неотделимый от этого несовершенного мира.
Издательские страсти
Незадолго до окончания написания «Мира…», весной 1818 года, Шопенгауэр начал переговоры с издательством Брокгауза (того самого, да, фамилия вам знакома не случайно) о выпуске своей книги. В предварительном письме он без ложной скромности охарактеризовал свой материал как новую философскую систему, хотя не забыл и оговорить будущий гонорар. Маститый издатель принял к печати его книгу даже без пробного отрывка. Объясняется это известностью салона его матери, которую Артур, однако, ни о чем не просил, и тем обстоятельством, что Брокгауз давно не публиковал ничего философского – Шопенгауэр оказался кстати.
Фридрих Арнольд Брокгауз (1772–1823) – основатель одноименного немецкого издательства, известного выпуском научно-познавательной и энциклопедической, справочной и иной литературы
Из всего этого он сделал вывод, что издание последует очень скоро – через пару-тройку недель. Но прошел почти месяц, а от Брокгауза не было никаких вестей. Шопенгауэр написал возмущенное письмо, но в ответ получил лишь первую предварительную корректуру, что означало выход книги в свет не раньше осени. Это автора категорически не устраивало и нарушало условия договора. Последовали гневные обвинения в деловой непорядочности и даже попытке присвоения гонорара.
«Не стоит досадовать на людскую низость: что бы о ней ни говорили, она – сила»
Брокгауз назвал Шопенгауэра бесчестным и приостановил работу над изданием. Далее последовала некоторая столь же «любезная» переписка, что окончательно рассорило автора и издателя. Шопенгауэр очень хотел увидеть свою книгу на Дрезденской книжной ярмарке осенью 1818 года, а когда стало ясно, что дело затягивается на неопределенное время, уехал в итальянское путешествие.
Но Брокгауз, видимо, уже изрядно потратился на подготовку к изданию книги Шопенгауэра, почему и продолжил работу над ним – эмоции не должны мешать бизнесу. И в январе 1819 года книга наконец увидела свет.
ПЕССИМИЗМ
Негативное видение мира: надежды на лучшее нет, все было и будет плохо. Ему противоположен оптимизм – уверенность в позитивном развитии событий, когда плохое считается случайным и временным
Но долгожданное и предвкушаемое оказалось горькой пилюлей – книгу почти не заметили, если не считать разосланных Шопенгауэром авторских экземпляров (тому же Гёте). И это в Германии, где интерес к философской литературе в определенных кругах всегда был немалым! Четверть века «Миру…» предстояло лежать на полках, прежде чем Шопенгауэр затеял переиздание, дополненное вторым томом.
«Наиболее сильный импульс философскому размышлению и метафизическому постижению Вселенной придает нам сознание предстоящей смерти и видение страданий и несчастий жизни. Если бы наша жизнь не имела конца и не была исполнена страданий, то, быть может, никому бы и в голову не пришло спросить, по какой причине существует мир и почему он именно таков, каков он есть…»
Предисловие, правда, гласило, что эта работа предназначена для будущих поколений, что сейчас автор не ждет мгновенного признания и так далее. Но это предвидение, впоследствии сбывшееся, было слабым утешением.
Представьте, что ваше главное детище, ваш дар миру никому оказывается не нужен – не станете ли и вы «мрачным и пессимистичным» мизантропом вслед за нашим персонажем?
Фотопортрет А. Шопенгауэра (И. Шэфер, 1859)
Титульная страница второго издания работы Шопенгауэра «Мир как воля и представление» (1844)
Глава VI
Любовь и дорога: личная жизнь и путешествия
Завершив какое-то большое дело, человек часто чувствует некоторое опустошение. Это смутное и двойственное чувство – приятное и обескураживающее одновременно. Твое создание начинает жить собственной, не зависящей от тебя жизнью; достигнутое личное совершенство успокаивает и делает на какое-то время невозможным новое творчество – короткое почивание на лаврах так естественно! По сравнению с глубокой осмысленностью недавнего существования нынешнее кажется мелким и незначительным. Это состояние может длиться считанные часы, а может растянуться на годы – у всех по-разному. Но в любом случае в такой период очень неплохо отвлечься на что-то приятное и давно запланированное – например, путешествие.
Год в Италии
Именно так и поступил Шопенгауэр, закончив написание своего главного труда, – отправился в Италию, о чем мечтал не первый год, заочно влюбленный в эту страну по рассказам К. Л. Фернова. Незадолго до этого, в ответ на обещание прислать презентационный экземпляр книги, Гёте прислал Шопенгауэру свою визитку и рекомендательное письмо к находившемуся в этот период в Италии знаменитому поэту лорду Байрону. Но встретиться им не было суждено.
Лорд Джордж Гордон Байрон (1788–1824) – великий английский поэт романтического направления
Живя в Венеции, Артур впал в романтическое состояние – город каналов и поющих гондольеров располагает к этому очень многих, туда попадающих. Выразилось это, помимо всего прочего, и в необременительном романе с некоей барышней по имени Тереза Фуга. О ней мало что известно, да и то из записок самого Шопенгауэра. Но с нею связан эпизод, сделавший «протекцию» Гёте ненужной. Во время прогулки с Терезой им повстречался скачущий на лошади Байрон. Тереза восхищенно воскликнула: «Вот английский поэт!» – и долго не могла говорить о чем-либо ином, кроме его восхваления. Это вызвало у Артура ревность – кому понравится, когда при нем так откровенно очаровываются другим! После этого встречаться с Байроном отпало всякое желание, о чем впоследствии Шопенгауэр весьма сожалел, виня притом не себя, а женщин в принципе.
«Человек существует, когда выбирает себя»
Вообще жизнь в тот период была полна радостей и наслаждений. Визитка Гёте и отголоски известности веймарского салона открывали ему многие двери лучших домов и лучшего общества. Приподнятое настроение подпитывалось, несомненно, надеждой и уверенностью в скором признании и славе в связи с предстоящим выходом его книги. Ох, как это было преждевременно!
Следующим городом на пути была Болонья, а затем до февраля 1819 года – Рим, где и нашел его первый экземпляр только что вышедшего «Мира…». Впечатленный великими творениями искусства прошлого,
ВЕНЕЦИЯ
Крупный город в Северной Италии, основан в VI веке, важный историко-культурный центр мирового значения. Расположен на одном уровне с морем и подвержен периодическим затоплениям. В старой части города улицами служат каналы
Шопенгауэр все более скептически относился к искусству современному, казавшемуся на фоне античного совершенства поверхностным и сиюминутным.
Обществом Шопенгауэра на тот период стали в основном немецкие поселенцы в Риме. Но отношения с ними были подпорчены, надо
