замахнуться еще раз. Или просто напугать хотел?
– Бьешь как баба, – бросила ему в лицо, понимая, что сама провоцирую.
Пусть ударит по-настоящему! Вдруг физическая боль хоть на миг отвлечет от той, что засела в душе. Гриша погиб… Его нет…
Мужчина неожиданно усмехнулся. Обошел, прошелся по комнате, опустившись в кресло:
– Мне подождать, пока ты успокоишься, или поговорим?
– Пошел в жопу!
– Обязательно попробуем, дорогая, но позже.
Не понимая, что творю, я подскочила к нему, намереваясь выцарапать глаза циничному ублюдку. В этот раз он не позволил. Обхватил запястья, заломил, шипя в лицо:
– Еще раз – руку сломаю!
– Ненавижу!
– Это неважно.
– Отпусти!
– Или что?
Я взглянула в глаза мужчины и замерла. В них бушевало настоящее пламя, смесь жажды и злости, и что-то еще, неуловимое, непередаваемое, но настолько сильное, что слова застряли в горле. Кто он такой?
– Так-то лучше, – убедившись, что прямо сейчас драться не буду, отпихнул от себя так, что чуть не потеряла равновесие, и снова занял кресло. – Кстати, советую одеться. Я давно никого не имел, а ты уже даже ходячая.
Только сейчас вспомнила, что ношусь по комнате в одних трусиках. Все еще тяжело дыша, накинула балахон, оставшись стоять посреди комнаты.
– А теперь заткнись и слушай, – почему-то подумалось, что пренебрежительный тон дается ему не так легко, как он пытается показать. – Сейчас ты узнаешь много нового о том, что происходит на самом деле в этом мире. Как журналистке, тебе наверняка это будет интересно. Но, имей в виду, об этом никто не должен знать. С последствиями ты уже знакома. Считай, тебе просто повезло.
– Сомнительное везение…
– Я сказал: заткнись! – гаркнул Бешеный, но тут же добавил на два тона ниже: – Если потом появятся вопросы, я отвечу, так и быть. Но пока молчи и внимай.
Следующие тридцать минут стали одними из самых сложных и безумных за все мои почти тридцать лет. Вампиры, Устав, Совет, законы, смертные… Я точно хочу умереть!
– Так что теперь выбора нет у нас обоих, – закончил мужчина. – Тебе придется с этим жить, и, поверь мне, это будет очень долгая жизнь. Я сделаю для этого все.
Я же не могла думать ни о чем, кроме судьбы друга.
– Ты убил Гришу…
– Технически не я. Ты не поняла самого главного? Никто не должен знать о нашем существовании!
– Все равно. Ты виноват в его гибели… Стой! Хочешь сказать, что все, кто тебя видел, погибли???
– Я тебя последний раз предупреждаю: не смей говорить о других мужчинах!
– Ты не ответил!
– Я все сказал!
– Гриша был моим другом!
– И любовником, я в курсе, – человеческая речь сменилась рычанием, казалось, еще немного, и он разорвет меня появившимися из пальцев когтями. – Замолчи!
Я покачала головой.
– Почему вы не горите на солнце?
– Эволюция.
– Жаль.
Он пропустил реплику, все еще хмурясь.
– И что дальше? – спросила тихо.
– Жить, что ж еще? Из-за недоразумения на том вечере я лишился практически всего, – он называет недоразумением то, что привело к гибели самого близкого мне человека? – Но мы что-нибудь придумаем. Переедем туда, где нас никто не знает.
– Мы?
– Ты плохо меня слушала, Марта, – он впервые назвал меня по имени. А его до сих пор не знаю. – К моему глубочайшему сожалению, ты – моя главная проблема, головная боль, чирий на заднице… Поняла аналогию? Мы теперь повязаны. И чем раньше ты это поймешь, тем лучше для нас обоих.
– Я не хочу с тобой жить! – я в ужасе взглянула на мужчину, которого ненавидела всей душой. – К черту ваши правила! У меня есть моя жизнь, и ты в ней лишний!
– О нет, – он даже улыбнулся, правда, как-то криво. – Она у нас теперь общая. Привыкай.
С этими словами он покинул комнату, оставив меня оплакивать друга и свое настоящее.
Глава 11. Бойся
Бешеный
– Все еще молчит?
Демьян лежал возле камина, который после вспышки гнева Бешеного так и не удосужились починить, и играл во что-то на телефоне. С тех пор, как Марта проснулась, прошло два дня, за которые она не проронила ни слова. Это почему-то дико злило, хотя, с другой стороны, открой она рот – ничего хорошего ведь не скажет? Только ноет по своему Гришеньке, который, он узнавал, был ей явно больше, чем просто приятелем. Собственнические инстинкты опять проснулись и, если бы можно было его убить еще раз, сделал бы это собственноручно и с огромным удовольствием.
– Ты что валяешься на полу как приблудная собака? – Бешеный прошел к бару, налил полстакана виски, выпил залпом и тут же налил еще.
– Так ты всю мебель раздолбал, – не обращая внимания на грубость, заметил брат. – Что там с твоей единственной? Как ей новости?
– Охрененно, – мужчина опрокинул второй стакан.
– Слушай, возьми уж сразу бутылку, что мелочиться?
– Спасибо, так и сделаю!
Он тоже устроился на полу, привалившись к стене. Сломанные вещи забрали рабочие, а приобретать новые смысла не видел. Все равно день-два, и они покинут поселок навсегда.
– По-моему, она ревет, – заметил Демьян.
– Оплакивает хахаля.
– Это который с ней в машине был?
– Угу.
– Брат, людям тоже свойственно переживать из-за потери близких…
– Демон!
– Что? Я же не говорю, что они спали вместе. Всего лишь дружба… – начал рассуждать мужчина, но перекошенное лицо Бешеного заставило заткнуться. – Лады, проехали. Что дальше?
– Она тоже это спросила.
– Значит, тебе повезло, у нее пытливый ум.
– Не смешно.
– А я и не смеюсь. Вопрос-то актуальный.
Когда они практически выкрали ее из Склифа, план был прост: свалить отсюда как можно дальше, желательно, за границу. Во-первых, там их никто не знает. Во-вторых… просто нет. Главное, найти место, чтобы их никто не обнаружил. Желающих сейчас набежит ого-го – только клыки подставляй!
Бруары лишены защиты Совета, следовательно, любой может начать на них охоту. А таких сто пудово дохренелион! Они более тридцати лет следили, чтобы в округе соблюдался порядок, особенно в дни солнцестояния. Разгребали разборки между своими, защищали смертных. Последнее больше всего не устраивало некоторых, свято верящих в свою вседозволенность. Много кто сгинул в подвале, чьи родственнички жаждут расплаты. Раньше их сдерживала власть. Сейчас – ничего!
А тут еще и единственная, которую так легко убить. Да, судя по тому, что выжила в аварии, у нее есть часть силы Бешеного, но она не защитит от когтей и зубов. К тому же ее уже подали в федеральный розыск, члены Совета, как и обещали, не собирались оказать даже минимальную помощь. И теперь любой мент может напасть на след исчезнувшей, и что потом начнется, догадаться несложно. Понятно, что с беззубыми они с Демоном справятся на раз-два, хотя убивать понапрасну все же не хотелось бы. Плюс лишний геморрой, задержки, которые нахрен не нужны. Чем дольше они здесь – тем проще оторвать глупую башку его бабе. Ооо, как же бесит само сочетание: его женщина! Но пора привыкать…
Нужны новые паспорта, новые личности, новая Родина. Последнее звучит особенно гадко, но такова реальность. В
