- В кого же его превратить-то? - на мгновение задумался колдун. - В гранитную глыбу, что ли? А может быть, в огромную лягушку или в снежный ком? Ладно, в глыбу гранитную. Он произнес заклинание, стукнул посохом по полу, и тут же славный рыцарь почувствовал, как каменеют его ноги. Он вовремя вспомнил о наставлениях архиепископа, достал из-под панциря амулет и благоговейно поцеловал его. Мгновение - и заклинание Тонзы потеряло силу, а сам колдун вдруг ощутил, будто бы кто-то очень больно щелкнул его по носу.
- Дьявол! - озадаченно прошептал Тонза. - Неужели мое колдовство бессильно? Как же я справлюсь с этим мастодонтом в латах? Ну-ка, попробую насчет лягушки.
Он произнес новое заклинание и стукнул посохом - у Рэдериха тут же со звоном лопнули железные ботинки, а из образовавшихся щелей вылезли огромные перепончатые лапы. Но стоило Рэдериху приложить святыню к губам, как лапы тут же исчезли, а колдун получил еще один сильнейший щелчок.
Выглянув из пещеры, Тонза разглядел амулет на шее рыцаря и огорченно пробурчал: "Ну что же, придется звать войско. Другого выхода нет". Тут он принес из глубины пещеры ларец с каким-то порошком, взял одну щепотку и бросил в жерло вулкана. Не прошло и нескольких минут, как началось извержение, но не огнедышащая лава потекла вниз по склону горы, а вышла целая колонна воиновмеченосцев в черных доспехах и рогатых шлемах.
- Вот он, враг мой! - крикнул им Тонза и указал на Рэдериха.
Черной рекой меченосцы двинулись навстречу рыцарю, а он, увидев перед собой столь многочисленную рать, весело воскликнул: "Славная работа нашлась моему мечу! Эх, а рога-то у вас какие! Да жаль, придется пообломать эту красоту... вместе с головами. Ну, держитесь, ребята!" По старой привычке, вступая в битву, он громко затянул суровую боевую песню.
Первым же ударом Рэдерих снес головы четырем меченосцам, вторым ударом - еще пятерым. Как и прежде, сквозь скрежет доспехов и звон мечей слышалась песня рыцаря.
Тонза высунулся из пещеры, недовольно скривил морщинистое лицо и изрек: "Ну и голосина у этого бронтозавра, аж уши закладывает... Ну да ладно, пусть попоет - недолго осталось". Однако, взглянув на поле битвы, он обнаружил, что рыцарь успел вырубить почти всю колонну меченосцев. "Ну силен! Сущий дьявол, да и только! Эх, мне бы такого! - воскликнул колдун. - А мои-то что? Черти есть черти. Одним словом, мел-ко-та!"
Тут он высыпал в жерло вулкана аж целую пригоршню порошка. Сразу несколько колонн подземного войска двинулись на Рэдериха и окружили его со всех сторон.
- Сорвите с него амулет! - кричал Тонза. - Лишите его святыни - это главное!
Сражение разгорелось с новой силой. Черти наседали, Рэдерих от души работал мечом, а рогатые головы, словно тектонические бомбы, подлетали вверх и катились вниз по склону, к основанию горы.
Колдун с явным беспокойством наблюдал за полем брани. Черные головы, кувыркаясь, все летели и летели под гору, а доблестный Рэдерих был по-прежнему в ударе, с песней крошил рогатую рать.
- Надо же, и этих почти всех вырубил, - ужаснулся Тонза и одним махом высыпал все содержимое ларца в жерло вулкана.
О Боже, что тут началось! Все вокруг загремело и задрожало, раздался страшный подземный гул, и вот с оглушительным ревом гора выплеснула целую тучу меченосцев. Неудержимым потоком, давя друг друга, они словно водопад обрушились на Рэдериха, впечатали его в землю и, наконец, сорвали с него бесценную святыню. Колдуну только это и требовалось. Он громко, не торопясь, произнес заклинание, стукнул посохом о землю, и вот на черном склоне горы, прямо из гущи побоища, выросла высоченная гранитная скала. Кишевшее вокруг рогатое войско продолжало яростно рубить ее мечами; искры так и летели во все стороны.
- Ну хватит, хватит, - весело крикнул Тонза. - Вы сделали свое дело!
Тут он обратил меченосцев в летучих мышей, а они, черным облаком покружив вокруг горы, возвратились в пещеру, где и расселись на выступах стен.
Узнав о гибели своего лучшего рыцаря, король не на шутку загрустил. "Неужели этот наглый Тонза так и не подчинится моей воле? - с досадой размышлял он. - Никакой управы на него нет! Остается одно - взять его хитростью. Да только кто сможет обмануть колдуна?"
