за столом, с которого убрали лишнее и неспешно пили чай, доедая остатки торта. После нашего разговора на балконе Игорь Игоревич вроде бы успокоился, по крайней мере он больше не рычал на меня, каждый раз, стоило мне открыть рот. Правда и сильно дружелюбнее не стал, но это уже мелочи. Хозяйка дома заметила перемены в поведении мужа, но комментировать не стала, лишь одобрительно улыбнувшись, зато Соня прям расцвела. Понятно, что в такой семье, да у такой мамы, ребёнок не может быть идиотом, и девчонка на раз секла нюансы. А раз папа перестал рычать, значит кровопролитие отменяется и мы, фактически, получили добро на отношения.
На самом деле я изначально думал, что так и будет. Всё-таки Сикорский далеко не дурак и вполне способен сделать выводы, особенно учитывая, что он видит куда более полную картину, нежели я. Я слил конторе весьма приличное количество технологий и новинок, но со своей позиции результата почти не вижу. Зато Игорю Игоревичу по должности положено отслеживать движения по этим вопросам, а в том, что они будут я ни капли не сомневаюсь. Уж слишком яркие результаты уже получились, что даёт основание со всем вниманием отнестись к моим прогнозам и предсказаниям. Да тот факт, что меня запихали в авиационный техникум и навесили факультатив по дронам весьма показателен. С одной стороны, это может казаться подачкой, мол, вот тебе и заткнись, но кто я такой, чтобы от меня откупались. Несмотря на свою вторую жизнь, а может и благодаря ей, я прекрасно понимал своё место и значимость. Чуть выше нуля, если смотреть в масштабах государства. Пусть даже с кое-какими перспективами, но, когда это будет.
С другой стороны, интерес того же Стравинского к моей персоне явно придавал мне веса. Пусть даже довольно специфического, но в целом на данный момент я мог не опасаться никаких телодвижений сильных мира сего. Разве что сам товарищ Маленков прикажет или, не дай Бог, сам Иосиф Виссарионович или, что тоже не приведи. Господи, Лаврентий Павлович, но вроде я им дорогу не переходил. Наоборот, креплю рубежи, толкаю науку вперёд. А в остальном даже члены ЦК идут лесом пока Евдоким Капитонович не наиграется, если я верно понял его посыл. Понятно, что прямым текстом этого он не говорил, но намёков хватало. И Сикорский прекрасно понимает плюсы такого покровительства. Минусы правда, тоже, но то, что я вывел Соню из экспериментов должно добавить увесистую гирьку на мою чашу весов. Дочь полковник любил, несмотря на планы на её будущее. Так что теперь мы под чаёк с тортом вполне мирно общались, обсуждая разные темы и в том числе мои идеи.
— Речь не только о процессорах, — я покачал головой. — Хотя их развитие и особенно мобильных версий, тоже критически важно. Я больше говорю о создании, а точнее расширении вычислительных центров. Их мощностей совершенно недостаточно, а ведь на их базе можно создать потрясающие вещи. Например — портал государственных услуг, на который завязать вообще всё, начиная с получения справок в ЖЭКе, запись на приём к доктору, заканчивая регистрацией автотранспорта и недвижимости. А вместо сотен и тысяч чиновников, которые занимаются оформлением справок, причём с такой скоростью, будто они лично за каждой буквой в Москву ходят, сделать несколько многофункциональных центров, которые будут только выдавать заказанные документы. Это мало того, что освободит уйму ресурсов, так ещё закроет возможность для манипуляций, вымогательства и подлогов. А то сейчас у нас середина наполовину. Вроде, как и есть электронный документооборот, но только между этими центрами, всё остальное по старинке вручную.
— На последнем съезде партии товарищ Маленков об этом говорил. — кивнул Игорь Игоревич. — призвал активнее продвигать новшества и искоренять бюрократизм.
— Ну вот, — я благодарно кивнул полковнику. — А это самое кардинальное искоренение. Потом опять же, наличие глобальной сети и вычислительных мощностей позволит активно ввести безналичный денежный оборот. И не только по банковским карточкам, но и через платёжные системы посредством тех же куар-кодов. Да, изобретение не наше, японское, но почему бы не воспользоваться если работает.
— Куар… это что такое? — заинтересовалась хозяйка дома. — никогда раньше не слышала.
