Читаем без скачивания Загадка Рэд Хауза - Алан Милн

Билл уставился на Энтони, раскрыв рот.

— Я… я не знаю, — пробормотал он. Мы как-то об этом не задумывались.

— Ведь если она пришла сюда тем же путем, что и мы, ее было бы видно издалека.

— Разумеется.

— Но это испортило бы весь фокус. Вы бы ее узнали — хотя бы по походке.

Теперь Билл заинтересовался.

— Послушай, Тони, а ведь это и впрямь загадка. Никому из нас и в голову не пришло.

— А ты уверен, что она не подошла как-нибудь незаметно, пока вы играли?

— Абсолютно. Понимаешь, мы-то с Бетти все знали и все время поглядывали в ту сторону — даже когда все остальные туда не смотрели.

— Ведь вы с мисс Кэлледайн играли в паре?

— А ты-то откуда знаешь?

— Блестящие возможности дедуктивного метода, друг мой. Итак, вы увидели ее неожиданно?

— Да, она появилась вон там. — Он указал на противоположную сторону лужайки.

— Она не могла спрятаться в канаве? Кстати, у вас она, наверное, называется рвом?

— Марк действительно называет ее рвом, а мы нет. Не могла. Мы с Бетти пришли заранее и даже обошли лужайку кругом.

— Тогда, может, она пряталась под навесом. Или в так называемой беседке.

— Но мы же заходили туда брать шары. Не могла она там спрятаться.

— Ах, так.

— Это чертовски занятно, — проговорил Билл и задумался. — Впрочем, все это ерунда. К убийству Роберта не имеет никакого отношения.

— Ты уверен?

— А что, думаешь, имеет? — спросил Билл взволнованно.

— Не знаю. Мы же вообще не знаем, что имеет к этому делу отношение, а что — нет. Но это явно имеет отношение к мисс Норрис. А мисс Норрис… — он внезапно умолк.

— Ну что мисс Норрис?

— Видишь ли, вы все в этом замешаны. И если нечто необъяснимое происходит с одним из вас за день или за два до того, как нечто необъяснимое происходит в доме — это по меньшей мере занятно. — Подобное объяснение, может, и удовлетворило Билла, но это было не совсем то, что Энтони намеревался сказать сначала.

— Понимаю. Ну и…?

Энтони выбил трубку и нехотя встал.

— Ну и пошли искать, каким же все-таки путем прибыла сюда мисс Норрис.

Билл с готовностью вскочил.

— Энтони! Ты считаешь, здесь есть подземный ход?

— По крайней мере какой-то секретный проход должен быть.

— Надо же, вот это да! Обожаю подземные ходы! Господи, а еще сегодня утром я играл в гольф, как обыкновенный профан! А тут такое! Подземный ход!

Они подошли к канаве. Необходимо было обнаружить начало хода, ведущего в дом; видимо, его следовало искать с ближней к дому стороны лужайки. Наиболее вероятным местом был навес, где хранились шары. Тут царил образцовый порядок, как и во всем хозяйстве Марка. Два ящика с инвентарем для крокета, один из них — с открытой крышкой, шары, молотки и ворота, хоть и были заботливо сложены, но похоже, ими недавно пользовались, — ящик с шарами для боулинга, две газонокосилки и так далее. В дальнем конце навеса вдоль стенки шла скамья, на которой игроки могли сидеть во время дождя.

Энтони простукал стенки.

— Подземный ход должен начинаться где-то здесь. По-моему звук не очень глухой.

— А почему он вообще должен здесь начинаться? — спросил Билл, который, пригнув голову, ходил по кругу и простукивал другие стены. Он был слишком высок и не мог распрямиться под навесом в полный рост.

— Да потому, что это избавило бы нас от дальнейших поисков. Полагаю, Марк не разрешал вам играть в крокет на этой площадке? — Энтони указал рукой на крокетные ящики.

— Одно время он крокет не слишком жаловал, но в этом году просто помешался на крокете. А играть больше негде. Лично я ненавижу крокет. В шары он никогда не любил играть, но эту площадку называл лужайкой для игры в шары и часто демонстрировал ее гостям.

Энтони рассмеялся.

— Очень мне нравится говорить с тобой о Марке, — сказал он. — Тут ты просто бесподобен.

Он сунул руку в карман в поисках трубки и табака, но неожиданно что-то заставило его замереть на месте. Минуту он стоял и прислушивался, склонив голову набок и приложив палец к губам.

— В чем дело? — прошептал Билл.

Энтони замахал на него руками, умоляя помолчать, и продолжал прислушиваться. Потом очень тихо опустился на колени и снова прислушался. Затем приложил ухо к полу. Наконец быстро встал, стряхнул пыль с одежды, подошел к Биллу и шепнул ему на ухо:

— Шаги. Кто-то идет. Когда я начну говорить, постарайся мне подыграть.

