— Идите сюда, — поманил нас рукой Кей, склонившись над операционным столом, на котором лежал Дис. — Показать, как это работает?
Я взглянул на Эльзу. Она — на меня. Док словно предлагал подойти к кобре и потыкать её палкой.
— Он спит? — опасливо уточнила Эльза, на что док не ответил.
Он просто взял в руки прибор вроде паяльника, после чего прислонил стержень к щеке мужчины. Послышалось шипение, и до меня дошел запах жженной плоти.
— Да, похоже, он спит, — заключил Кей.
Я наклонился над Десницей, наблюдая за тем, как ожог постепенно исчезает.
— Что… что это такое?! — пробормотал я. — Он что, не человек?
— Нет, конечно. Он гребаный вампир.
Я уставился на дока. Его взгляд был абсолютно серьезным. Первые секунды.
— Да шучу я, — бросил он. — Генная инженерия всего лишь. Клетки реагируют на повреждение и начинают ускоренно делиться.
— О… Но это работает только с мелкими повреждениями?
— Верно. На целые органы это, увы, не распространяется. С поражениями большой площади всегда труднее: возникают ошибки. Во время экспериментов у покалеченных людей, которым были вживлены модифицированные клетки их же крови, случались жуткие мутации.
— Модифицированные клетки… — повторил я озадаченно. — Если учесть, сколько прошло времени с того инцидента с Нойран, вы здесь практически не стареете?
— Не стареем? Организм изнашивается так или иначе, а с какой скоростью, зависит от типа модификации. Если боевая… тут вообще о продолжительности жизни особо не думаешь. Вот, например, Иберия дожил до ста. А потом встретился с Дисом. — Кей вздохнул, потерев ладонью не спавшие глаза. — Человек приблизился к совершенству, но смерть куда более совершенна.
Замолчав, он дал мне пару секунд поразмыслить над его словами.
— Сейчас он вообще ничего не чувствует? — Я оглядел мониторы над операционным столом. — Вы ему как-то "отключили" нервную систему?
— Поверь мне, эта процедура не из приятных. Ну-ка, подвинься, — попросил док, подходя к столу вместе с новым протезом.
Я отошел, встав рядом с Эльзой.
Соединяя протез и плоть, Кей на ходу объяснял нам строение креплений и нейронных контактов, управляемых биотоками живого тела. Я же, следя за манипуляциями дока, думал над тем, каково это — остановить лицом удар руки, сделанной из металла, которым здесь обшивают космические корабли. И каково это — стереть этот металл в порошок.
Дис и Бартл — чудовища покруче вампиров.
— У него так много шрамов, — озвучила Эльза то, о чём думал я сам.
— Это все старые. Он не любит ими хвастаться и говорить о прошлом, но, насколько мне известно, у него было интересное детство, — отозвался Кей, кидая на меня взгляд. — Если кому и знать его историю, то только тебе, босс.
Я пробормотал что-то невнятное, стараясь не обращать внимания на Эльзу, которая уставилась на меня самым бессовестным образом. Опять что-то там себе напридумывала.
Но в одном она была права — шрамы у него — отпад. Не только шрамы…
— У вас обалденные татуировки, док, — отметил я с определенным умыслом. — Они у всех тут одинаковые, да?
— Да. Так с каждым кланом. Я бы сказал, что это клеймо, но ты неправильно поймёшь. В этом нет ничего унизительного или принудительного. Это родство. Искусственный доминантный признак семьи.
— Ясно. — Пришлось замолчать, потому что Кей добавил последний аккорд в клавиатурную симфонию, кажется, "включив" Десницу. Показатели на экранах изменились. — Он сейчас очнется?
— Да нет. — Кей стянул с рук перчатки и прошел к урне. — Может, через час… Представляешь, этот мизантроп не разрешает к себе прикасаться никому из моей команды. Приходится работать с ним в одиночку.
Размяв плечи так, словно все это время таскал на себе слона, мужчина посмотрел на меня.
— Хочешь себе такую же? — догадался он насчет татуировки.
— Я просто подумал… если в этом будет необходимость, я не стану сопротивляться. — Ладно, кого я пытаюсь обдурить? — Было бы круто.
