дефицит на посещение престижных московских театров, а при антикоммунистах театральные билеты стали продаваться совершенно свободно. Но разве театры увеличили пропускную способность своих сценических площадок? Нет. Разве люди стали лучше питаться? Нет, даже хуже. Улучшение качества жизни произошло за счет смещения приоритетов с билетов и продуктов на деньги. Были бы деньги, все можно купить. В действительности, если бы покупательная способность населения вернулась к уровню 80-х, магазины оказались бы пустыми за 2–3 дня, а театральные билеты снова стали недоступными для большинства.
Существует много способов отвлечения общественного сознания от опасных или трудноразрешимых вопросов, перемещая его в мир грез или менее значимых интересов. Одним из них служит организация войны. Этим механизмом объясняется, вероятно, что в наиболее бедном и воюющем Таджикистане демографическая динамика сохраняется самой благоприятной среди всех государств постсоветского пространства. Так же и в Грузии.
Примером управления «планкой» запросов служит технология проведения дефолта 1998 г., когда курс доллара сначала поднялся от 6 до 30 рублей, а затем опустился до 24 рублей. В результате общество с «облегчением вздохнуло», поскольку ему удалось стать беднее не в пять раз, а «всего» в четыре.
Народы, находящиеся на более низких уровнях информированности, не имеющие возможности сравнивать свои условия жизни с другими народами, менее требовательны. Наоборот, прогресс цивилизации подобен, по определению Шопенгауэра, соленой воде: чем больше пьем, тем сильнее жажда. В результате, качество жизни окажется тем ниже, чем при прочих равных условиях будут шире социальные запросы. Поэтому прибалтийские республики в бывшем СССР хотя и являлись богаче среднеазиатских республик, тем не менее имели в сравнении с ними худшие показатели качества жизни.
К тому же, люди способны управлять качеством жизни сугубо посредством волевых усилий, вопреки объективным обстоятельствам. Хорошо известна «улыбка Маззини», героини фильма Ф. Феллини «Ночи Кабирии». Пережив крушение всех своих стремлений, она в финальных сценах вдруг неожиданно распрямляется, улыбаясь вместе со слезами новой надежды. Так же и в России в 1995–1998 гг. наблюдалось значительное улучшение качества жизни (снижение смертности, убийств, самоубийств) на фоне ухудшения объективных социально-экономических показателей. Этот эффект можно ошибочно интерпретировать как результат адекватной политики властей, приведшей к улучшению условий жизни.
Следовательно, если снижение качества жизни однозначно говорит об ухудшении социальной ситуации, то его рост не всегда означает, что положение улучшилось. Поэтому «компас» правильного пути должен включать не только цель движения, но и средства ее достижения. Опыт показал пагубность большевистской установки, когда считалось, что «для достижения цели все средства хороши». Но столь же пагубно и меньшевистское утверждение, будто «цель – ничто, движение – все». При выработке правильного курса требуется учитывать оба компонента. Вместо метафизического «или – или» должно быть диалектическое «и – и». Только в совокупности они способны характеризовать истинное «благополучие народа».
Сказанное означает, что материальный достаток не исключается из показателей социального прогресса. Он обязательно должен учитываться, но не как цель, а как средство. При подобной постановке вопроса обнаруживается, что в одних ситуациях достаток полезен, а в других вреден. Подобное двойственное влияние экономических факторов на здоровье выявлено на материале мужского населения 23 развитых государств Европы и Америки. В зависимости от подушевого ВВП, страны были поделены на три группы: бедные, средние и богатые. При переходе от первой группы ко второй увеличение достатка оказывало благоприятное влияние на здоровье. Происходило значительное снижение смертности трудоспособного населения. Однако дальнейшее повышение благосостояния сопровождалось ухудшением здоровья и ростом смертности. Выявленный парадокс не имеет интерпретации в рамках классических медицинских теорий. Объяснение ему дает концепция духовной детерминации здоровья. В диапазоне от нищенства до умеренного благополучия повышение достатка оказывает позитивное нравственно-эмоциональное влияние. Это доказывается снижением самоубийств и убийств, что служит причиной уменьшения смертности. Здесь – «в деньгах счастье». Зато в диапазоне от умеренного благополучия до большого богатства увлечение «золотым тельцом» оказывается настолько сильным, что вызванные им страсть к наживе, агрессивность, зависть начинают преобладать над позитивным эффектом достатка. К тому же техническое совершенствование общества повышается быстрее его культурного и морального развития. Поэтому заполнить увеличивающийся досуг высококачественными интересами непросто. В результате деформированное сознание начинает негативным образом влиять на бытие. Повышаются самоубийства, убийства, сопровождаясь ростом смертности. Здесь уже «не в деньгах счастье».
Расчеты показывают, что качество жизни человека зависит от экономической составляющей примерно на 40 %. Остальные 60 % приходятся на нравственно-эмоциональную сферу. Данный вывод имеет широкое оптимистическое значение. В экологическом аспекте для достижения высокого качества жизни потребуется на 60 % меньшая нагрузка на природу, чем для достижения большого богатства. С гуманистических позиций мечта дожить до социального благополучия становится вполне реальной для большинства землян, поскольку потребует не максимальных уровней подушевого ВВП в 25–30 тысяч долларов, как у американцев или швейцарцев, а в 3–4 раза меньшие суммы, как у испанцев, англичан, голландцев.
Важно, что переход к более гуманной цели развития не потребует насильственного отказа от предыдущей. В силу большей привлекательности она вытеснит старую естественным путем. Прежняя приводила общество к социальной несправедливости и непримиримому противостоянию. Новая объединяет на справедливой основе подавляющее большинство народа: как индивидуалистов, так и коллективистов, монархистов и анархистов, славянофилов и западников. Это – цель, объединяющая всех.
Двуединая природа российского характера
Наиболее эффективным является такое лечение, которое учитывает индивидуальные особенности больного. Так и экономические реформы. Их нельзя навязывать сверху. Для восприятия нового как своего необходимо активное соучастие народа. В прикладной науке существует направление «эргономика», которая изучает и разрабатывает оптимальные формы и способы производственных процессов, орудий труда применительно к психофизиологическим особенностям работника. В указанном смысле правомерно говорить и об «эргономике реформ». С позиций эргономики реформ какой курс в наибольшей мере способен удовлетворить потребности российского характера в социальной справедливости и осмысленности жизни? Часть населения настаивает на возврате к доперестроечному социализму. Он характеризовался всесилием государства, господством плана, подчинением личных интересов общественным, уничтожением частной собственности на средства производства. Однако с середины 60-х и до середины 80-х годов, когда все перечисленное существовало, в стране нарастал системный кризис, сопровождавшийся снижением рождаемости, ухудшением здоровья, ростом убийств, самоубийств. В результате из-за 1,5-кратного увеличения смертности СССР потерял тогда погибшими и преждевременно умершими около 10 миллионов человек, то есть по 500 тысяч ежегодно.
Следовательно, ни капитализм, ни социализм в «чистом» виде не способны обеспечить необходимые условия для высокого качества жизни. Требуется принципиально новое решение. Кто его подскажет? У Запада нет ответа. Найти выход можно лишь после отказа от идеологических шор, мешающих трезвому анализу. В прежние годы идеологическое табу лежало на всем, что было связано с капитализмом, ныне – с социализмом. В результате по-прежнему господствует метафизический принцип «или-или» и отвергается здравый
