висках пульсировали. За ним стояла полная девушка с ярко светлыми волосами, ее глаза святились в восторге. Он обратил внимание на ее облегающие джинсовые шорты и чулки в сеточку, на шипованные каблуки ботинок по лодыжки. На ней был надет кожаный жилет, покрытый кнопками на обратную сторону, как в старых хоррорах, и он увидел футболку с логотипом "Безумного II", которая была надета под жилет. При этом шея футболки была разрезана достаточно глубоко, чтобы было видно вырез груди.
- Не хотела вас беспокоить, мистер Зейн, - сказала она, ее щеки покрылись розовым, - но я - ваша большая фанатка!
* * *
Теперь она была у него в руках.
Мелани распласталась на кровати, свет в номере исходил только от телевизора. Ее скомканные шорты и чулки валялись на полу у босых ног Джона, ноги фанатки были обвиты вокруг его бедер. Все, что сейчас на ней было - это футболка с логотипом "Безумного": на Джона смотрело его же лицо с фото, для которого он позировал лет десять назад. Он задрал футболку над ее мягким, бледным животиком и сжал ее груди. Глаза Мелани были закрыты, черные тени для век делали их дымчатыми и загадочными. Джон знал этот типаж. Очередная девушка-гот в поисках славы от того, что отдалась идолу хорроров, подобно группи, которые занимаются тем же с рок-звездами. Они закупались в "Хот Топик", слушали Siouxsie and the Banshees[5] и считали себя уникальными личностями. Hо эта девчонка заплатила за то, чтобы сделать фото с Джоном и Лолой ранее, тем же днем, а он совершенно ее не помнил. Она была симпатичной, хотя и едва красивой, а он был благодарен за перепихон. Чем старше он становился, тем меньше предложений секса он получал от поклонниц, которые были достаточно привлекательными, чтобы их хотелось взять в номер. Девчата самого высокого качества, которых он получал, были у него в период, когда он был женат, но, возможно, он так думал только потому, что было так приятно отдохнуть от секса с одной и той же женщиной.
Мелани застонала под Джоном, взяв его руку в свою, и начала сосать его большой палец. Затем она перенесла руку себе на горло.
- Придуши меня, – проговорила она.
Джон нежно сжал горло.
- Жестче, - сказала она. - Придуши меня также, как Никки придушил Тину во второй части.
Джона это ошарашило. Это было чем-то новеньким.
Поклонники часто хотели воссоздать сцены из фильмов с ним, но он никогда не получал подобные просьбы в постели с кем-то из них. В сцене, на которую отсылалась Мелани, Никки поднял Тину, одного из расходных персонажей, одной рукой над землей и задушил ее. Джон сомневался, что у него хватит сил поднять кого-либо одной рукой в реальной жизни, но он ведь мог просто сжать горло Мелани немного сильнее. Он сильнее сжал руку и надавил. Мазохистка улыбнулась и, вскоре, ее лицо покрылось розовым. Двигая бёдрами быстрее, Джон понял, насколько эта девушка похожа на актрису, которая в свое время играла Тину. Та актриса, разумеется, сейчас уже была старой, и Джон никак не мог вспомнить ее имени, но в Мелани он увидел того самого персонажа из фильма. Он закрыл глаза и вспомнил сцены, вспоминая, как Никки сломал шею Тины, пока позвонки хрустели как фольга. Cнова открыв глаза, он увидел фиолетовое лицо Тины, ее дымные глаза вываливались из черепа, и он стал входить в нее жестче и глубже, приближаясь к оргазму, пока Тина молотила по его руке в попытках освободиться. Когда он кончил, его зрение вернулось в норму, лицо Тины снова обратилось в лицо Мелани. Он увидел кровь в месте, где она вцепилась в его руку, а ее лицо было цвета спелой сливы. Слезы смешанные с макияжем пересекали все ее лицо.
Джон ахнул и освободил ее. Девушка с отчаянием начала хватать воздух, на ее шее по-прежнему были отпечатки руки Джона. Он отступил от кровати, ноги Мелани обвисли, пока она восстанавливала дыхание. Джон ошарашенно наблюдал за ней, не понимая, что он должен сказать либо сделать. Наконец, девушка села, потирая свою больную шею и смотря на его.
Он уже было собирался спросить, все ли с ней нормально, но осадил себя. Она сама напросилась.
- Твою мать, - проговорила Мелани, тяжело дыша. - Я думала... Я думала ты собираешься меня убить.
- Ну, почти, - пробормотал Джон.
- Чего?
- Ничего
- Извини, за то что поцарапала тебя. Я немного с катушек слетела. И я была немного... ну, понимаешь... напугана.
- Слушай, - Джон прочистил горло. – Все было отлично и все такое, но у меня завтра самолет рано...
- Ага, – сказала она. - Не буду задерживать, но перед тем, как я уйду, можно сделать несколько фото вместе?
Джон посмотрел на нее озадачено.
- Мои друзья, - улыбнулась Мелани, - не поверят в это.
8.
Последнее, чего ожидала Лола, это звонка со студии "Редмакс", но именно о нем, рассказывала ее пресс-агент. Она наняла Сьюзен, чтобы та назначала ее встречи на конвентах и добивалась того, чтобы ее короткометражки появлялись на фестивалях, не имея никакого желания, чтобы эти хлопоты отвлекали ее от материнства и преподавательской деятельности. Лола больше не была действующей актрисой и агента у нее не было десятилетия. Она думала, что ее роли в Голливуде остались позади.
- Они хотят, чтобы ты приняла участие в ремейке, - проговорила Сьюзен. - Не в роли Молли, конечно, но на второстепенной роли, как инструктор по рафтингу. Они изменили пол оригинального персонажа.
- Невероятно, - Лоле пришлось присесть. - Я имею в виду... не могу поверить.
- Режиссер твой большой поклонник. Говорит, вырос на твоих фильмах, поэтому хочет видеть тебя в своем фильме.
Лола не могла не думать о Джоне. Как только она вернулась домой, она чувствовала себя плохо, после их встречи в ресторане. Его слова были неприемлемыми, но, возможно, она отреагировала слишком грубовато. Она надеялась, что они смогут помириться на каком-нибудь другом конвенте, но сейчас, возможно, вместо этого они воссоединяться на съемках. Если новый режиссер хотел появления оригинальной Молли, наверняка он хотел и Никки. Но согласиться ли Джон на появление в "Безумном" не в роли Никки?
- А что насчет Джона Зейна? – спросила она. - Его берут на борт?
- Это я тоже спросила. "Редмакс" не заинтересованы.
-
