всё это…»
После ухода герцога мы еще немного побыли в беседке, а потом направились к ЛиЛу в комнату.
Стоило переступить порог, как глаза тут же разбежались в разные стороны, подмечая роскошное убранство. Возле стен, расположившись друг напротив друга, стояли две кровати с резными колоннами и балдахинами, чуть дальше расположился огромный шкаф и аккуратные столы со стульями. На полу красовались ковры, правда коврами назвать их было сложно, они больше походили на шкуры каких-то зверей. По стенам протянулись полки с игрушками, которые больше пугали, чем внушали желание взять их в руки, на окнах — легкие занавески. Цветовая гамма была светлой, что добавляло легкости детской комнате, воздушности, но мне все же не хватало мелких деталей. Комната пусть и была хорошо обставленной, но на мой взгляд уюта в ней не наблюдалось.
Мы немного порисовали… Кстати, то ли при переселении мне передалось умение понимать написанное, то ли буквы этого мира не отличались от земных. Затем я научила девочек делать кораблик из бумаги, с которыми они провозились около часа. ЛиЛу приободрились. Им стало спокойнее, ведь его светлость заверил, что никто их не отдаст в дом магиков и меня выгонять тоже не собираются. Лиара и Лусия радовались, думая, что смогли насолить графине, что она получит по самое не хочу, и я бы очень хотела, чтобы действительно так и было, но что-то внутри подсказывало, эту женщину не так легко в чём-то уличить. Она виновата, бесспорно, но интуиция кричала, что от наказания Оливия мастерски сможет увильнуть. Прикинется непонимающей или же пустит слезу, выискивая виноватого, кто мог оклеветать ее, бедняжку… Натура графини сразу видна, даже разглядывать не нужно.
— Хоть бы одним глазком посмотреть, как дядя ее поставит на место…
— А давайте лучше поиграем? — предложила я, чтобы отвлечь близняшек от темы злыдни-Оливии, потому что боялась, что результат, которого девочки ожидали и уже на протяжении нескольких часов обсуждали, мог быть противоположным. Эта змея сможет выкрутиться, найдёт множество предлогов и ответов, но не признается в том, что устроила травлю на ЛиЛу. Она еще и обиженной прикинется, выкручивая все так, чтобы жалели ее, а не бедных детей, которым графиня не дает спокойно жить!
— А, может, лучше… — Лусия бросила взгляд на сестру, — сказку?
— Могу только рассказать! — выпалила взволнованно, ведь в моих мыслях сразу всплыли картинки, как я показываю иллюзию сказочных событий и тут они внезапно оживают, а все персонажи, причем как положительные так и не очень, становятся реальными, носясь по комнате и до ужаса пугая детей.
— Ну ладно тебе, — скуксилась Лиара, — будет весело.
— Как же, весело, — хмыкнула в ответ, — от волка убегать или ещё от кого похуже, — передернув плечами, я поежилась. — А давайте играть в принцесс? — хитро прищурилась, по глазам девочек замечая, что они как-то странно напряглись.
— Ты что, Айрин? — шепотом затараторила Лиара, что на нее вообще было не похоже. — В такие игры опасно играть. Не думаю, что король одобрит, если узнает за кого именно мы себя выдаем.
Я аж замерла от услышанного.
— А что в этом плохого? — с непониманием спросила, вскинув бровь. — Вы же просто играете.
— Два года назад его величество потерял жену и ребёнка, — грустно произнесла Лусия. — Никто не осмелится даже в шутку назвать себя принцессой…
«Как же всё сложно, — подумалось мне. — Одни дети страдают без родителей, а другие родители страдают без своих детей…»
Как и в моем, реальном мире, некоторые женщины по своей воле отказываются от родного дитя, обрекая его на вечные скитания в своих мысленных мирах, ведь он всю жизнь будет думать о том, почему от него отказались. Другие же женщины молят Бога о том, чтобы он подарил им малыша. У меня часто возникал один и тот же вопрос — зачем давать ребенка тому, кому он не нужен, кто его недостоин? Ответа так и не нашлось, да и не думаю, что хоть когда-то найдется.
— Я ему очень сочувствую, — печально вздохнула, не желая больше поддерживать эту тему разговора.
«Даже не представляю, как он смог справиться со своей утратой…»
— Чем бы вы хотели заняться? — оживилась я, хотя на душе был неприятный осадок от услышанного.
— А помнишь, ты говорила про какой-то кукольный театр? — спросила Лиара.
— Конечно, — кивнула в ответ. — И я бы с радостью его показала, но у нас с вами нет ничего из того, что нужно.
Девочки скисли…
— А давайте сделаем его вместе? — спросила осторожно. — Для этого нужны краски, кисть, бумага, еще бы где-нибудь…
Громкий стук в дверь прервал мои слова, вынуждая нахмуриться.
— Войдите! — крикнула Лиара.
Дверь распахнулась, и на пороге показалась служанка с недовольным выражением лица:
— К тебе мать пришла! — скривилась она. — Орет на всю округу, чтобы тебя позвали! Иди, а то опозорит еще нашего герцога своим присутствием…
18. Чем дальше в лес..
Настя
— Мать? — опешила я, стараясь не выглядеть слишком удивленной, хотя меня так и тянуло выпучить глаза от услышанного.
— Вот и я о том же! — недовольно фыркнула служанка. — Родственникам слуг сюда являться запрещено! Передай ей это и иди уже, скоро герцог приедет с графиней! Увидит, что к тебе пришли, и полетишь ты из этого дома, как пушинка по ветру!
Бросив беглый взгляд на девочек, которые стояли молча за моей спиной, внимательно слушая, я произнесла:
— Прошу вас, никуда не выходите! Ждите меня и если кто-то придет, — я сделала паузу, чтобы до близняшек дошло, — то не разговаривайте с ней и старайтесь просто молчать. Хорошо? Я быстро!
Получив согласные кивки от ЛиЛу, вышла в коридор, следуя за служанкой.
Естественно я была не в курсе, как добраться до того места, где меня ожидала мать Айрин, но на мое счастье фыркающая девушка указала дорогу.
Даже издалека, завидев растрепанную женщину с всклокоченными волосами и в довольно потрепанной одежде, я смогла понять, что родители Айрин сами нуждаются в помощи, на них не стоит полагаться, если что-то пойдет не так и герцог все же попросит пойти вон с его территории.
— Дочка! — закричала незнакомая для меня женщина.
Я сбилась с шага, замирая, но потом, сделав глубокий вдох, снова пошла вперед, даже не представляя, зачем именно она сюда пришла.
— Прости меня, родная, — заревела женщина, когда я подошла к высокой ограде из металлических прутьев. — Прости, что осмелилась прийти сюда…
Я рассматривала ее опухшее от слез лицо, замечая на скуле синяк, а под носом остатки свежей крови…
— Вас… — я судорожно вздохнула, чувствуя, как от этого зрелища задрожали
