с неё плащ и аккуратно усадил на кресло у очага.
— Ханна, ты когда-нибудь слышала про умеренность?
Она ткнула в меня пальцем, но промахнулась, и палец устремился куда-то в сторону стены.
— А ты… ты когда-нибудь слышал про, ня… хм… — Она замерла, подперев подбородок рукой, словно искала нужное слово.
— Про?
— Про то, как… ты прекрасен, ня?
Я замер на мгновение, подняв бровь.
— О, делаешь мне такие откровенные комплименты?
Она вспыхнула и поспешила отмахнуться, но её рука неловко задела вазу на столе, которая, покачнувшись, едва не упала.
Я сел на пол рядом с креслом, разглядывая её. Щёки Ханны были покрасневшими, а её глаза, чуть затуманенные алкоголем, смотрели на меня с теплом и озорством.
— Ты правда… замечательный, ня, — пробормотала она, неожиданно протягивая руку и кладя её мне на щеку.
— Это алкоголь говорит или ты?
— А какая разница, ня? — Она улыбнулась.
Я взял её ладонь, слегка сжав её пальцы.
— Спасибо. Ты тоже замечательная.
Её уши прижались к голове, но она не отвела взгляда.
— Иногда слова совсем не важны, ня.
Она наклонилась ко мне ближе, а её хвост яростно бил по креслу.
— Знаешь, что мне нравится в тебе больше всего, ня? — спросила она, прищурившись.
— Нет, но мне уже интересно. — ответил я забавляясь всей этой ситуацией.
Она наклонилась ещё ближе, так, что я мог почувствовать её горячие дыхание пахнувшее алкоголем.
— Ты… такой…
Она внезапно осеклась, и её лицо приняло крайне задумчивое выражение.
— Такой…? — повторил я, чувствуя, как уголки губ поднимаются в усмешке.
— Такой… глупый, ня!
Она начала хохотать, но смех резко оборвался, когда она наклонилась слишком сильно и соскользнула с кресла прямо на меня. Мы оба упали на пол, я легко успел смягчить её падение.
— Ханна, ты в порядке?
— Я… я… — она приподняла голову, глядя на меня сверху вниз. И вдруг, абсолютно серьёзно, сказала: — Ты мягкий, ня.
Я не смог сдержать смеха.
— Спасибо за комплимент, — ответил я, смахивая выступившие слёзы от смеха.
Она снова начала смеяться, потом вдруг прекратила и широко открыла глаза.
— О нет, ня! Моя хвостовая подушка, ня… сломалась, ня!
— Хвостовая… что? — поднял я бровь в недоумении.
Она резко повернулась, пытаясь дотянуться до собственного хвоста, но в процессе снова потеряла равновесие и, не удержавшись, рухнула обратно на меня, ударив головой меня прямо в пах, от чего я еле удержался чтобы не откинуть её от себя в сторону.
— Ханна, может, ты прекратишь пытаться меня убить?
Она задумалась на мгновение.
— Не-е-ет, ня, — протянула она, прикрывая глаза. — Я просто… посплю, ня.
И, прежде чем я успел что-то сказать, она заснула прямо в том положении, в котором и упала, её уши дёрнулись в последний раз, а хвост успокоился.
Я тихо рассмеялся, ох уж эта кошка, кажется с ней мне точно не будет скучно.
Я поднял её, стараясь не разбудить, и отнёс на кровать. Она пробормотала что-то неразборчивое, пока я укрывал её одеялом.
Когда я сел рядом, глядя на её лицо, теперь совершенно спокойное, я не смог удержаться от усмешки.
— Вот уж кто может превратить любое событие в приключение, так это ты, — пробормотал я.
Ханна во сне слегка повернулась, её уши дёрнулись, а губы растянулись в лёгкой улыбке.
Наблюдая за её тихим дыханием, почувствовал, как на меня тоже накатывает сон, и я прилёг рядом.
Глава 5
Проснувшись рано утром, я осторожно выбрался из постели, стараясь не разбудить Ханну. Она тихо сопела в своей стороне кровати, и было очевидно, что её день начнётся ещё не скоро. Накинув на плечи другую куртку пока моя отмокает от крови тёмного мага, я направился на улицу.
Утреннее солнце пробивалось сквозь редкие облака, заливая улицы мягким светом. Воздух был прохладным, свежим, и пахло свежевыпавшем снегом. Подойдя к зданию гильдии, я заметил, как у дверей толпятся жители, оживлённо переговариваясь, пока ждали свой завтрак с собой. Таверна при гильдии славилась кухней, так что неудивительно, что столько людей предпочитало есть здесь, а не дома.
Внутри меня встретила Кроуэль. Её привычная дежурная улыбка мгновенно сменилась на искреннюю, когда наши взгляды пересеклись. От вчерашней ревности, похоже, не осталось и следа. Значит, всё это была просто игра? Хитрая чертовка.
— Привет, герой, — поздоровалась она, на удивление без капли иронии в голосе.
— И тебе привет. Ты с каждым днём становишься всё прекраснее, — ответил я, подмигнув.
— Льстец, — фыркнула она, но в её глазах блеснуло веселье. — Ты пришёл позавтракать или за новым заданием?
— Пожалуй, и за тем, и за другим, — сказал я, слегка наклонившись к ней с улыбкой.
Кроуэль бросила быстрый взгляд на официантку и громко прокричала мой заказ. Затем снова обратилась ко мне:
— Я думала, ты хотя бы пару дней возьмёшь на отдых после всего этого.
— Предпочитаю отдыхать продуктивно, — ответил я, пожав плечами. — Например, выполняя задания.
Пока она обдумывала мой ответ, передо мной поставили тарелку с дымящейся варёной картошкой, массивными мясными сосисками и кружку свежего сока. Завтрак был простым, но аппетитным.
— Ну что ж, трудяга, — сказала Кроуэль, доставая листок задания и кладя его на стол рядом с моей едой. — Это задание скорее уровня золотого ранга, но заказчица не могла позволить себе оплатить его как следует. Я убедила её сделать его доступным для серебряного ранга.
Она вдруг хлопнула ладонью по стойке, словно что-то вспомнив:
— Ах да, староста приходил. Просил создать для тебя два задания — об уничтожении огра и тёмного мага. Хотя формулировка с магом была немного иной, конечно, но не суть.
Рядом с тарелкой она поставила небольшой мешочек. Его звонкий металлический звук не оставлял сомнений о его содержимом.
— Вот твоя награда за оба "задания". Всего тридцать серебряных.
Тридцать серебряных? Ого, теперь я почти богач. А два выполненных задания серебряного ранга — тоже неплохая новость. Забрав мешочек, я посмотрел на Кроуэль.
— Так, а что там за задание? И есть ли в Карне кузнец? — спросил я, возвращаясь к еде.
— Похищение зверолюдки, — её лицо слегка помрачнело. — Из нашей деревни. Заказчица — её мать. Некоторые жители видели чужаков, возможно, это работорговцы. Мать хочет лично
