тебе уроком.
— А что мне еще оставалось делать? — спросил он, разводя руками. — Я очнулся на поляне посреди леса. Без одежды и рядом со мной лежала обнаженная красотка, вроде тебя. А я не помню, ни как там оказался, ни даже, как меня зовут. Но я быстро понял, что мне нужно.
— Да, это было странное происшествие, без стыда не вспомнить, а ведь сколько лет прошло, почти пятнадцать.
— Знаешь, что, я с выбором невесты не ошибся, — заверил Дарлид. — И твоя идея с наказанием неплоха, нужно ее только чуть подправить. Пусть Кенрон ловит угрей живыми, мы их потом выпустим, а затем заставим его постирать всю одежду.
Обсуждение наказания старшего сына Амелотов пришлось оставить: далеко в лесу раздался хруст веток, деревья закачались, птицы взлетели в воздух с испуганными криками. Без всяких сомнений Дарлид понял, что к ним двигалась стая крупных животных, особей двадцать, не меньше.
— Мы в третьей зоне, — напомнила Алина, — стоило ожидать, что все пойдет не так, как надо. Не хочется мне бросать добычу.
— Тогда стоит остаться и заявить о своих правах, — сказал Дарлид и поймал на себе взгляд жены, которая пыталась понять, шутит он или нет. Дарлид не шутил.
Между деревьев показались очертания крупных животных. Неторопливо, вразвалку группа лесных существ подступила к поляне. То были медведи, на спинах которых вперемешку с бурой шерстью росла длинная зеленая трава, которую дополняли так же росшие прямо из животной плоти грибы. Этих зверей называли болотными барибалами, как и ото всех остальных животных в этой местности, ничего доброго ждать от них не приходилось. Медведи обступили поляну со всех сторон и принялись принюхиваться к тушам огненных ящеров, лежащих на земле.
— Если они решат что-нибудь выкинуть, исчезай и беги прочь, — сказал Дарлид и поставил ногу на тушу огненного ящера.
— Я его убил, проваливайте! — провозгласил он, несколько барибалов подняли на него мутные сине-зеленые глаза и тут же вернулись к изучению мертвых тел.
— Они тебя не понимают, — сказала Алина, ей не нравилось быть в окружении, пусть она и была уверена, что от таких медленных животных сможет удрать и без камуфляжа.
— Я слышал, что они оценивают животных по их добыче, — прошептал Дарлид. — Мы убили огненных ящеров, это должно их впечатлить. Смотри, какие глаза умные.
— Как у селедки.
Молодой барибал подошел к туше огненного ящера, растолкав сородичей, и принялся ее обнюхивать.
— Не делай этого, друг, пожалеешь, — предупредил его Дарлид.
Барибал какое-то время переводил взгляд с Дарлида на тушу и обратно.
— Должны же у тебя быть хоть какие-то инстинкты! — крикнул Дарлид.
Молодой барибал раскрыл пасть и вонзил клыки глубоко в обезглавленное тело ящера. Что-то засветилось внутри туши, красное сияние осветило пасть барибала изнутри, словно он съел особо яркого светлячка.
Дарлид знал, что это вовсе не светлячок. Клыки барибала задели магический элемент внутри туши — огненную железу. Когда железа касалась воздуха, она становилась крайне чувствительной к любому воздействию — малейшее сжатие, тряска или удар приводили к детонации.
Тут же Дарлид схватил Алину за талию и вместе с ней запрыгнул на спину одного из медведей, затем одним быстрым прыжком скрылся за толстым стволом дерева. Грохнул взрыв, кору дерева сорвало градом из осколков костей. В ушах Дарлида зазвенело. Он ждал новых взрывов, но все стихло.
Алина стояла, прижавшись к нему, и отходить не торопилась.
— Не обязательно было меня хватать, я и сама могу бегать, — сказала она.
— Надеюсь, это единственная жалоба.
Какое-то время они смотрели друг на друга, пытаясь осознать произошедшее. В отличие от многих других животных, огненные ящеры были несъедобны не из-за того, что их мясо было невкусным или ядовитым. Любой достаточно острый и длинный клык, проникший в их тело, мог привести к мощному взрыву, убивающему агрессора. Магический элемент, который вызывал эту реакцию высоко ценился на кобольдском рынке.
— Я в порядке, здоровяк, — наконец сказала Алина.
Дарлид вышел из-за дерева, молодой барибал лежал на земле обезглавленный; тушу, которую он надкусил, разорвало на куски и разбросало по всей поляне. Остальные барибалы сбежали.
Дарлид достал из кармана небольшой белый кристалл в золотой оправе и поднес его к тому, что осталось от туши молодого любопытного барибала.
— Если в нем и был магический элемент — от него мало что осталось, — заключил он.
Тот же трюк Дарлид проделал с двумя оставшимися тушами огненных ящеров, в обоих случаях кристалл засиял белым светом, обозначая присутствие магии.
— Может, не будем их вскрывать, донесем до города целиком? — предложила Алина. — Не хватало еще одного взрыва.
— Тогда одну тушу нам придется бросить, — заметил Дарлид. — А очищенные магические элементы стоят в шесть раз дороже этого куска мяса. Если не достанем их, завтра снова придется выходить на охоту, и эти ящеры будут за тобой гоняться. Нет уж. Я вскрою обе туши тут, а ты постой в стороне. Ты знаешь, зачем нам деньги, и платить уже скоро.
Алина прекрасно помнила, что с огненными ящерами они связались не для своего удовольствия. Пусть никто в Дайгоне этого и не знал, им приходилось выплачивать зеннатцам колоссальные, по меркам обычных охотников, суммы как часть сделки, заключенной давным-давно. Настанет день, и ей придется рассказать Кенрону об этом договоре, к счастью, до этого дня могли пройти годы или даже десятки лет. Она и вправду в это верила.
— Только будь осторожен, — сказала Алина.
Дарлид расчехлил кинжал, вонзил его в тушу огненного ящера и одним быстрым движением вспорол ему брюхо.
Глава 8
Кенрон разглядывал хмурое лицо отца, разговор о наказании должен был начаться с минуты на минуту. Все четверо из семьи Амелотов расселись за столом в гостиной. Похоже, хорошим настроением мог похвастаться только малыш Лаубер, пока Алина с Дарлидом пристально смотрели на Кенрона, заставляя его волноваться все сильнее, его младший брат принялся играться с углом скатерти.
Кенрон раздумывал, а не рассказать ли ему родителям о его встрече со странным стариком Нэфисом Надэмом и постараться убедить их, что именно этот старик задержал его так надолго. Тогда ему пришлось бы рассказать и о том, что он явился к запретному озеру и к одному наказанию могло прибавиться другое.
— Я опоздал, — сказал Кенрон, — потому, что слишком далеко ушел в лес. Неужели с вами такого никогда не случалось?
К слову это была почти правда.
— Из-за того, что мы вышли позже, нам пришлось встретиться с бандой Мивилей и болотными медведями, — ответила Алина. — И кто же виноват в том, что мы вышли
