Мистер Уильямс в ужасе поднял руку. Он хотел предостеречь Мориса от смертоубийства, но тот протестующе замахал свободной рукой. Он издал несколько булькающих звуков, как бы показывая, что честно выполняет условия контракта, а потому по закону имеет право пить дальше. Перед таким натиском гуманизм Сэма не устоял, и он продолжал с интересом наблюдать за Морисом.
Морис выпил лекарство до дна. Осушив последнюю каплю, он подбросил бутылку в воздух. Из его груди вырвался победный вопль. Он раздувал щеки, блаженно похлопывал себя по животу и непрестанно повторял:
- Славная водичка! Теперь я напился всласть!
У Пенрода и Сэма просто глаза вылезли из орбит.
- А я думал, вы меня обманете, - сказал Морис тоном человека, который никак не может поверить своему счастью.
Тут Пенрода одолели сомнения. Он кинулся в сарай и взял с прилавка бутылку с лакричной водой. Сначала он понюхал жидкость, потом для верности даже немного попробовал. Сомнения оставили его. В сарае действительно стояла хоть и сильно разбавленная, но абсолютно не ядовитая лакричная вода. Значит, Морис действительно осушил бутылку с адской смесью лосьона для волос, старого кетчупа, прокисшего варенья, ванильного, лимонного и мясного экстракта, разнообразных эссенций, эликсира для зубов, нашатыря, арники, спирта, хинина, клекуаны, рвотного корня, нюхательных солей, лакричной воды с небольшими добавками мышьяка, белладонны и стрихнина.
Пенрод запрятал подальше бутылку с лакричной водой и вернулся к остальным. Морис сел на ящик и извлек из кармана пачку сигарет.
- Меня здесь никто не увидит? - спросил он и зажег спичку. - А вы курите, ребята?
- Нет, - ответил Сэм, с ужасом разглядывая его.
- Не курим, - шепотом произнес Пенрод.
Морис зажег сигарету и с видом завзятого курильщика начал выпускать изо рта клубы дыма.
- Признаюсь, ребята, не ожидал от вас такого, - сказал он. - Я думал, ты на меня злишься, Пенрод. Я считал, что, кроме гадостей, от вас ничего не дождешься. Теперь-то я вижу, что ошибся. Вы отличные ребята. И у вас все по-честному. Сказали, что могу пить сколько хочу, пока не переведу дух, и так оно и вышло. Но, я вижу, вы и относитесь ко мне неплохо. Правила правилами, а фиг бы вы мне просто так разрешили пить сколько захочу. Ведь вы же не знали, сколько я могу глотать, не переводя дух?
И он долго еще нес что-то в этом же роде, совершенно искренне упиваясь своей победой и их великодушием. Потом, продолжая курить, он начал разглагольствовать на какие-то другие темы, но оба его собеседника не очень-то прислушивались к нему. Они по-прежнему пребывали в каком-то оцепенении и не сводили с Мориса глаз. А он становился все жизнерадостней. Наконец он докурил сигарету и собрался уходить.
- Ну, ребята, - сказал он на прощание, - вы так здорово обошлись со мной, что я хочу пригласить вас к себе. Заходите, когда сможете. Будем дружить. Знаете, с такими ребятами, как вы, отлично себя чувствуешь!
У Пенрода отвисла челюсть. А Сэм уже давно сидел с разинутым ртом. И оба они не находили слов для ответа пылкому Морису Леви. А он взглянул на свои изящные часы.
- Мне надо идти, - вздохнул он. - Пора завтракать, а потом придется одеваться для котильона. Сэм, а тебе ведь тоже пора?
Сэм тупо кивнул.
- Ну, пока, Пенрод, - сказал Морис со всей сердечностью. - Я рад, что мы с тобой подружились. Пошли, Сэм.
Пенрод прислонился к столбу и отрешенно уставился на уходящих гостей. Морис продолжал оживленно жестикулировать, а Сэм двигался подобно заводной игрушке и ничего не отвечал своему спутнику. Кроме того, он явно не хотел приближаться к Морису и держался от него на некоторой дистанции.
