— Итак? — спросил хозяин дома.
— Ладно, — сдался Лести, — довольно гадать!
(Конец рассказа мистера Клиффорда)Во время одного из визитов в лавку древностей Мориса Клау в Уоппинге меня сопровождал мистер Гейлсвен, с которым, как и с другими героями предшествующего рассказа, я успел познакомиться.
Где-то там, в мглистом сумраке этой лавки, заполненной реликвиями сотен веков и всех стран от одного полюса до другого — диковинными предметами, что скрывают свои черты в темноте — обитает большой серый попугай. Дуновения неслыханных ароматов и звуки скребущихся коготков говорят посетителю, что поблизости снуют и другие животные; попугай же пронзительным криком извещает его о своем присутствии:
— Морис Клау! Морис Клау! За тобой явился дьявол!
По этому сигналу Морис Клау выползает из своего укрытия. Шаркая ногами, он входит в лавку: трудно вообразить кого-либо, кто более соответствовал бы сумрачному окружению. Это высокий и сутулый человек, закутанный в выцветший синий халат. Цвет его кожи лишь на полтона светлее, чем у китайца; волосы, кустистые брови и реденькая бородка кажутся и вовсе лишенными цвета. На носу у него пенсне.
Когда я в тот день представил своего спутника и Морис Клау приветствовал его громыхающим голосом, Гейлсвен от удивления потерял дар речи.
Клау извлек откуда-то пузырек и увлажнил вербеной свой высокий желтоватый лоб.
— Здесь очень душно — в этой лавке! — пояснил он. — Изида! Изида! Принеси гостям моим прохладные напитки!
Он звал богиню, и богиня явилась на зов: сияющей красоты брюнетка с чудесно вылепленными алыми губками и блестящими глазами, чей огонь пронизывал мрак.
— Боже милостивый! — вскричал Гейлсвен — и отпрянул.
— Моя дочь Изида, — пророкотал Морис Клау. — А это мистер Гейлсвен, из рук коего мы спасли египетский черепок!
— Что!
Гейлсвен перегнулся через прилавок.
— Так вы узнаете мою дочь? — продолжал Морис Клау. — Но не доктора Зеду, а? Или только его старческий слабый голос? Вы заставили нас побегать, мистер Гейлсвен. Однажды вошли вы в ту минуту, когда Изида, забравшись к вам на балкон, собиралась унести черепок.
— В комнате никого не было!
— В комнате была я! — невозмутимо прервала девушка. — С ног до головы одетая в черное. Я успела спрятаться за занавеской, пока вы возились со своей лампой!
— Да, это было неблагоразумно, — продолжал Морис Клау, — и осложнило задачу мою: дальше запираете вы сокровище и поиски мои напрасны. К тому же мне мешают! Пуф! Как я неловок! Я зря трачу время! Но вспомните, я предлагал вам продать черепок!
— Предположим, — медленно сказал Гейлсвен, — что я сдам вас обоих властям?
— Вы не можете, — последовал безмятежный ответ. — Ибо не сумеете объяснить, как очутился черепок в вашем владении! Профессор Шератон попал в такую же развилку — и вот на сцену являюсь я!
— Что! Вы были с ним заодно?
— Разумеется! Я случаюсь быть в это время в Египте, он мой друг. Ваш вор, Али, потерял осколок вазы, поручено мне сделать ее целой!
— Это вам удалось! — мрачно признал Гейлсвен, украдкой любуясь прелестной Изидой.
— О да, — загромыхал Морис Клау. — Я — орудие поэтической справедливости. Изида, где прохладные напитки? Выпьем за справедливость!
И он увлажнил свой лоб вербеной.
В заключение читатель может спросить, оправдывала ли ценность черепка сложный и дорогостоящий метод его спасения.
Отвечу: на чем зиждется нынешняя слава профессора Шератона? На сочинении «Новый ключ к египетской „Книге мертвых“». На чем основан этот труд? На расшифровке иероглифов черепка Анубиса, каковой черепок (не задавая столь почтенному ученому лишних вопросов) государство приобрело не так давно у профессора за 15,000 фунтов!
Эпизод третий
ТОПОР КРЕСТОНОСЦА
IМне доводилось встречать упоминания о промахах Мориса Клау. Насколько мне известно, неудач он не знал. Меня спрашивают: «А что вы скажете о достопамятном убийстве в Креспинге? Уж там-то он несомненно провалил дело».
Я предоставлю читателю самостоятельно судить, испытал ли Морис Клау горечь поражения в этом сенсационном деле, благодаря которому вся страна узнала о существовании Креспи-холла, а старинная деревушка Креспинг обрела нежеланную славу.
Расследование, проводившееся местными чинами, зашло в тупик, и дело в конце концов было поручено инспектору уголовной полиции Гримсби; он и втянул меня в дело. Впервые я встретил инспектора в музее Мензье, ставшем некогда ареной таинственных происшествий — тогда же я познакомился и с Морисом Клау.
В то утро я сидел за завтраком, читая газетную статью об убийстве в Креспи-холле, и потому не слишком удивился визиту инспектора Гримсби.
Он отказался от превосходной египетской сигареты, предложенной мною.
— Благодарю вас, — сказал он, — но лишь один сорт табака помогает мне сосредоточиться.
Сказав так, инспектор закурил манильскую сигару (их он истреблял в неимоверном количестве) и тут же беспокойно вскочил на ноги.
— Я только что приехал из Креспинга на утреннем поезде, — сразу взял он быка за рога. — Полагаю, вы уже слышали об убийстве?
Я указал на газету с большим заголовком на первой странице:
УБИЙСТВО В КРЕСПИ-ХОЛЛЕ
— Ах, да, конечно, — сказал он с рассеянным видом. — Так вот, меня направили в Креспинг и, скажу вам честно и откровенно, я понятия не имею, что делать дальше!
Я налил ему кофе.
— В чем именно состоят ваши затруднения? — спросил я.
— Затруднение только одно, — резко ответил он. — Кто, черт возьми, это сделал?
— Мне кажется, все улики недвусмысленно указывают на Райдера, бывшего лакея.
— Я тоже так думал, — согласился он, — пока не побывал в Креспинге! Приехал с ордером на арест в кармане. И вдруг понял, что дело нечисто!
— Как же вы собираетесь поступить?
Гримсби помедлил.
— Видите ли, — ответил он, — ошибка в расследовании убийства может дорого обойтись; мне хотелось бы заручиться еще одним мнением — неофициально, конечно!
Я поднял на него глаза.
— Мнением мистера Мориса Клау?
Он кивнул.
— Совершенно верно!
— Вижу, вы изменили свое суждение о нем?
— Мистер Сирльз, следствие по делу о преступлениях в музее Мензье полностью все перевернуло! Я не шучу. Я всегда считал его сумасбродом, и до сих пор убежден, что странностей ему не занимать. Но если в расследовании не обойтись без проницательного человека, я готов поставить на Мориса Клау все свои сбережения!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