— В этом есть необходимость, — Кей подмигнул мне, после чего двинулся в сторону выхода, махнув нам рукой. — Идем. У нас есть еще одна необходимость: подобрать тебе игрушку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
***
Игрушек у Кея было навалом.
Пока мы за ним шли, минуя тихие лаборатории и рабочие цехи, док объяснил, что надобность в стрелковом оружии давно отпала. Слишком шумное, требовательное, маломощное…
Я находился в мире, где люди могли дожить до сотни, а могли умереть за наносекунду.
Здесь модифицированные бойцы предпочитали холодное оружие или же, как Бартл, вообще обходились без него. Но это уже высший пилотаж. Ребятам попроще приходилось прибегать к менее дорогостоящему способу уравнять силы.
— Выбирай, — разрешил великодушно Кей, выдвигая витрину, на которой лежали бластеры разной конфигурации.
Карманное оружие было импульсным. Работало быстро и на большом расстоянии. Никакой отдачи. Даже ребёнок справится.
Гравитационные пушки были крупнее и требовательнее, но и по эффективности с импульсными не сравнишь.
— Представь, что на тебя поставили авианосец со всем экипажем, — для наглядности посоветовал Кей, и мое воображение подчинилось.
Бамс!
— Спасибо. — Я судорожно сглотнул. — Пожалуй, я возьму это.
Сжав в руке самый скромный бластер, я молился, чтобы меня никто не вынудил им воспользоваться. Что касается главы Фебов? Думаю, даже если бы у меня был всамделишный авианосец, он бы мне не помог.
Глава 11
Подошёл вечер, и церемониальный зал, в котором старейшины готовились сообщить последние новости (от которых заикались и прятали взгляды даже они) постепенно заполнялся первыми персонами. Каждый из них считал себя самым нужным, сильным, преданным слугой семьи, и, глядя на них, я окончательно убедился в том, что это по-настоящему могущественный клан, которому не станет бросать вызов абы кто.
В связи с этим я всё-таки решил уточнить:
— А у нас нет… м-м, авианосца?
Сидящий рядом со мной Олафер качнул головой, не уточняя, для чего тот мне понадобился.
— Вы такие крутые, а у вас нет авианосца?
— Если он тебе нужен, мы можем купить один, — предложил Дис.
Да давай два, что уж там.
— Спасибо, не надо, — вяло улыбнулся я. — Я просто так спросил.
Это удивительно, но страх перед эфемерным противником затмил собой страх перед сотней вполне реальных бойцов. А я должен был их бояться, серьёзно. Как только Раск, Бартл и Кей обрисуют им возникшую ситуацию, эти опасные ребята вряд ли обрадуются. Ну, мол, теперь они должны подчиняться не женщине, а ребёнку-инвалиду.
Они захотят избавиться от меня, это точно. И не станут заморачиваться с бросанием вызова, бежать в ближайший цветочный магазин, предлагать выбрать оружие и всё такое прочее…
Я почти не прислушивался к тому, что говорили старейшины. Они выступали перед собравшимися, каждый из них высказал своё мнение по поводу произошедшего со мной и Эльзой. Все, кроме Диса. Он молчал, даже когда Раск и Кей опять вступили в спор насчёт того, чья на самом деле это вина. А потом к спору подключилась публика. Шум нарастал, но Дис — самый авторитетный из нас — не собирался призывать их к порядку. Потому что не считал себя таковым. Теперь уже нет. Всем своим видом он показывал, что уступает эту роль мне. Он бездействовал, но в этом не было издёвки, показного безразличия. Лишь абсолютная покорность. Он подчинялся мне, несмотря ни на что, всегда, при любых обстоятельствах, и это должно было меня успокоить…
Но не успокоило. Я продолжал тереть ладони, стараясь избавиться от нервной дрожи, но всё становилось только хуже. Подливая масла в огонь, Бартл сообщил присутствующим, что к нам заходил человек Фебов с красной розой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Зал взорвался негодованием.
— Выбрали момент, чтобы воткнуть нам нож в спину!
— Эти неугомонные ублюдки!..
