Читаем без скачивания Дело об отложенном убийстве - Эрл Гарднер

Марли оказался худым, невысоким темноволосым мужчиной лет сорока. Его лицо ничего не выражало, когда он смотрел на Мейсона и Пола Дрейка.

– Проходите и садитесь, – пригласил адвокат. – Я – Мейсон. Это Пол Дрейк, который для меня занимается сыскной работой.

Марли переводил огромные темные глаза цвета спелых маслин с одного на другого. Потом он улыбнулся, сделал несколько шагов вперед и протянул Мейсону руку.

– Рад познакомиться с вами, господин адвокат, – сказал он вместо приветствия.

Огромная кисть Мейсона полностью поглотила маленькие, хрупкие пальчики, которые на удивление сильно пожали руку адвоката. Крупный бриллиант на галстуке Марли блеснул, когда посетитель повернулся, чтобы пожать руку детективу.

Его рука опустилась в карман и достала портсигар. На безымянном пальце сверкал еще один бриллиант. Марли взял сигарету и многозначительно заявил:

– У меня всего несколько минут, мистер Мейсон.

– Так не теряйте их.

Марли улыбнулся. Его глаза ничего не выражали. Он заговорил тихим, хорошо поставленным голосом:

– Моя информация – строго конфиденциальна.

Дрейк встретился взглядом с Мейсоном и приподнял брови в немом вопросе. Адвокат кивнул.

– Ладно, Перри. Я зайду попозже.

Детектив с минуту молча осматривал Марли, а потом обратился к нему:

– Рад был познакомиться с вами, мистер Марли. Не исключено, доведется снова встретиться.

Марли ничего не ответил.

Когда сыщик ушел, Мейсон повернулся к посетителю.

– Я вас слушаю, – сказал адвокат.

– Мне очень жаль, что все так получилось с Пенном.

Мейсон кивнул.

– Однако, – продолжал Марли, – я живу в реальном мире, а вы, мистер Мейсон, насколько мне известно, деловой человек.

Мейсон снова кивнул и заметил:

– Вы не хотите сесть, мистер Марли?

Марли опустился на ручку кресла, которое только что освободил Дрейк.

– Вы представляете Мэй Фарр? – спросил посетитель.

Мейсон опять кивнул.

– Неплохая девушка Мэй.

– Вы ее знаете?

– Да. Пенн был в нее влюблен. Я был близок с Пенном. Иногда мы плавали на его яхте, иногда на моей. Все зависело от погоды. Моя лучше идет в штиль. А на яхте Пенна можно путешествовать в любую погоду.

Адвокат молча слушал.

– Мэй очень независима, – продолжал Марли.

– У вас есть какие-нибудь идеи насчет того, кто его убил? – внезапно спросил Мейсон.

Взгляд темных глаз Фрэнка Марли пронизывал голубоватый сигаретный дым, окружавший его.

– Да, – ответил он.

– Кто?

– Давайте я вам кое-что расскажу вначале.

– Ваша воля. Делайте то, что считаете нужным.

– Мне кое-что требуется.

– Да, филантропом вас не назовешь, – усмехнулся Мейсон.

– То, что я хочу, много значит для меня и практически ничто для вас.

– Продолжайте.

– Я всегда считал вас лучшим в вашей профессии. Я решил, что, если у меня когда-нибудь возникнут неприятности, я обращусь к вам.

Мейсон слегка склонил голову, благодаря за комплимент.

– В связи с этим делом я оказываюсь в очень неприятной ситуации.

– Каким образом?

– Пенн так и не развелся. Они с женой не смогли достигнуть соглашения о разделе имущества. Она пыталась брать его измором. Он не давал ей развода, а она ему. Ни один из них не мог развестись без согласия другого. Они бы бросали клеветнические заявления в адрес друг друга, и судья выгнал бы их обоих из зала суда.

– Они не ладили? – спросил Мейсон.

– Вначале все шло прекрасно, а потом они стали вести себя как две кошки, связанные хвостами.

– Как я предполагаю, это произошло после того, как вы стали флиртовать с ней?

Выражение лица Марли не изменилось. Оно просто застыло, словно мышцы внезапно окаменели от замечаний Мейсона. Марли долго молчал, потом спокойно затянулся сигаретой и ровным голосом спросил:

– Почему вы так решили, мистер Мейсон?

– Просто догадка.

– Не пытайтесь больше делать догадки, – предупредил Марли. – Я их не люблю.

Мейсон нарочито пододвинул к себе лист бумаги и что-то на нем быстро написал.

– Что это? – подозрительно спросил Марли.

– Просто делаю для себя пометку, чтобы дать задание своим детективам расследовать этот аспект.

– Да, с вами не так-то легко поладить, – заметил Марли.

– Но не тем, кто со мной честен, – парировал Мейсон. – Когда кто-то сидит на противоположной стороне стола и пытается продать мне лошадь, я тоже начинаю говорить о торговле лошадьми.