— Грубо говоря, это продвинутая версия штрих-кода, выглядящая как квадрат с чёрными точками, несущая гораздо больше информации, более устойчивая к повреждениям, например даже потеряв часть кода информация всё равно будет доступна, — принялся объяснять я. — а главное, для считывания не требуется специальные устройства. Достаточно телефона с камерой и специального программного обеспечения. Довольно простого надо сказать. Зато возможности открываются по-настоящему огромные. В том числе и по безналичной оплате. В куар-код вполне можно внести все реквизиты и останется только нажать подтверждение перевода.
— А как быть со стариками? — тут же подметила главную проблему Аглая Валерьевна. — Бабушки вряд ли освоят все эти нововведения, а по статистике у нас пожилых людей около двадцати процентов населения.
— Это конечно проблемы, — я кивнул, давая понять, что думал об этом, хотя мне и придумывать ничего не нужно было, у нас все эти вопросы давно решили. — Но если реализовать саму идею базы данных, где будут биометрические данные, то прикрутить её к идентификатору безналичной оплаты дело трёх минут. И станет возможным рассчитываться, вообще не имея никаких гаджетов или документов, просто посмотрев на кассе в камеру. Та сама идентифицирует человека, создаст запрос в банк и спишет деньги со счёта. При наличии нейросетей реализация такого проекта вполне реальна. Но и смартфоны я бы со счетов не списывал. Наоборот, проводил бы ликбезы, по обращению с техникой для пожилых, а всем достигшим совершеннолетия выдавал бы бесплатно смарт с предустановленным пакетом программ, доступом на единый портал госуслуг, открытым счётом в сберкассе и подтверждённой авторизацией. Это бы в разы упростило даже ту же рассылку оповещений гражданской обороны, например. И самое главное, именно у нас, в Советском Союзе, есть такая возможность, ведь нам не надо договариваться с частными сотовыми сетями, с частными банками и десятками прочих капиталистов. Достаточно решения партии и всё будет сделано, ведь даже база в виде вычислительных центров есть.
— Планы у тебя наполеоновские, — хмыкнул Сикорский. — А потянешь?
— Ну во-первых, планы у меня лучше, чем у корсиканца. Тот плохо кончил. — я пожал плечами. — А, во-вторых, знаете анекдот? Мол ты сильный, ты справишься. Да я ещё и умный, я даже не возьмусь. Так и я. Идею — пожалуйста. Помочь в технических вопросах — не вопрос. Но взваливать на себя реализацию — боже упаси. Для этого есть более компетентные люди. Тем более что сначала надо разработать проект, а это вопрос не пяти минут и не для одного человека. Слишком многое надо учесть. Так что тут уж скорее необходимо специальную комиссию создавать или какое НИИ припрягать, с доступом самого высокого уровня. И даже так запускать всё придётся поэтапно, переводя службы и организации на цифровую основу постепенно. Однако выгода многократно превысит все затраты.
— Рациональное зерно в твоих идеях имеется, — кивнула Аглая Валерьевна, — но, к сожалению, или к счастью, не знаю, ты прав, решение о таких глобальных реформах принимать не нам. Ты лучше расскажи, что это за штука такая Бессмертный полк. Как я поняла, ты хочешь организовать акцию в память о погибших в Великой Отечественной войне и пройти маршем на День Победы после окончания парада так?
— В память обо всех погибших, не обязательно только в этой войне. А вообще во всех, где участвовали наши солдаты. — поправил я хозяйку дома. — Но так как больше всего жертв наша страна понесла именно во время Отечественной правильнее всего провести его да, в День Победы. С Калининым я уже договорился, он нас поддержит, и со стороны обкома тоже есть разрешение.
— От Чумакова? — уточнил Игорь Игоревич, и дождавшись моего кивка не сдержал ехидства. — Не боишься, что он себе все результаты присвоит, если идею встретят положительно, а если нет — спихнёт все косяки на тебя?
— Да пофиг, — я пренебрежительно отмахнулся. — запретят, жалко будет, но что поделать. А если нет, то тем более не жалко. Я вообще хочу, чтобы эта акция стала народной. Не спущенной кем-то сверху, а именно идущей от людей. Чтобы все, кто хочет вспомнить погибших предков могли взять их портрет и выйти на улицу.
— А сейчас что нельзя? — хмыкнул полковник. — Никто не мешает.
— Но и никто не помогает. — неожиданно Аглая Валерьевна встала на мою сторону. — Мне кажется это очень хорошая идея. Мы тоже обязательно придём, правда Сонь?
— Я уже с классом договорилась, мы все вместе идём, —
