Вопросов после лекции не было, бойкие сотрудницы все свои вопросы умудрились задать в процессе.
— Ух, как вы с ними, — удивлённо улыбаясь, прокомментировала заметно волновавшаяся во время лекции Алла Дмитриевна. — Девочки у нас боевые.
— Это заметно, — улыбнулся я.
— Мне очень понравилась ваша лекция, я обязательно позвоню в общество «Знание» и скажу им об этом, — пообещала она, провожая меня до проходной.
— Спасибо, — искренне поблагодарил я.
— А это от нас в благодарность, — вручила она мне коробку, заранее оставленную на проходной.
— О, спасибо, — смущённо улыбнулся я. Честно сказать, подумал, что она так и выпроводит меня с фабрики с пустыми руками. Мало ли… Хоть и очень редко, но и так бывало.
* * *
Москва. Малая Семёновская улица
В ожидании Рашида Регина отварила картошки, закутала её в одеяло, чтобы не остыла быстро, нарезала вяленой колбасы, что он в прошлый раз принёс, и открыла баночку огурчиков, что дала мама.
С ней она все-таки недавно повидалась. Регине нужны были зимние вещи и обувь, и она позвонила домой. Отец не стал с ней разговаривать, не простил. А когда она в следующий раз попала на мать, та ей тихонько велела приехать на следующий день до шести часов вечера, пока отца не будет дома.
Обе соскучились, разревелись, молча обнялись. Что бы там ни было, мать есть мать, а дочка есть дочка. Мать все же не уволили, отделалась строгим выговором. Просто предупредили, что дальнейшая карьера зависит от поведения дочки. Если что… Регина пообещала вести себя примерно.
Приготовившись к визиту Самедова, Регина засела за учебники, пока оставалось немного времени. Никто в МГУ её специально не гнобил и не топил, но настороженное отношение к себе она чувствовала со всех сторон. Даже Гусев, поначалу такой любезный, стал сторонится её, сказал, что они уже закончили с Шадриной изучать отчёты по старым рейдам, и ей больше появляться у него нет нужды. Но Машка, Регина проследила за ней, так и ходит к нему зачем-то. На ровном месте с Гусевым отношения испортились и только из-за того, что ему кто-то про неё и Рашида рассказал. Такими темпами, все скоро будут об этом знать и ещё неизвестно, как это скажется на экзаменах и зачётах. Поэтому Регина приняла решение старательно учиться в течение семестра, проявлять активность, чтобы заработать у преподавателей хорошую репутацию, а то мало ли что… В МГУ ей помочь и заступиться за неё больше некому.
Наконец, он появился. Сразу по-хозяйски уселся за стол, и они начали общаться. Настроение у Рашида было хорошее. Он рассказывал ей про работу, и она терпеливо слушала, хотя поначалу ей было не очень интересно. Но с тех пор, как она узнала, что Рашид пытается заставить работать на себя Ивлева, она с искренним интересом слушала его в каждый его приезд.
— Ничего у них не вышло, крошка, — радостно сообщил он ей. — Я натравил на них парторга, а тот до зампреда Камолова дошёл. Ивлев, правда, как-то отвертелся. Но остальную его банду крепко к стене прижали, никуда они не денутся, будут в моём Прожекторе работать. Правда, он как-то по- другому будет называться, ну да не суть важно.
— Какая разница, — мило улыбнулась ему Регина, — что как называется? Главное — результат.
— Результат будет! То, что формально Ивлев участвовать в работе новой структуры не будет, ещё ничего не значит. Он за своих парней и в огонь, и в воду. Так что, так или иначе, а помогать он им будет всё равно, — счастливо улыбаясь, Самедов притянул к себе подругу. — А у тебя что нового?
— В понедельник идём в рейд на обувную фабрику, — доложила Регина.
— Зачем? — напрягся Рашид.
— Проверить, какие приняты меры по результатам первого рейда.
— Тьфу, зараза… Это что, ваш Гусев решил влёгкую себе очков заработать? — озадаченно посмотрел он на Регину. — Проверить работу по замечаниям? Слушай, а гениальное решение. Это на каждый адрес можно, минимум, два раза сходить! И два отчёта составить… А он не так прост, этот ваш Гусев. Молодец! Я тоже так буду делать!
И он подхватил Регину на руки и унёс в комнату.