Они уходили все дальше и дальше. Пенрод видел, что Морис продолжает размахивать руками. Потом они скрылись из виду, а Пенрод, понурив голову, медленно поплелся к дому.
Часа три спустя мистер Сэмюел Уильямс, облаченный в сияющий чистотой танцевальный костюм, вновь поравнялся с домом Скофилдов. Он издал возглас, напоминающий тирольское пение. Это был условный сигнал, и Сэму пришлось повторять его много раз, прежде чем откуда-то сверху послышался глухой ответ.
- Где ты? - крикнул мистер Уильямс и воздел голову ввысь.
Пенрод лежал животом на крыше сарая и смотрел вниз.
- Ты что там делаешь?
- Ничего.
- Осторожно, - предостерег Сэм. - А то поскользнешься и брякнешься прямо на мостовую. Прошлый раз я чуть не слетел оттуда. Ну, слезай же! Ты что, не идешь на котильон?
Пенрод не ответил.
- Слушай, - глухо про-изнес Сэм - я недавно звонил ему по телефону. Я спросил, как он себя чувствует, и он ответил, что хорошо!
- И я звонил, - сказал Пенрод. - Он мне сказал, что никогда еще не чувствовал такой бодрости.
Сэм засунул руки в карманы и задумался. Тут со стороны кухни открылась дверь, и из нее появилась Делла.
- Мистер Пенрод! - завопила она, приближаясь к ним. - Слезайте оттуда! Ваша мама ждет вас в танцклассе. Она звонила и спрашивала, почему вас еще нет? Там скоро начинают. Слезайте!
- Давай спускайся, - поддержал ее Сэм. - Опоздаем ведь! Видишь, Морис и Марджори уже едут.
Из-за угла выехал сверкающий лимузин. В нем сидела царственная Марджори Джонс. На ней было бальное платье розового цвета, а на коленях у нее лежал огромный букет роз. Рядом с ней примостился Морис Леви. Заметив Пенрода и Сэма, он заулыбался и махал им рукой, пока автомобиль не скрылся за поворотом.
И тут произошло непредвиденное. Издав какое-то странное мычание, Пенрод взмахнул руками. То ли он не нашел иного способа, чтобы выразить протест, то ли слишком засмотрелся на лимузин и забыл о бдительности, но голова его вдруг исчезла, а двор огласился криками Деллы и Сэма.
Издерганный мистер Бартэ уже собирался, несмотря на отсутствие двух пар, объявить начало котильона, когда в класс вошел Сэмюел Уильямс.
Вскоре после этого миссис Скофилд спешно покинула детскую танцевальную школу. А мисс Ренсдейл, сияя от счастья, сделала книксен.
- Пятьдесят раз я уже утверждал вам! - яростно закричал мистер Бартэ, не дав ей вымолвить ни слова. - Я не могу ничто менять! Ваш партнер еще способен появиться. С кем же тогда он будет в паре? О! Вы меня с ума спятите! Что вам еще от меня надо! - воскликнул он, увидев, что мисс Ренсдейл снова делает книксен в его сторону.
На этот раз она протянула учителю записку. Согласно предписанию мистера Бартэ, записка была адресована лично мисс Ренсдейл. Содержание ее гласило:
"Дорогая мадам! Пожалуйста, освободите меня от котильона с Вами сегодня днем из-за причины падения меня с крыши.
Ваш искренний Пенрод Скофилд".
Глава XXIV
МАЛЕНЬКИЙ ДЖЕНТЛЬМЕН
Пенрода стригли. Парикмахерская располагалась на углу улицы, рядом с аптекой. Это была солнечная сторона, и, так как день стоял знойный, Пенрод обливался потом. Чрезвычайно невыгодное состояние, когда тебя стригут! Часть волос, которые падают с парикмахерских ножниц, налипают на потное лицо, лезут в рот, в нос, забиваются за воротник и даже попадают в уши.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
