как от подружаек его пятыми дворами бегала. Потому что ревнивые бабы, они ведь, дуры. Ещё в лицо или в волосы вцепятся, а я же не робкого десятка особа, могу и в морду дать. Я ж, как настоящий мужик, женщин не бью, да. Не, ну, было дело, в школе пару раз за волосы хватались из-за того же Прокопенко, но я там малая совсем была, приёмам самообороны ещё не обученная, а за себя же надо постоять.
В общем, раньше с Женькой было как-то веселее. Сейчас он чуть, что так сразу к Янусику своему. Мне сразу как-то одиноко от этого делается, ведь подруг у меня нет. Мне Прокопенко их заменил, как родных маму и отца. Это странно, но кажется, я сама того не замечая, сделала его чуть ли ни центром своей вселенной. Он мне, как брат родной.
— Чего задумалась? — вырвал родной голос из весёлых мыслей.
Кажется, что за всю дорогу я и слова не проронила. Мы уже подъезжали к «Причалу».
— Да голова гудит, — поморщилась я.
— Опять мигрени?
— Просто не выспалась, да и думаю над смертью Селезнёвой много. Что-то мне покоя не даёт.
Друг не ответил. Глубоко вздохнув, он припарковал свою старенькую тойоту и, развернувшись всем корпусом, внимательно посмотрел на меня.
— Что? — не выдержала я пристального взгляда.
— Виноградова, а тебе не кажется, что ты как-то затянула со своим одиночеством?
Моё лицо вытянулось от удивления.
— Чего?
Прокопенко смущенно хмыкнул, отведя взгляд в сторону и очень неуверенно продолжил:
— Лиз, мы с тобой со школы дружим. Я знаю, что ты девушка достаточно самостоятельная и к мужикам относишься с большой осторожностью. Я понимаю, что ты сама вольна выбирать и делаешь всё, чтобы оттолкнуть…
— Короче, Женя! — недовольно буркнула я, скрестив руки на груди.
— Короче, Мелкая, тебе мужика надо. Ты же никогда ни с кем не встречалась. Я ни разу не видел рядом с тобой кого-то, с кем ты могла бы заниматься… — он замялся под моим скептичным взглядом.
— Ну продолжай-продолжай. Чем заниматься?
— Сексом, — нахмурился Женёк. — Не ради удовольствия, а здоровья для. Ты вообще этим хоть когда-нибудь занималась? У тебя же не было никого, кроме того придурка, что принёс тебя спящую под утро.
Я почувствовала невероятное ощущение, которое уже давно не испытывала. Со мной такое со школы не происходило, а тут. Боже, как девчонку какую, ей богу.
— Хочешь предложить свою кандидатуру? — пылая от стыда, насмешливо поинтересовалась я.
— Иди к чёрту, Виноградова, — фыркнул парень. — Думай что говоришь, это же всё равно что, с братом переспать. Фу!
Я хохотнула и похлопала себя по щекам.
— А базарить на такие темы с братом, нормально значит.
— Я, между прочим, о твоём здоровье беспокоюсь. У меня, вон, Янка тоже постоянно на головные боли жалуется. После секса, как рукой снимает, — Женька сопроводил данное изречение жестом, обозначающим «штиль», чем окончательно меня смутил.
— Да тьфу на тебя, — притворно плюнула я в его сторону и открыла дверцу машины. — Давай, мы личную жизнь друг друга не будем обсуждать. Мне, знаешь ли, не по себе становится.
Его ответ я не услышала, поскольку захлопнула дверь авто и уставилась на привычную толпу у входа, после чего не дожидаясь двинулась вперёд, надеясь найти Лёсика и того бессмертного, что обо мне спрашивал.
Уже на входе я почувствовала неладное. Пристальный взгляд, который заставил остановиться. Я оглядела присутствующих и неожиданно наткнулась на прищуренный пьяный взгляд блондина, что буквально дыру во мне сверлил. Вздёрнула бровь, интересуясь, в чём дело, но тот только поморщился в ответ, как от зубной боли и отвернулся. В тот момент, я увидела гипс на его руке. Странное дело, но это парня я совершенно не помню. Не то, чтобы у меня была феноменальная память, но я не жалуюсь.
— Лиз? — позвал Прокопенко. — Слушай, твоё поведение в последнее время меня настораживает. То ты нелогично замираешь посреди дороги, то неожиданно выпить хочешь, хотя это дело терпеть не можешь, а ты, случаем, не…
Я отмахнулась от него, как от назойливой мухи.
— У беременности другие симптомы, Жень.
— Правда что ли? — заржал этот тип, но, слава богу, заткнулся, наткнувшись на мой многообещающий взгляд.
Я юркнула внутрь, пропуская целую ораву пьяных парней. Кажется, в «Причале» сегодня действительно тесно. Мы с Женькой сразу направились к бару, где мелькала светлая макушка Лёсика. Тот увидев нас лишь приветственно махнул рукой, достал телефон, а после умчался в неизвестном направлении, оставив нас на попечении своего нового сменщика Саши.
— Что пить будете? — прокричал бармен, перебивая громкую музыку.
— Олд палтни! — каркает Прокопенко
— Двенадцать?
— Двадцать один.
Я забралась на высокий стул и хмуро оглядела зал, сама не зная, что хочу там увидеть. После встречи с тем парнем на улице, меня не покидало странное ощущение. Сердце билось быстрее, а внутри царила странная дрожь, которую я ничем не могла объяснить. Похоже, моя паранойя набирает обороты. К психиатру, что ли, сходить?
— Виноградова, давай за тебя, что ли? Чтобы в последний раз в этом месяце меня сюда тащила! Я тебя пьяную не люблю, сама знаешь.
Я усмехнулась и чокнулась с ним стаканами, в которых сверкали кубики льда.
Прокопенко откровенно врал. Пьяную меня он просто обожал, о чём с удовольствием пару раз трепался, когда я объявляла для своей светлости сухой закон.
— А как же: «Виноградова, тебя пьяную только тискать!» — подколола я и пригубила холодную, обжигающую жидкость. — Или всё? Любовь исчезла, как дело Шакро Молодого?
— Ага, — усмехнулся тот в ответ. — Днём с огнём не сыщешь. Ты мне лучше расскажи, что тебя так беспокоит в деле Селезнёвой?
Я поморщилась, вспомнив убитую девушку. Не хотелось мне сейчас думать о работе, да и головная боль всё ещё наличествовала.
— Запонка эта, — вспомнила я утерянную подозреваемым вещь. — Она мне знакомой показалась, но я точно не видела её раньше. Будто- что-то похожее…
— Виноградова, по-моему, ты сильно заморачиваешься. Сколько мужиков у нас по управлению в костюмах ходит? А сколько запонок у них? Вот и подумай, могут быть просто похожие, учитывая, что они практически всегда по одному образу и подобию делаются.
И я задумалась, сразу отметая версию Женьки прочь, потому что был один очевидный факт, почему не могла я видеть такие в управлении. Она дорогая. Драгоценный камень и золото. Я в этом немного разбиралась, мне не раз раньше доводилось видеть драгоценности высшего качества, которые стали причиной убийства.
— Не, Женёк. Экспертиза, наверняка, покажет, что запонки баснословно дорогие, а значит, в управлении мелькать не могли.
Прокопенко посмотрел
