отдохнуть, развеяться. Шартов коновал! Два других профессора так же ничего найти не смогли, поэтому я плюнула и теперь просто стараюсь не обращать на эти недомогания внимания.
Продышавшись, снова поднялась, на этот раз успешно, и направилась в свою комнату. Раньше это была комната Марты Гереры, но сейчас весь особняк, счета и бизнес Герер принадлежат мне.
Когда в тот день на острове Марта, Кайл и Мэйсон навестили меня в доме, где растяпа Ван пытался нас спрятать, у меня как глаза открылись на всё, что происходило в моей жалкой жизни. Стремное сиротское детство, вечный страх разоблачения и попытки выбраться из нищеты, простушка Жози рядом, мечта о собственной крошечной халупе, манипуляции Баффета, манипуляции Вана, манипуляции Сорина! Всем вокруг что-то от меня надо! Но разве такой должна быть у меня жизнь? У меня — обладательницы редчайшего, мощнейшего дара? Ну уж нет!
Именно в тот день, очнувшись после обморока, я поняла, что надо что-то менять. И именно Марта, пытавшаяся меня убить, в какой-то мере и возродила меня. Тогда-то я ушла с опостылевшей виллы, унося с собой лишь толстый конверт с инструкциями от Гереры.
На изучение и осмысление содержимого конверта ушло много времени, Бабочка была подробна в своем послании. А затем я начала действовать.
Имея в своей коллекции тело Марты, легко вошла в особняк по отпечатку ее ладони, тут же перенастроила систему охраны и заперла все двери. Одновременно вызвала юристов Герер, связанных с ней клятвой. Они примчались чуть раньше ОБ с Ваном, и мы успели обсудить детали. В итоге, Эрик ушел ни с чем, дарственная была составлена по всем правилам, и ему пришлось отступиться.
Вообще, Марта написала, что всем своим людям отдала приказ работать на меня и служить мне, как ей. Связанные клятвой, они не могли ослушаться, и заветная фраза «Я Софи, от Марты» решила все вопросы с персоналом. Все номера телефонов и другие способы связи были указаны в инструкции, поэтому уже через неделю в особняке был укомплектован базовый штат сотрудников. Остальных мне предстояло нанять самой.
Шагая по коридору, я продолжала вспоминать недавние события. Отбрехавшись от ОБ и решив вопрос со своим юридическим статусом с помощью изготовленных заново документов, начала изучение собственных владений и активов. Во-первых, обследовала особняк, ту еще шкатулку с секретами. Пока я жила здесь в роли Кайла, узнала лишь об одном тайном ходе, его я, кстати, перенаправила в другое место. На самом деле, их было тут три, и один из них расположен прямо в комнате Марты. Все ходы были подземными и заканчивались в разных точках Альдерии — теперь понятно, почему ОБ столько времени не могли засечь, как Герера покидает свой особняк. Не туда смотрели, болваны!
В наследство от Марты мне достался не только шикарный особняк с бассейном, но и руководство по продолжению бизнеса, включая все связи и несколько счетов в разных банках с огромной суммой денег. Теперь я могла купить себе сотню Домов Мечты, вот только не хотела. Зачем мне хибара на море, когда я, наконец, осознала, что такое настоящая жизнь. Жизнь без страха и оглядок, жизнь с четкими целями, жизнь не испуганного кролика, а матерого гуара, тьфу, волка! Про Сорина вспоминать не хотелось. Тоже мне, друг. Как его пятнистую задницу спасать, так будьте добры, помогите, рискуйте собой, а потом поминай, как звали. Неблагодарное животное, такое же, как и Ван. Всё, прочь из моей головы!
Разозлившись не на шутку, как это часто бывало в последнее время, развернулась и пошла в комнату для снятия стресса, которую оборудовала специально для себя. Толкнув дверь ногой, схватила тяжелую биту, висевшую прямо у входа и, размахнувшись, от души врезала ей по керамическому сервизу, стоящему на стеклянном столе. Как же мне нравится этот звук разбившегося стекла! Когда в приюте, кто-то разбивал чашку или тарелку, нянька говорила, что это на счастье, а потом отвешивала криворукой сиротке смачную оплеуху. Счастье и правда в разрушении, в разлетающихся осколках, в полном уничтожении. Я с удовольствием расколотила каждую чашечку, каждое блюдце, супницу и чайник, а затем принялась за стеклянный стол, уже частично сломанный. После него переключилась на какие-то картины в рамах, висящие на стенах, швырнула в железную стену несколько ваз, и шлифанула все точными ударами по пузатому кальяну в углу комнаты. Я колотила все обломки до тех пор, пока они не превратились в стеклянную крошку, не оставила после себя ни одного целого предмета. Устало вздохнув, вытерла пот со лба, вперемешку с кровью от попавших на кожу случайных осколков, и, поморщившись, приказала телу зарастить ранки.
Бросив биту за спину, подняла чуть дрожащую руку и приказала в браслет:
— Дэйзи, приберись в антистресс-комнате и наполни ее заново, — и, не дожидаясь ответа, отправилась в коридор.
Стеклянное крошево приятно хрустело под ногами.
Добравшись до комнаты, с неудовольствием отметила горящее красным уведомление о пропущенных вызовах, парящее над магопроектором. К рамоле не ходи, опять Подкова Пит или Кисса названивали. С этими своим знакомцами я пока поддерживала общение только в переписке. Сухо извинилась за сорванную сделку, благо деньги они перевести не успели, и сообщила, что теперь я замещаю Марту, пообещав связаться с ними, как только все уляжется. Мои отписки их, разумеется, не устроили, особенно Пита, который, вероятно, уже прочухал обман с молодильным семечком, и теперь они наяривали мне по несколько раз в неделю. Чувствую, скоро придется с ними поговорить. Впрочем, мне есть что предъявить им обоим — и придурошной Киссе и хитрозадому Питу, посмевшему украсть моего гуара. Мигель с братьями, на удивление, вели себя достаточно корректно, да и претензий у меня к ним не было, поэтому с ними свяжусь в ближайшее время. Пора было заново налаживать международные связи.
Приняв душ и переодевшись, я спустилась на первый этаж и завернула в крыло с тренажерным залом. Там в кладовке за фальшь-стеной был расположен третий тайный ход, оборудованный лифтом. Примерно пятнадцать минут плавной поездки, и я уже очень далеко от особняка. Ход вел почти в центр города и заканчивался в частном гараже на подземной парковке, где меня дожидалась неприметная Пайота серебристого цвета. Усевшись в мобиль, я накинула на голову легкий газовый платок и надела черные очки. Менять внешность не было особой нужды, пока хватало и
