куртках. Выглядели они так, будто разница в возрасте у них была года на три. Шире в плечах, упитанней, с довольными лоснящимися достатком мордами. Один бритый налысо, другой с коротким ёжиком на голове.
— Лёха? — с удивлением спросил дембель. — Ты тут какими судьбами?
— Да вот, пивка тебе принёс, — ответил лысый. — Подумал, что надо же тебе уважение проявить. Проставиться за те два года, пока ты на северах жопу морозил, а мы бабки гребли и бабу твою имели. Или ты что, Наташку ждал?
— Ты чё сделал, урод?
— Варежку закрой, дурилка. Ты теперь никто. Никто! Понял⁈ — двое парней обступили дембеля, явно держа пиво не для того, чтобы им угостить. — И больше к ней не суйся, она моя. Всосал?
— Ты чё вылупился, шкет? Проблем ищешь? — заметив, что я наблюдаю, повернулся ко мне ёж. — Исчез быстро!
— Не порть мне отпуск, урод, — невольно поморщившись, ответил я.
— Ты кого уродом назвал? — взревел детина и бросился в мою сторону. Здоровенный, грузный, попадёт кулаком в голову — разом дух выбьет. Но кто же ему позволит? Шагнул чуть в сторону, туда, где заканчивалось бетонное покрытие. Вроде незаметная, а ступенька, перепад сантиметров двадцать.
Бугай, не ожидавший никакого сопротивления, с разбегу провалился в эту ямку, ухнул вниз, и оставалось ему только помочь. Используя его собственный вес, я чуть подтолкнул, перехватил руку и пока он падал, отвёл её до щелчка назад, вырывая из сустава. Бугай с рёвом рухнул лицом мусорку, после чего раздался колокольный звон.
Наскоро оглянувшись, я увидел, что лысый сцепился с дембелем, при этом бандит орудовал коротким раскладным ножом. Чем ему не понравилась полная пивная бутылка, понятия не имею, но я такой возможностью пренебрегать не стал. Подхватил укатившуюся тару и используя её словно дубину вбил с кряхтением поднимающемуся бугаю прямо в темечко.
— Крепкое стекло, — с уважением заметил я, поняв, что бутылка не разбилась.
— Помоги! — раздался крик сзади и, обернувшись, я понял, что дембеля всё же достали. Решение пришло мгновенно. Пусть мы с ним и пересекались за последние три дня всего несколько раз, но к бандюкам я никакого сочувствия не испытывал.
— А ну, не лезь! — добавив тонну мата, выкрикнул лысый, но кто бы его слушать стал. Подскочив, я легонько достал его по колену, так что нога прогнулась, и он рухнул. Но вместо того, чтобы успокоиться, развернулся и попробовал полоснуть ножом меня. Последняя его ошибка. Дно бутылки прилетело прямо ему в висок, и в этот раз стекло не выдержало разлетевшись.
— Спасибо. Выручил, — прохрипел дембель.
— Рану перевяжи, а то всё зря получится, — кивнул я и присел рядом с телом бандита, обшаривая карманы.
— Эй, ты чего?
— Что в бою взято, то свято, — пожал я плечами, вынув из бумажника все деньги. Куртка тоже была неплохой, но для меня слишком большого размера. Золотой перстень, цепочка. Заодно проверил пульс. Дышит… несколько мгновений было реальное желание добить, от греха подальше, но потом решил, что, если бандиты знают про дембеля, на меня всё равно выйдут. А так сменю одежду, может, и не узнают. Ну а если узнают ещё денег принесут, будет такой пассивный доход.
А вообще, главное, чтобы отдыхать не мешали.
— Слушай, спасибо тебе, что вписался, не ожидал. Если бы не ты, меня бы тут и порешили.
— Если бы не я, тебя бы просто отпинали и бросили. Ну, может, ещё помочились сверху, — заметил я. — Ладно, бывай. Мне ещё жильё искать надо.
— Брось! Ты мне жизнь спас, какое жильё? Идём вместе, у меня переночуешь.
— Мне на одну ночь.
— Тем более. Каким я человеком буду, если спасшего не угощу и без крыши над головой оставлю. Идём, это не обсуждается!
Глава 5
— Не хочешь в больницу пойти? — спросил я, пока мы шли по тёмной улице.
— Они в ментуру сразу сдадут, а те Кабану и его браткам, — невесело ухмыльнулся Алик.
— Ментуру это в смысле полиции? — задумчиво проговорил я, к сожалению, воспоминания принца здесь подводили, не давая чёткого ответа. Возможно, из-за того, что он жил в Британии, а там была именно полиция.
— Как их ни называй, всё равно куплены, — сплюнул дембель, чуть покачиваясь от кровопотери и усталости. — С чего я решил, что за два года всё изменится?
— Главное, что ты сам изменился. Вырос.
— Эти быки сильнее. Спасибо, что выручил, но теперь… Если Натаха меня реально не дождалась… делать мне больше нечего.
— В смысле? А идём мы куда? Разве не к тебе домой? Не к родителям твоим?
— В родительский дом. Ну, он тут недалеко уже, за углом буквально, — мотнул головой парень, и, пройдя ещё буквально триста метров, мы оказались возле одноэтажной развалюхи с покосившейся крышей. Бо́льшая часть стёкол была выбита, дверь висела на обломках петель.
— Мнда, тут явно никто давно не живёт.
— Полгода. Батя спился окончательно. Похоронка пришла месяц назад, — без особой грусти ответил Алик. — Идём, мне писали, что одну комнату заколотили.
— Будто вандалов это могло остановить.
— Ну, дом не только мой, родственники хотели, чтобы я им его продал, так что разрушить окончательно не дали. Даже не знаю, на что я рассчитывал, — мы прошли в дом, загаженный и замусоренный, но будто специально. Стены и потолок были почти чистыми, а от дождей они страдают чуть ли не в первую очередь.
— Похоже, твои родственники очень старались, чтобы дом тебе не понравился. Даже участвовали в разорении, но так, чтобы каркас цел остался.
— Да не, не такие они мрази, — отмахнулся дембель, но проходя между мешками с мусором невольно морщился. И всё же, одна из дверей, ведущих из прихожей, оказалась не просто цела, но и закрыта на замок. Ключ нашёлся у парня на шее, и вскоре мы вошли в чистую комнату с закрытыми ставнями.
Небольшая, метров восемнадцать, с кроватью, диванчиком, кухней и крохотным раскладным столиком. Плита со стоя́щим тут же газовым баллоном и белая дверь, ведущая в уборную. На полу вязанный ковёр-дорожка. Несмотря на жару снаружи, здесь пахло сыростью и плесенью.
— Хозяйская половина, — пояснил Алик. — Ту часть мы сдавали всегда, а тут жили.