– Перед тем как применять силу, вам следует выслушать мое предложение и посмотреть, какую лошадь я предлагаю, – сказал Марли.

– Я жду этого с той минуты, как вы вошли, – напомнил посетителю Мейсон.

– Я уже говорил, что считаю вас прекрасным адвокатом. Я бы предпочел видеть вас в своем углу ринга, а не в противоположном. Хуанита все еще остается женой Вентворта. Не думаю, что Пенн оставил завещание. Вопросы с имуществом решать ей. Как здравствующему партнеру, мне придется отчитываться перед ней за дела фирмы.

– И?

– Я окажусь в неприятном положении, – признался Марли.

– Почему?

– Есть дела, о которых знал Пенн, но, если о них написать черным по белому, они будут не очень здорово смотреться. Я делал определенные вещи. Прежде чем за них браться, я ставил в известность Пенна и получал от него согласие. Договоренности были устные, на бумаге ничего не фиксировалось. Я, естественно, не предполагал, что его уберут.

– Итак?

– Я хочу, чтобы мы находились по одну сторону баррикады.

– Для чего? – решил выяснить Мейсон. – Для предварительной проверки сил или основного боя?

– Только для предварительной проверки, – быстро заверил его Марли. – Основной бой меня не касается. Я прошу вас представлять меня при решении вопросов о деятельности партнерства.

– И все?

– И все.

– Сколько вы готовы заплатить?

– Перед тем как мы начнем обсуждение вашего гонорара, мне надо еще немного рассказать вам о той лошади, которую я продаю.

– Так рассказывайте.

– Я не очень-то люблю полицейских. Я давно занимаюсь бизнесом. Мне жаль, что Пенна прикончили. Но то, что мне это совсем не нравится, ему не поможет. Его нет. Я остался. Мне придется позаботиться о себе. Ладно, вот мое предложение. Его убила Мэй Фарр. У меня есть свидетельница, которая может это доказать. Вы играете со мной, я играю с вами.

– Мне что-то не нравится ваша игра, – ответил Мейсон. – Вы все время стоите на подаче, а мне приходится отбивать мяч.

– Не совсем так, мистер Мейсон, честно. Послушайте, я выложу свои карты на стол. Мэй Фарр пристрелила его. Я думаю, она имела на это право. И присяжные, наверное, так же посчитают, но для нее же лучше, если ей не придется появляться перед ними и рассказывать им свою версию. Понимаете, Пенну она всегда нравилась. Она, конечно, не девственница, но Пенну она не отвечала взаимностью. Возможно, ее самолюбие тешило то, что она все время держала его на крючке и наблюдала за его неровным дыханием. Встречаются такие женщины.

– Продолжайте, – подбодрил его Мейсон.

– Вам что, детальный план надо нарисовать?

– Да.

– Ну ладно, – вздохнул Марли. – Некое лицо, которое я не стану называть, находилось в яхт-клубе вчера ночью и ранним утром. Оно сидело в машине и ждало.

– Чего? – спросил Мейсон.

– Как вы думаете?

– Я не знаю.

– В таком случае оставим этот вопрос. Она ждала. Она знала Пенна. Она знала меня. Она знала наши лодки. Она не знала Мэй. Пока она сидела и ждала в своей машине и начинала сердиться, потому что решила, что ее надули, она увидела огни яхты, приближающейся к причалу. Вначале она подумала, что это как раз та яхта, которую она ждет, а потом она узнала мою «Атину».

Мейсон перевел взгляд на дым, который поднимался вверх с кончика сигары Марли.

– Лицо, управляющее «Атиной», не очень умело пришвартовалось, лодка царапалась о причал, несколько раз ударилась об него, и в конце концов моторы отключили. На берег спрыгнула девушка. Наблюдавшая из машины не знала, кто она, но сумела ее хорошо разглядеть. Позднее свидетельница услышала об убийстве. Она поняла, что к чему, и рассказала мне о том, что видела. Она описала девушку. По описанию это определенно Мэй.

– Ну… – заговорил Мейсон. – Она…

– Секундочку, – перебил его Марли, подняв руку. – Я хочу, чтобы вы все абсолютно точно уяснили. У меня есть фотографии Мэй Фарр. Я делал их в различных круизах. Я показал эти фотографии своей знакомой. Она полностью уверена, что именно Мэй Фарр брала мою яхту.

– Итак?

– Вы сами понимаете, что подобные свидетельские показания значат для вас.

– Мне они ничего не сделают.

– Ваша клиентка пострадает.

– Показания – это одно. Разговор – совсем другое, – объяснил Мейсон. – Не забывайте, что у меня есть право проводить перекрестный допрос человека, находящегося в свидетельской ложе. Уже сейчас у меня появилась масса вопросов, которые мне хотелось бы задать этой вашей приятельнице. Возможно, их количество еще увеличится, когда я побольше узнаю о деле.