В конце концов, Мойра пришла к следующему выводу: вероятно, Тэвиг каким-то образом испугался толковать выражение ее лица, поэтому и создавалось впечатление, что он читал ее мысли. Значит, ей, чтобы скрывать кое-какие секреты, надо освоить несколько новых уловок. Она давно уже научилась скрывать от сэра Бернарда свои чувства, и теперь следовало научиться скрывать их от Тэвига.
– Мне кажется, что дождь все-таки пошел, – пробурчала Мойра, стараясь спрятаться как можно дальше под навес из веток и одеял, сооруженный Тэвигом.
– Да, похоже, что пошел. Плохо только, что он все время идет, когда мы отдыхаем. Спать очень неуютно. – Тэвиг отрезал девушке ломтик хлеба. – Вот, возьми. Это все, что мы сможем себе сегодня позволить, потому что нельзя разжечь костер без сухих веток для растопки.
– Думаешь, так я буду меньше огорчаться из-за того, что ты украл этот хлеб?
Мойра поплотнее завернулась в одеяло и принялась за свой ужин.
– Нет, я так не думаю. Прекрасно знаю, что ты не одобряешь мои действия.
– Да, не одобряю, но все-таки не отказываюсь есть этот хлеб, – пробормотала Мойра. – Так что не обижайся. – Она вздохнула, потирая ноги. – Ах, ужасно устала…
– Почему бы тебе не снять с ног лоскуты и не выставить ноги ненадолго на дождь?
– Но они тогда намокнут. И, наверное, замерзнут.
– Зато пройдет боль, которую ты изо всех сил стараешься скрыть. – Тэвиг ответил на ее недоверчивый взгляд улыбкой. – Дорогая, поверь мне. Мне приходилось несколько раз отправляться в путешествие в плохих сапогах и даже босиком, и я прекрасно знаю, как болят при этом ноги. По опыту могу сказать: ничто так не снимает боль, как холодная вода. Поблизости нет ни ручья, ни пруда – только то, что падает с неба. Попробуй. Вреда это не принесет.
– Наверное, не принесет, – пробормотала девушка.
С помощью Тэвига она стащила с ног шерстяные тряпицы и, осторожно приблизившись к выходу из укрытия, высунула наружу ноги. Ей ужасно не хотелось это признавать, но прохладные струи дождя действительно приносили облегчение. Мойра невольно улыбнулась, но тотчас же нахмурилась и покосилась на Тэвига. «Слишком уж у него самодовольный вид», – подумала она.
– Как, помогает? – спросил он.
– Да, немного.
Тэвиг рассмеялся и покачал головой:
– Какая же ты упрямая, Мойра Робертсон!
Она внезапно вздрогнула и вся сжалась, словно в ожидании удара. В доме Бернарда Робертсона следом за словом «упрямая» почти всегда начинались побои и всевозможные наказания. За время, проведенное с Тэвигом, она поняла, что тот никогда не станет обращаться с ней так же, как опекун, однако прежние страхи все еще жили в душе.
– Когда же ты перестанешь меня бояться? – проворчал Тэвиг.
– Ты же знаешь, что я не боюсь тебя, – ответила девушка, тихонько вздохнув.
– Не боишься? – Тэвиг пристально посмотрел на нее. – Но я видел в твоих глазах страх.
– Да, наверное, видел. – Мойра снова вздохнула. – Только это был совсем другой страх. Страх перед воспоминаниями…
– Перед воспоминаниями?
– Да, конечно. Ты назвал меня упрямой, и это слово сразу же вызвало пугающие воспоминания. Вот что породило мой страх, а вовсе не какой-то твой поступок.
– Значит, мне следует обдумывать каждое слово? Мойра энергично покачала головой:
– Нет-нет, это было бы несправедливо по отношению к тебе. Да и мне нисколько бы не помогло. Я должна привыкнуть к тому, что все люди – разные, что не все они такие же, как сэр Бернард. Ты ведь просто пошутил со мной, а я невольно восприняла твои слова как угрозу. Я должна научиться слушать, должна слышать не только слова, но и то, как они произносятся. В твоем голосе не было угрозы – вот что мне надо принимать во внимание.
– Похоже, что за любыми словами твоего опекуна следовали побои и наказания, – заметил Тэвиг.
– Иногда он вообще ничего не говорил, и тогда было хуже всего, – проговорила девушка с дрожью в голосе. – Все, наверное, достаточно, – добавила она, убирая ноги в укрытие.
Тэвиг молча поглядывал на свою спутницу. Мойра очень мало рассказывала о сэре Бернарде и своей жизни в его доме. Один-два намека – и она тотчас же замолкала, словно боялась говорить дальше. Очевидно, она действительно боялась, однако Тэвиг надеялся, что она все же преодолеет свой страх и расскажет обо всем.
– Ты должна понять, что не все мужчины такие, как твой опекун, – сказал он, увлекая девушку в глубину укрытия.
– Да, я знаю. И мне очень жаль, что иногда оскорбляю тебя своим поведением.
Он поцеловал ее в губы.
– Не стоит извиняться, дорогая. Ты права, тебе надо слушать не только сами слова, но и то, как они произносятся. А я должен привыкнуть к тому, что ты боишься вовсе не меня, а своих воспоминаний. Увы, сэр Бернард преподал тебе суровые уроки, и тебе потребуется время, чтобы забыть о прошлом. Но поверь, моя милая, я постараюсь сделать все возможное, чтобы твоя жизнь изменилась к лучшему.
– Как же ты собираешься это сделать?
– Уговорю тебя остаться со мной.
– Неужели? – Мойра едва заметно усмехнулась. – Но твоя судьба не очень-то ясна, мой благородный рыцарь. Ты в который уже раз забываешь о том, что осужден…
– А я вовсе не собираюсь раскачиваться на виселице у кузена Айвера, – возразил Тэвиг.
– Мне бы тоже этого хотелось, но не понимаю, откуда у тебя такая уверенность в благополучном исходе.
– Когда доберусь до Мунгана, у меня непременно появится необходимая помощь для борьбы с Айвером.
– Но это не докажет твою невиновность, – зевнув, заметила Мойра.
– Но никто не верит, что я убил этих людей. Во всяком случае, мои люди в Драмдерге точно знают, что я их не убивал. Но я все же постараюсь добыть доказательства моей невиновности, чтобы и все остальные поверили. – Тэвиг нахмурился и добавил: – И я обязательно заставлю Айвера заплатить за все его преступления. Но ты, наверное, права. Поскольку Айвер уже распространил повсюду свои беспочвенные обвинения, мне придется очень постараться, чтобы смыть пятно с моего доброго имени.
– Возможно, тебе это никогда не удастся.
– Надеюсь, ты шутишь, – пробурчал Тэвиг. – Хотя должен признать, что ты и на сей раз права. Да, возможно, не удастся, но если так, то это будет ужасная несправедливость. Однако люди, которых я уважаю, будут знать правду. Многие из них уже знают.
– А ты уверен, что твой кузен Мунган поверит тебе и не передаст в руки Айвера?
– Совершенно уверен. Мунган терпеть не может Айвера и не доверяет ему. – Он чмокнул Мойру в макушку. – Не волнуйся, милая. У Мунгана мы будем в безопасности, и я выясню, что он затеял, похитив твою кузину.
– А может, он увидел ее издали, влюбился и попытался сделать своей?