А в это самое время у короля гостила его дальняя родственница, девица на выданье, мадемуазель Луиза де Сен-Лу. Она была очень хороша собой, вылитая мать, а от отца унаследовала ровный характер, рассудительность и - представьте себе - любовь к шахматам. Как-то раз в минуту досуга, за шахматным столиком, король поделился с ней своими невеселыми мыслями о бронзовом щелкунчике, о колдуне Тонзе, о трагической гибели Рэдериха. В этот же день Луиза навестила графа Абрикотина и расспросила его о Черной горе и ее грозном обитателе. Внимательно выслушав старого дипломата и немного поразмыслив, она заключила, что одним ходом здесь не обойтись, а вот трехходовки вполне достаточно. Граф не стал расспрашивать юную мадемуазель о ее планах, но сделал вывод, что она попытается... выиграть бронзового щелкунчика в шахматы.
Как ни отговаривал ее граф, как ни возражал сам король, но на следующий день, надев простую одежду, в сопровождении отряда гвардейцев она отправилась к колдуну. Воистину, чего не сделаешь ради своего благодетеля и повелителя?
Добравшись почти до самых владений Тонзы, отряд остановился - он должен был ждать возвращения девушки, - а она, взяв с собой корзину с разными дорожными вещами, направилась к Черной горе.
Все выше и выше поднималась она. Сырой осенний ветер гнал мимо нее серые клочья облаков; она совершенно замерзла и, добравшись до пещеры, наконец-то смогла обогреться теплом, исходившим из жерла вулкана. Вскоре появился Тонза и, беспрестанно кашляя, принялся расспрашивать, кто она, откуда и куда идет. А Луиза, выдав себя за простую служанку, рассказала, будто бы отправилась навестить свою тетушку, но сбилась с пути, а в пещеру зашла, чтобы укрыться от стужи и ветра.
- А вы тоже заглянули сюда переждать непогоду? - спросила она Тонзу.
- Я? - скрипучим голосом переспросил колдун - Я э-э-э здесь, в общем-то, живу, хе-хехе...
- Прямо в пещере? Как интересно...
- Да, в пещере... Горный житель я, - нехотя ответил Тонза. - А что? Пещера как пещера. Чем не жилье?
- Но здесь так пыльно, - удивилась она. - Это вредит вашему здоровью. Можно, я хотя бы немного приберусь в вашей пещере? Мне это не составило бы никакого труда.
Девушка достала из корзины тряпку и принялась вытирать пыль, копоть, сажу с пола и стен, а потом и с каменной мебели, стоявшей в самой глубине пещеры. Время от времени в воздухе бесшумно мелькали огромные летучие мыши, но Луиза, казалось, не обращала на них ни малейшего внимания. "Вот ведь смелая девчушка. Другая завизжала бы от страха, а этой хоть бы что", - подумал Тонза и спросил:
- А не страшно ли тебе здесь, Луиза?
- А чего мне бояться? - удивилась она. - Вы приютили меня, укрыли от ненастья, а значит - добрый человек и не причините мне зла.
"До чего же она наивна, доверчива, - поразился Тонза. - Сущее дитя". Тут он невольно вздохнул и, округлив свои маленькие глазенки, о чемто задумался.
Тем временем Луиза завершала уборку, а колдун вдруг почувствовал, что исчезает постоянно мучивший его кашель, а его дыхание становится ровным и свободным. "Действительно, - подумал он, - давно пора бы вымести всю эту пыль".
Осмотрев громоздкую, сложенную из каменных плит мебель, девушка предложила сделать перестановку, ведь чистота - это еще не уют. "Ну что же, - подумал Тонза, - уборка пошла мне на пользу, а уют тоже не повредит". Ему не составляло труда передвигать каменные кресла, лавки, столы и сундуки; повинуясь его взору, все эти махины плавно скользили по полу пещеры и одна за другой заняли места, указанные Луизой.
- Ну вот, теперь совсем другое дело, - с удовлетворением в голосе сказала она. - А вы как считаете?
- Да, неплохо... Здорово это у тебя получается.
- Только вот что, - тут она подошла к большому-пребольшому, высеченному из какого-то диковинного камня столу. - Хорошо бы поставить здесь, в центре стола, вазу с цветами.
- А может быть, не надо? - усомнился колдун. - Вазы у меня, по правде говоря, нет, а цветов тем более. Какие уж тут цветы - кругом пепел один.
- А канделябра у вас не найдется?
- И этого нет, как назло!
- А может быть, какая-нибудь статуэтка? Она была бы здесь очень-очень кстати.
- И статуэтки тоже нет!
Тут колдун досадливо поморщился и скривил рот.
- Впрочем, есть у меня одна вещица, - нерешительно предложил он. Бронзовая фигурка для колки орехов. Только не знаю, подойдет ли.
Колдун взглядом открыл один из тяжеленных каменных сундуков; из него тут же вылетел бронзовый щелкунчик и, описав в воздухе замысловатую траекторию, встал в самом центре стола.
Девушка с интересом рассмотрела бронзового человечка с большущим ртом и коротенькой рукояткой, торчавшей из самой середины спины.
