сникла. Мне хотелось верить в то, что Анрика жива. Возвращалась уже неспешно. Все события того дня всплыли в моей памяти. Даже лежа в кровати, я не могла уснуть. Мои мысли то и дело возвращались к дракону и магуре. Устав ворочаться, я поняла, что этой ночью мне не выспаться. Пора наведаться к близнецам.
Моя душа покинула тело. Калики могли свободно покидать свои тела. Мы же научились вынимать души из людей, занимая их плоть. Однако душа не может висеть в воздухе, она перемещалась в физическую оболочку перехожих. Образно говоря, мы менялись телами. Только калики были в более выигрышной позиции. Мы могли управлять временным пристанищем и даже пользоваться силой, если ею обладал хозяин тела, и его памятью. Однако владелец ничего об этом не помнил. Он просто засыпал. Им оставались лишь косвенные улики: какие-нибудь несоответствия, нетипичное поведение, и самое главное – цвет глаз. Это единственное, что могло нас выдать. Большинство людей на самом деле далеко невнимательно к проблемам других, оставляя такие детали за краем своих интересов.
У калик была еще особенность. Мы могли покидать тело и свободно летать. Нашим душам не требовались тела. Главное, чтобы наша собственная плоть находилась в безопасности и ей ничего не угрожало. Многое зависело от нити жизни, которая привязывала душу к телу. Именно она помогала нам всегда вернуться в собственную оболочку. По этой связи мы перемещали чужую душу в свое тело на то время, пока мы сами занимали неродную оболочку.
Воспользовавшись коридорами межмирья, я попала в комнату к близнецам. Они мирно спали в своих постелях. Я осторожно коснулась их душ. Молодые мужчины тут же вскочили со своих мест. Их заспанные взгляды отыскали мою душу.
– Син, – одновременно произнесли они. – Нам сказали, что тебя убили в Едином мире.
– А про Эрхана ничего не слышали? – поинтересовалась я.
– Его здесь уже убили, – неуверенно пробормотал один из них.
– Я его убила и ушла в Единый, – я опровергла все их домыслы. – Что затевают древние? Где вы сейчас работаете?
– В Нижних мирах, – быстро ответил старший из близнецов. – Мы пытаемся настроить вурдов против жителей Единого мира.
– Нам приходится подтасовывать факты, чтобы кровники считали, что виноваты жители Срединных миров, – пояснил младший. – В Срединных мирах наши только отслеживают события. Их задачей было найти первую кровь Миражин и привлечь ее на свою сторону. Если не получится, то уничтожить.
– И они ее уничтожили, – я не стала высказывать свои догадки об Анрике. Сперва их нужно проверить. Теперь, когда я узнала, что калики не орудуют в Срединных землях Единого мира, я могла спокойно заняться поисками женщины, не скрываясь.
– Среди вурдов оказались семь агр, – сказал старший близнец. – Только они очень стары, за исключением одной. Ты знаешь, кто такие агры? – спросил он, и я покачала головой. – Мы тоже не знаем. Надеялись, что ты расскажешь.
– Какие у вас планы? – мне нужно было знать их намерения.
– Среди вурдов есть несогласные с нынешним цэ-Сарем, который попался на удочку каликам. Его называют Первым. Нам удалось пообщаться с его Вторым, и вот он придерживается совсем другого мнения.
– Тогда перетягивайте его на нашу сторону, – согласилась я с их планом. – Нам нужны союзники и в Нижних мирах.
– Ты кого-то переманила на свою сторону? – осведомился младший.
– Да, – самонадеянно ответила я, хотя не была уверена в успехе своей затеи. – Мне пора. Не ищите меня, – предупредила я их и вернулась в свое тело.
Меня немного удивило, что никто не заметил меня. Или калики были слишком убеждены в собственной безопасности, что даже мысли не допускали о том, что кто-то мог сунуться на их территорию. Радовало то, что они не собирались пока действовать в Едином мире, точнее в его средней части, где проживало больше всего людей.
Когда я открыла глаза, за окном уже светало. Есть совсем не хотелось, а реализовывать наш план по проникновению во дворец Скаршии мы намеревались через неделю. К этому времени я должна была отдохнуть. Однако я опустила веки, чтобы позволить своей душе покинуть плоть. Пройдя через коридоры, очутилась в Миражине, в столице мыслителей, разумников и иллюзионистов.
Мне хотелось пролететь над городом, не таясь. Можно не переживать, что натолкнусь на сородичей. Жители просыпались, и улицы наполнились шумом. Я проносилась над толпами незнакомцев, мельком просматривая их души. Начала свой осмотр с окраин и по спирали двигалась к центру. Я помнила душу Анрики, выискивая ее.
Где-то на середине города я почувствовала, как напряглась моя нить жизни. Я поспешила воспользоваться ею, чтобы через несколько секунд оказаться в своем теле. Меня тормошил Бертино. Я откинула его руку, но мужчина схватил меня за запястье и буквально сорвал с кровати. Не удержавшись, я ударилась об его грудь.
– Свою жену лапай, – буркнула я, отталкивая его.
Когда я отошла от Мыслителя, то заметила, что за фиолетовым покровом не было видно даже его зрачков. Союзник всматривался в меня сквозь призму своей силы.
– Невероятно, – прошептал он.
– Что случилось? – забеспокоилась я.
– Твоя защита порвана в клочья, – ответил Мираджо. – Я сам ее ставил.
– Помню, – перебила его я. Меня же привлекла совсем другая мысль. – Кто мог взломать твою защиту? На что было оказано влияние?
– На твое сознание. Это была очень хорошая иллюзия, – дали мне ответ сначала на последний вопрос. – И только Мыслитель мог это сделать! – воскликнул Берт, и я увидела, как его глаза вернулись в норму. – Безумный Мыслитель, – уже тише добавил он.
– Анрика жива? – сразу же предположила я.
– Не ее стиль, – разбил мои надежды мужчина.
– Откуда знаешь?
– Она – дочь Дринара. С ним был знаком мой отец, который успел пообщаться с еще не родившейся Анрикой.
– Тогда кто это был? – не унималась я, хотя внутри меня все кричало о том, что я на верном пути. Только разум не хотел верить. Да и месть жаждала скорейшего удовлетворения. Я чувствовала ее опаляющий жар, разгоревшийся в последние дни.
– Не знаю, – покачал головой Мираджо.
– Значит, проверим, – кивнула я, возвращаясь в постель, но мне не дали лечь в нее, а снова дернули.
– Ты забыла, что у нас есть
