком-то, то не на девушке с таким острым и непочтительным языком, как у вас. Вам никто не говорил, что не стоит нарываться на конфликт с незнакомцами?

— Вам никто и не предлагал меня в жены — это раз. Вы сами на меня упали — это два. Имею право расценивать как нападение. С неясными целями. Мало ли что у вас на уме было? Вдруг вы хотели облапать