мой перстень, а где подарочный?! — рычала я. — На мне должен быть именно тот, который пленяет разум Эртана! Но их невозможно отличить! Придется незаметно от всех проверять, таким образом отыскивая нужный! А как хорошо начался этот день!»
— Дочь, — довольно просияла матушка, вглядываясь в мое лицо, на котором не отображались эмоции. Да только мама на то и мама, она всегда может распознать, что у меня что-то произошло.
Вот и сейчас, стоило ей взглянуть всего раз, как она тут же извинилась перед баронессой, с которой вела беседу, подхватывая меня под локоток и неспешно утягивая за собой в сторону балкона.
— У тебя все хорошо? — спокойным тоном спросила матушка, оглядываясь, дабы удостовериться, что поблизости нет лишних ушей.
— Нет, — взволнованно выдохнула я. — Не все…
— Говори, — родительница шагнула ближе, делая вид, что поправляет выбившийся локон из моей прически.
— Лучше покажу, — шепнула едва слышно, протягивая к ней руку и разжимая пальцы.
— Что за… — выпучила глаза матушка.
Ее спокойствие и уверенность пошатнулись от увиденного всего на секунду, а потом она тут же смогла взять себя в руки, быстро накрывая мою ладонь своей.
— Откуда это у тебя? — зашипела она, сохраняя невозмутимость на лице.
— Мне принесли его, когда я была с Эртаном. Служанка сказала, что подарок оставила какая-то женщина, — прошептала я, чувствуя, что волнение растет, достигая небывалых высот.
Матушка молчала, что-то тщательно обдумывая. По ее лицу сложно было распознать, о чем она размышляет.
— Это все очень странно, — наконец подытожила она. — И мне не нравится происходящее. Будь на чеку. Веди себя как подобает будущей супруге герцога. Больше улыбайся и меньше открывай рот. А перстень… — она кинула беглый взгляд на мою сжатую ладонь. — Нужно определить, какой именно твой и избавиться от ненужного…
— Ненужного перстня? — смотрела на родительницу не отрываясь, готовая выполнить все, что она скажет, только бы добиться желаемого.
— Ненужного в перстне, — зашипела она. — Давай их сюда! Живее!
Я незамедлительно передала украшения, оборачиваясь через плечо, чтобы убедиться, что за нами никто не наблюдает.
Внезапно послышался громкий смех, и мама сжала украшения в ладони, делая вид, что ведет со мной милую беседу.
— Но если ты уничтожишь… ну… ты меня понимаешь, то Эртан… — взволнованно зашептала я.
— Он давно уже охладел к тебе, — перебила матушка, улыбаясь самой милой на свете улыбкой.
— Вот спасибо! — фыркнула я, раздражаясь от такого откровенного ответа, хотя и сама это понимала, но отказывалась принимать.
— Ты желала услышать от меня ложь? — вскинула брови она. — Ты беременна и это самое главное! Береги ребенка, Оливия! Он держит вас вместе. Уже не так важно привязан Эртан к тебе на эмоциональном уровне или нет, главное, что отказаться от тебя он уже не сможет!
— А я не хочу, наблюдать просто привязанность! — гневно поджала я губы. — Хочу его любви! Хочу его всего!
— Редко такое встречается, дочь, — хмыкнула родительница. — Романов перечитала? Скажи спасибо, что стоишь сейчас здесь и вскоре примешь титул герцогини! На твое место рвется каждая первая, а тебе любовь подавай!
— Но…
— Хватит! — оборвала она меня. — Закроем тему! — Матушка взяла первый попавшийся перстень. — Подаренный не откроется, — кивнула она, нажимая на камень, который мгновенно откинулся в сторону, открывая обзор на тайное углубление, оставшееся пустым. — Что за черт? — напрягалась родительница, тут же подхватывая второй и надавливая на камень, но он не откликнулся на ее действия. — Не понимаю! — взволнованно зашептала мама, снова и снова пытаясь открыть перстень. — Что за дела?
— Что-то не так? — послышался знакомый голос. — Нужна помощь?
Я резко обернулась, наблюдая непонятно откуда взявшегося Эртана, рядом с которым стоял король, а по другую сторону главнокомандующий.
— Не нужно, — улыбнулась матушка. — Не хочу озадачивать вас пустяками…
— Ну что вы? — улыбка герцога стала коварной, заставляя кровь заледенеть в венах. — Мне не трудно помочь матушке своей будущей супруги, — он уверенно зашагал к нам, вынуждая замереть от страха, — ведь совсем скоро мы станем одной семьей…
68. Остался последний рывок
Эртан
Наблюдал взглядом за дорогой невестушкой, когда она направилась со своей многоуважаемой матушкой в сторону балкона. Не буду скрывать, волнение зашкаливало. Я переживал, что не смогу собрать достаточно информации, чтобы обвинить графиню и ее мать в колдовстве и разорвать помолвку, но ничего другого не оставалось.
Оливия скрылась с моих глаз, и я поспешил за ней следом, намереваясь подобраться как можно ближе. Стражи рассредоточились по всей территории, но они были расставлены не для того, чтобы подслушивать, а чтобы сбить с толку двух злодеек, решивших покуситься на мой разум, сердце и свободу.
— Эртан… — его величество окликнул меня, одаривая довольной улыбкой.
— Ну как? — спросил я у него, отбрасывая все любезности в сторону, сейчас было явно не до них.
— Есть, — кивнул он, принимая важный вид, ведь за нами наблюдали все, кому не лень. — Мэйран подтвердил, — добавил он тут же. — Этот ребенок настоящий самородок. Боги, мне век не расплатиться за него перед Анастасией.
— Отлично! — облегченно выдохнул я. — И в чем заключается источник ее зла? — сменил тему разговора, не желая, чтобы его величество даже в разговоре касался иномирянки.
— Не поверишь, — хмыкнул правитель, скосив глаза на Ториша, который шагал в нашу сторону.
— Неужто то же кольцо? — вскинул я брови.
— Представляешь? — усмехнулся монарх. — У них напрочь отсутствует фантазия…
Я успел ранее обсудить с ним различные ходы, которые помогут избавиться от грязи в виде семейства Дорьен, точнее от его женской половины. В нее, конечно же, входила мать Оливии. Я был уверен, что она и раньше проворачивала подобные делишки с приворотом, а потом передала свои знания дочери, которая нацелилась на меня.
— Я поражен до глубины души, если честно, — правитель кивнул. — Получается, что отец Оливии тоже околдован…
— И я ему сочувствую, пусть и не сильно, — скривился я.
— Ну да, он не самый достойный из представителей сильного пола, — согласился со мной правитель. — Скользкий и увертливый, но даже в таком случае он не заслужил на протяжении стольких лет находиться под чужим воздействием.
— Мы освободим его. В данном случае лучше поздно, чем никогда, — вздохнул я. — Дядя приехал? — кинул главнокомандующему, оказавшемуся возле нас.
— Да, он уже среди гостей, — подтвердил Ториш.
— Хорошо, — прочистил я горло, испытывая нешуточное волнение. — Теперь нужно убедительно сыграть свою роль. Мать Оливии слишком умна, чтобы говорить лишние вещи в столь людном месте.
— Она живая, а живым свойственно совершать ошибки. Необходимо стремительное наступление. Она растеряется, не сможет ухватиться за нужную мысль, следовательно, выкрутиться тоже будет не в состоянии, — высказывал свою точку зрения правитель, пока в
