задрал пушистый хвостик, задними копытцами скребет землю, мягкий дерн поддается, и во все стороны летит грязь и ошметки травы, на загривки козла шерсть встала дыбом. Она не видит сейчас его глаз, голова козла опущена, он готовится к атаке.
И вот он — тот момент, когда козёл бросается вперед, медленно, очень медленно, совершает три прыжка, а стоящий напротив него враг поднимает щит, держа в другой руке острый меч…
Словно в замедленной съемке козел медленно подпрыгивает вверх, а рука с мечом медленно поднимается…
Ннннннннееееттттт……
И из груди вырывается огненный шар!
Руки взмывают вверх, посылая шар врагу в грудь…
Удар!
Золотистый шар взрывается, разнося в клочья щит ведьмака, сжигая его меч, а самого отбрасывая на десятки метров…
Все, тишина…
Эстер испуганно оглянулась. Кругом разруха, словно Мамай прошёл, ведьмаков рядом нет, а прямо перед ней взрыхленная земля, словно по ней снаряд пролетел, сжигая и вырывая все вокруг. От земли поднимался дым.
Она оглянулась, козёл сидел на камушке, почесывая копытом затылок.
— Ну, ты даешь, — только и смог сказать он.
— Я не знаю, как это у меня получилось, — тихо сказала Эстер.
— Ну, надо наверное потренироваться, ….Мощно!
— Я просто испугалась за тебя, я боялась, что он отрубит тебе голову, — дрожащим голосом сказала Эстер.
— Ну да, но теперь, нам, наверное, надо бежать, пока никто не очухался…
— Давай….Бежим…
Бежать по дороге они побоялись, кто знает, кого еще им пошлёт судьба, поэтому они свернули с дороги и пошли полями, ориентируясь на солнце, чтобы не заблудиться.
Они прошли остаток дня спокойно, больше им никто не встретился, ночь они переночевали в маленьком перелеске, под кустом, обнимая и согревая, друг друга, насколько это было возможно. Эстер наломала веток и устроила себе лежанку, козел решил, что сойдет и так, и улёгся на траву, согревая теплым мохнатым брюхом спину Эстер. Конечно, спать так было не очень удобно, но что уж тут поделаешь. Утром они позавтракали остатками еды, что собрала для них добрейшая Хелен. И отправились в путь.
И только на исходе следующего дня, они заметили на горизонте дома. То была деревенька, недалеко от которой была усадьба Элиаса Вэйтена, отца Эстер.
Они почти дошли, Эстре так обрадовалась, ее лицо засветилось от счастья, вот, вот она будет дома, ужин, теплая постель и горячая вода…
Много ли для счастья девушке надо.
— Я предлагаю переждать до темноты в лесу, а потом идти, — тихо проговорил козёл.
— Это моя родная деревня, Максим Леонидович, чего нам бояться, пойдем скорее.
— Ох, не стал бы я так рано радоваться, что то подсказывает мне, что в этом мире нам не рады. Вон и лесок есть, давай пересидим там, а как стемнеет, пойдем в сторону твоего дома.
— Что ты такое говоришь, люди всегда были мне рады, меня никто не обижал.
— Так это когда было, ты тут такого шороху навела…
Эстер остановилась и задумалась, а ведь Максим Леонидович прав, хоть и в шкуре козла, а голова то у него работает…
Вот придёт она сейчас домой, а там ещё слуги не спят, могут донести ведьмакам. А сможет ли она противостоять им, вот она с одним справилась, а если их придет больше?
И Эстер подумала и свернула с тропинки в лес, спряталась за кустами.
— Что ж торопиться некуда, подождем заката, — сказала она сама себе.
Ждать пришлось совсем недолго, солнце уже садилось. Она слышала, как в деревне рачительные хозяйки загоняли живность во двор, слышала скрип ворот, мычание коров и блеянье овец, с реки возвращались, громко гогоча, гуси. Мужчины возвращались с работы, шли по пыльной дороге, громко обсуждая последние новости и указы короля. Простая жизнь, как ее не хватало Эстер.
Она задумалась, как там отец, наверное, уже соскучился, а Эльза…
Может это она донесла тогда герцогу на нее, кто-то ведь послал ведьмаков в ночь… Ей тогда удалось уйти. А что случилось с отцом?
Тревожные мысли об отце не покидали хорошенькую головку Эстер.
Не дождавшись темноты, она поспешила к дому отца.
Ей пришлось идти по лесу, совсем стемнело, она запиналась об упавшие ветки, подол платья цепляли ветки, но она упрямо шла, и чем ближе подходила к дому, тем скорее был ее шаг, козел уже не поспевал за ней.
Возле самого дома, Эстер замедлилась, а затем остановилась. Здесь все было не так, как она помнила…
Что-то изменилось…
Что могло случиться? В доме не горел свет!
Глава 15 Мы опять в начале пути…
Дом встретил их темными окнами, на больших воротах висел амбарный замок, только калитка в сад была приоткрыта. Петли ее давно проржавели, ветер то открывал ее, то закрывал, и она заунывно поскрипывала и хлопала. От этого звука мороз пробегал по коже. Жилье, казалось, давно оставили люди. Эстер вошла в сад, прошла только ей известными тропинками к дверям подсобных помещений, через них слуги заносили на кухню провизию, дрова. В маленькой каморке, где иногда ночевала прислуга, горел свет. У Эстер радостно забилось сердце. Она постучала в низенькую деревянную дверь, с облупившейся от времени краской, и услышала, как в коридорчике, ведущем к двери, зашаркали чьи-то ноги.
В приоткрытую щелку выглянула лохматая заспанная морда Мартина.
— Кого еще черти притащили, — выругался Мартин, высунув голову в щель, вдруг его глаза округлились, лицо вытянулось. — О, госпожа Эстер!
Двери широко раскрылись, и слуга впустил их в дом.
— Госпожа, о, госпожа, — завывал Мартин. — Тут так много случилось без вас, мы думали, вы погибли…
— Мартин да объясни мне, наконец, что тут произошло, почему заколочены ворота, где отец? — они зашли на кухню, когда-то вся белая и блестящая от чистоты, теперь выглядела убогой, заброшенной, покинутой своей хозяйкой.
— О, моя госпожа, после вашего исчезновения ведьмаки перерыли весь дом, забрали вашего отца, зеркало и книги вашей матери, и увезли все в замок к герцогу. Я ходил туда, пытался узнать, но меня и на порог не пустили. Служанки разбежались, а я вот остался охранять дом.
— Что значит, забрали и увезли, они его бросили в тюрьму, — голос Эстер дрожал от волнения.
— Скорее всего госпожа…Наверное… — мямлил Мартин.
Эстер обернулась и посмотрела в глаза козлу: Теперь нам никто не поможет!
Она села на маленькую табуретку, закрыла лицо руками и горько зарыдала: Все пропало, нет маминых книг, чтобы расколдовать Максима Леонидовича, нет волшебного зеркала, чтобы совершить переход в другой мир.
— Из любой ситуации есть выход, — на соседнюю табуретку присел козёл, закинул ногу на ногу, и