Билл кивнул. Энтони заговорщицки ткнул его в спину, уверенно шагнул в сторону ящика с шарами и присвистнул. Он вытащил несколько шаров, с громким звуком бросил один из них на пол, сказал "Черт возьми!" и продолжил:

— Слушай, Билл, честно говоря, не очень-то меня тянет играть в шары.

— Зачем тогда было тащить меня сюда? — заворчал Билл. Энтони одарил его благодарной улыбкой.

— Понимаешь, тогда мне хотелось, а сейчас — не хочется.

— Ну и чего же тебе хочется?

— Да просто поболтать.

— Прекрасно, давай поболтаем, — охотно согласился Билл.

— По-моему, там на площадке есть скамейка. Давай захватим с собой эти штуки, вдруг все-таки захочется сыграть.

— Идет! — отозвался Билл. Он боялся ляпнуть что-нибудь не то, ибо не вполне понимал, чего Энтони от него ждет.

На площадке Энтони бросил шары и вытащил трубку.

— Спички есть? — спросил он громко. Склонившись над зажженной спичкой, он шепнул: — Нас подслушивают. Ты мне доказываешь, что Кейли прав. — Затем, снова громко, продолжил: — А спички-то у тебя дрянь, — и зажег вторую, — Ночь-то какая, — мечтательно изрек Энтони.

— Потрясающая.

— Хотел бы я знать, где-то сейчас бедняга Марк.

— Да, странная история.

— Ты согласен с Кейли, что это несчастный случай?

— Да. Я ведь знаю Марка.

— Ну, что ж.

Энтони достал клочок бумаги и карандаш и начал что-то черкать у себя на колене, не прекращая разговор. Говорил он при этом очень разумные вещи: он, мол, считает, будто Марк убил брата в припадке ярости, а Кейли об этом знает или догадывается и теперь пытается дать своему кузену возможность скрыться.

— И, знаешь, я думаю, он прав. Пожалуй, любой из нас на его месте сделал бы то же самое. Конечно, вмешиваться я не хочу, но некоторые детали указывают на то, что Марк все-таки его убил — я имею в виду, не случайно.

— То есть — преднамеренно?

— Как бы там ни было, но прикончил его он. Впрочем, может, я и ошибаюсь. Во всяком случае это не моего ума дело.

— Но почему ты так думаешь? Все из-за ключей?

— Да нет, с ключами я обмишурился. Хотя, признайся, идея сама но себе неплохая, верно? И если бы она подтвердилась, это было бы безусловным доказательством моей гипотезы.

Он кончил писать и протянул бумажку Биллу. В ярком свете луны Билл без труда прочел: "Продолжай говорить, будто я здесь. Минуты через две обернись, будто я сижу позади тебя на траве, но говорить не переставай".

— Я знаю, ты со мной не согласен, — продолжал Энтони, пока Билл читал, — но ты еще убедишься, что я прав.

Билл поднял на друга восторженные глаза и радостно кивнул. Он позабыл и гольф, и Бетти, и все, что совсем недавно составляло для него жизнь. Разве это жизнь? Настоящая жизнь — вот она!

— Понимаешь, — начал он свой монолог. — Все дело в том, что уж я-то знаю Марка. Так вот, Марк…

Энтони тем временем уже соскользнул со скамьи и неслышно сполз в канаву. Он собирался прокрасться по канаве до самого навеса. Шаги, которые он слышал, доносились откуда-то из-под земли, не исключено, что в полу люк. Кто бы там ни находился, он, надо полагать, слышал их голоса и, видимо, захочет послушать, о чем они будут говорить дальше. Это можно сделать, слегка приоткрыв люк, но не высовываясь наружу; тут-то Энтони и отыщет начало подземного хода. А когда Билл отвернется, как велел ему Энтони, и начнет говорить в другую сторону, ему придется высунуть голову, чтобы все разобрать; в этом случае Энтони и не только обнаружит подземный ход, но и сможет опознать того, кто их подслушивает. А главное, — если этот человек покажется из укрытия и посмотрит в их сторону, он увидит Билла, только Билла, свесившегося через спинку скамьи, и решит, что Энтони уселся на травку за скамьей.

Проворно и очень тихо он, пригнувшись, пробежал по канаве, до первого поворота, осмотрелся и с удвоенной осторожностью стал продвигаться в сторону навеса. Он слышал, как Билл, все еще напирая на свое близкое знакомство с Марком, упорно ему доказывает, что могло произойти, а чего произойти никак не могло, и с удовлетворением улыбнулся про себя. Билл великолепный конспиратор — не хуже сотни Уотсонов. Добравшись до второго, поворота, он сбавил шаг и последние несколько метров ярдов прополз на четвереньках. А затем, уже лежа на животе, осторожно выглянул из-за угла.

Слева, совсем рядом, на той стороне канавы находился навес. Отсюда можно было хорошо разглядеть весь разложенный под ним инвентарь. На первый взгляд, вроде все по-прежнему. Ящик с шарами, газонокосилки, открытый ящик с крокетом… "Быть не может! — сказал себе Энтони. — Вот это ловко…"