в голове услышанное. Мать подложила свою родную дочь под незнакомца, с целью забеременеть, чтобы потом обвинить меня в отцовстве. Какой же мерзостью нужно быть. Хотя… о чем это я? У таких, как она, нет ни совести, ни чести!
Его величество сдержал свое слово, пусть я и был против. Он даровал им жизнь, если, конечно, существование в закрытом монастыре, из которого нельзя было сбежать, можно таковой назвать.
Оливия выносила ребенка, правда монахиням пришлось приложить немало усилий для его рождения, ведь горе-мамаша настолько обезумела, что не раз порывалась взять грех на душу. Как только она родила его, то малыша сразу же забрали у нее. Оливия была сама не своя, посыпая голову младенца бранными словами и обвиняя его во всех бедах.
Ребенка хотели воспитать в стенах монастыря, но его решил забрать родной дед, который не смог оставить своего внука. Пусть он был нагулян со стороны и зачат вне брака, но все же глава бывшего семейства Дорьен не смог бросить его. В моих глазах он заслужил уважение, желая воспитать мальчика даже несмотря на то, что Оливия появилась на свет, можно сказать, по принуждению, да и то далеко не факт, что вообще являлась его дочерью.
Самая главная злодейка не смогла смириться с тем, что дочь выдала все ее тайны. Она пыталась свести счеты с жизнью, но монахини быстро смогли предотвратить это, по сей день накачивая мать Оливии успокаивающим зельем, разум которой превратился в овощ.
При дворе до сих пор не утихают разговоры о случившемся. На плененного графа смотрят с сочувствием, но он, между прочим, изменился в лучшую сторону после освобождения. В высших кругах даже подшучивают, что приворот пошел ему на пользу.
— Кстати, — вклинился Ториш в мои мысли, — сегодня его величество собирался посетить дом магиков. Я так понимаю, что Мэйран тоже прибудет с ним.
— Они частые гости, — кивнул я.
К слову об этой парочке… Король, при появлении Мэйя в его жизни, наконец смог успокоиться и отпустить своих погибших супругу и дочь. С его сердца ушла тяжесть, а душу оставили адские страдания. Нет, он не забыл родных и любимых, просто позволил им спокойно перейти в иной мир, в который они не могли переместиться из-за его тоски.
Мэйран рос не по дням, а по часам. Всего за год он возмужал и заслужил доверие его величества. Они везде были вместе, как сын и отец. Тренировались на мечах, ездили по делам в отдаленные участки государства и принимали народ в замке. Мэй нашел еще семерых, кто пользовался приворотами. Этот мальчик смог утешить убитого горем родителя, заменяя ему семью.
Игровой дом был снесен, а на его территории возвели храм. Как ни странно, но управляющий игорными делами был никто иной, как главный советник короля. Его, как и всех тех, кто был на стороне махинатора, казнили на площади, прилюдно поместив головы предателей в петлю.
Матушка погибшей Айрин, смерть которой так и осталась не раскрытой, живет в моем поместье. Из нее вышла отличная кухарка. У меня даже его величество пытался переманить эту женщину к себе, но на мое удивление она отказала монарху.
Дел в государстве еще много, но с каждым месяцем преступлений становится все меньше, что говорило о качественном подходе стражей к возложенному на них делу.
Все налаживалось, народ постепенно оттаивал, ведь король цепко взялся за благополучие простого люда. Настя около часа читала ему нотацию на эту тему, а он, несмотря на свой статус, внимательно слушал, только и успевая кивать. Она сдружилась с ним, и меня дико это бесило, ведь иномирянка до сих пор считалась свободной девушкой.
— О, его величество уже приехал, — хмыкнул Ториш.
Вперил взгляд в карету короля, тяжко вздыхая. Я готов достать для нее звезду с неба, бросить весь мир к ее стройным ногам, но Настя отбрыкивается от брака, каждый раз избегая этой темы разговора.
Выпрыгнув из душной кабинки экипажа, подхватил коробки со сладостями, направляясь к парадному входу.
— Ваша светлость…
— Добрый день, ваша светлость…
— А мы вас так ждали…
Дети бежали ко мне, сияя довольными улыбками. Среди них находились мои неугомонные племяшки, которые тут же вырвали коробки из рук, устраивая честное деление лакомств.
Понаблюдав за возней ребятишек, что, не стану скрывать, вызвало умиление, отыскал взглядом свою избранницу, которая находилась в обществе короля. Они о чем-то мило беседовали и подхихикивали, вызывая во мне волну негодования.
«Все! — рыкнул я мысленно. — Не могу больше!»
Уверенным шагом направился в нужном направлении, кивая монарху и, бережно взяв Настю за ладонь, повел ее за собой, игнорируя удивление на лице короля.
— Что случилось? — выдохнула иномирянка, когда я прижал ее собой к стволу шершавого дерева.
— Выходи за меня! — выдохнул я, мгновенно завладев ее губами.
Поцелуй был жадным и ненасытным. Я не мог остановиться, сгорая от нашей близости…
— Ты мучаешь меня, — собрав силы в кулак, отстранился, не смотря в ее глаза. — Я хочу создать с тобой семью!
— Я… — начала Настя.
— Да знаю я, — перебил я ее. — Знаю, что ты занятая и на тебе лежит большая ответственность... но обещаю, буду помогать тебе во всем!
— Эртан, я…
— Не отказывайся! — замотал я головой. — Ториш уже три месяца как женат! Ты даже ему умудрилась найти достойную девушку, а я тоже хочу! Тоже хочу…
— Я согласна, Эртан, — Настя накрыла мои губы своими пальчиками, ускоряя сердцебиение. — Согласна, слышишь? — улыбалась она.
— Правда? — замер я, боясь даже моргнуть.
— Да, — хихикнула мое иномирное счастье.
— Слышали? — заголосил я на всю округу. — Ваше величество, вы слышали?
— Да тише ты, — рассмеялась Анастасия.
— Ну уж нет! Пусть все знают, что ты вскоре станешь моей женой! — рассмеялся я, подхватывая любимую на руки.
— Что за шум? — раздался голос короля.
— У нас будет свадьба! — никак не мог перестать улыбаться.
— Ура! — закричала непонятно откуда взявшаяся Лусия. — Лиара! Настя с дядей женятся!
— Ну наконец-то, — фыркнула близняшка. — А то я устала уже слышать вздохи дяди, что она ему постоянно отказывает.
На слова Лиары все присутствующие рассмеялись, вознося мое счастье до самых небес.
Правильно говорят, что у каждого есть своя вторая половинка. Моя, как оказалось, родилась в другом мире, но все же мы смогли встретиться.
«Спасибо… — шептал я богам, прижимая к себе любимую и двух неугомонных девчушек. — Спасибо, что подарили мне семью! Что подарили мне счастье…»