* * *
Святославль. Квартира Якубовых.
Оксана принесла домой дров из сарая и занялась растопкой титана в ванной. Хорошо ещё, Руслан помог с дровами, — подумала она. — А то же Загит дровами на эту зиму, вообще, не занимался. А если и Руслан в Москву намылится? — в страхе подумала она. — Нет. С этим надо что-то делать. Самой мне нельзя. Но раз уж мама готова помочь, то надо этим пользоваться… Пока не стало поздно. Пришла пора действовать…
Дождавшись, пока огонь разгорится, Оксана прикрыла дверцу топки, подошла к телефону и заказала междугородный разговор.
Глава 7
Москва. Квартира Ивлевых.
Привёз домой коробку с трикотажной фабрики, которая оказалась перчаточной и вручил с порога Галие. Она подумала, что там продукты и унесла её на кухню, а там оказались разномастные женские и мужские перчатки, но, в основном, женские. Галия с мамой начали их разбирать, возбуждённо хихикая.
— Это же свадебные! — воскликнула мама, вытащив пару длинных белых кружевных перчаток. — Тут перчаток на всю жизнь и на все случаи жизни. Что-то на обмен, что-то себе оставить.
— Свадебные давайте на обмен, — сказал я, — Галии они без надобности.
— Это ты правильно сказал! — одобрительно хлопнул меня Загит по плечу.
Удар вышел ощутимым, мужик все же здоровый, в имперские времена его бы по статям в гвардию взяли. Но я только немного пошатнулся. С иронией подумал над тем, что того, прежнего Пашку, когда я в него попал, такой удар мог и с ног сбить. Неплохо я окреп… И надо продолжать над собой работать. Все, решено — меньше буду ходить на занятия в университет, раз уж все равно автоматы от Захарова обещаны и Эммой подтверждены, и больше внимания уделять спорту. Никаких больше пропусков занятий по самбо без крайне веских причин, и чаще надо во дворе заниматься. Тем, чем там можно, конечно. Бег и подтягивания во дворе, а вот отжимания лучше дома.
Жена с мамой утащили коробку в нашу спальню. Мы с Ахмадом и Загитом остались на кухне одни. Мужчины сидели за накрытым столом.
— Ну, наконец-то, ты пришёл, — встал невероятно довольный Ахмад и достал из холодильника бутылку водки.
— О! — улыбнулся я, догадываясь о причине праздника. — Можно поздравить с новым рабочим местом?
— Можно, — улыбнулся счастливый Ахмад, откупоривая бутылку и разливая водку по рюмкам. — Взяли заместителем начальника планового отдела. И пропишут в общежитии и меня, и Полю. И на очередь на кооператив обещали поставить через год. Как же приятно, товарищи, ощущать себя ценным специалистом! — не скрывая гордости, проговорил он и вышел с кухни. — Поля! Женщины! Ну где вы все? — послышалось из коридора.
Хорошо, что взяли, — подумал я. — Похоже, без содействия Сатчана не обошлось, раз его так радушно приняли.
Поймал внимательный взгляд Загита, удивило, как он усмехнулся многозначительно своим мыслям, глядя на меня. Неужто сообразил? Вот тебе и простодушный пожарный…
— Поспособствовал? — и действительно, спросил он меня.
Тихо, вроде, но это же Загит… Когда медведь шепчет, все равно звери в округе приседают…
Врать я не стал. Испортим с ним отношения. Сам виноват, нечего так красноречиво размышлять…
— Ага. Только ему и маме ни слова! А как вы догадались? — тихонько сказал ему.
— Ну так и мне же поспособствовал, верно? Что же тут сложного-то догадаться! — усмехнулся Загит. — Это же Москва, все рассказывают, как невероятно сложно тут пристроится. А и у меня, и у Ахмада — все с первого раза, словно мы лично удачей в лоб поцелованные.
Не успел ответить, вернулся Ахмад, громко переговариваясь на ходу с остальными. Галия и Ирина Леонидовна пришли с малышами на руках, за ними появилась тут же и мама. Она перенесла на стол утятницу и принялась раскладывать по тарелкам жаркое из говядины с картошкой. Мясо долго варили, умопомрачительный аромат наполнил кухню… Все подняли кто что, рюмки, стаканы с компотом, Галия — чашку с чаем с молоком.
