заклинаний.
Теперь в распоряжении Пончика имелись:
Исцеление. Уровень 1 (максимум).
Факел. Уровень 10.
Магическая ракета. Уровень 9.
Прыгун через лужи. Уровень 3.
Второй шанс. Уровень 5.
Исцеление тварей. Уровень 1.
Часовое утроение. Уровень 1.
Я и не подозревал, что Факел Пончика поднялся до десятого уровня. Обычно она включала его, как только мы покидали зону безопасности, и он осенял нас бóльшую часть дня. Она регулировала яркость на ходу, когда нам приходилось действовать скрытно, но я не задумывался. К тому же в большинстве помещений второго этажа имелся наружный свет.
– Ты соберёшь моё дерево? – спросила Пончик. – А может быть, и свечу зажжёшь? Мисс Беатриса зажигала свечи.
– Погоди минутку.
Мне вспомнилось, как Беа выходила из себя, когда Пончик приближалась к свечам. Она до паранойи боялась, что кошка загорится, и тем не менее держала в доме миллион свечей.
Мне ещё предстояло открыть мой собственный земной ящик, что я наконец и сделал. Как и у Пончика, у меня там было два отдельных предмета и Зелье увлечения.
Первым предметом оказался маленький кактус в глиняном горшке. Коротенький – сантиметров семь, квадратный, покрытый жёлтыми иголками. На горшке сохранился ярлык с ценой: $3.99. Из Home Depot[19].
Второй предмет – набор книжечек в мягкой обложке, обтянутой плёнкой.
– Бу-бу-бу-бу, – пробормотал я, вертя упаковку.
Коллекция произведений Луиса Ламура. Вестерны. У моего отца была целая полка этих книг. В детстве я тайком брал их по одной и прочитывал за ночь, прячась под одеялом с фонариком. Здесь их было восемнадцать, все из семейной саги о Сакеттах. Ни одной я не читал. Я отправил их к себе в инвентарь. У меня дрожали руки, но я не понимал почему.
Затем я рассмотрел кактус, не понимая, что с ним делать и почему мне его отправили. Оба подарка Пончика объяснимы: свеча – память о доме, кошачье дерево – радость.
Со вздохом я отправил растеньице в инвентарь.
– Хочешь приобрести новое увлечение? – обратился я к кошке без большой уверенности, что из этого вопроса выйдет что-нибудь путное.
– Давай, – отозвалась Пончик. Тело кошки сверкнуло на мгновение, после чего её мордочка сморщилась. – Скутеллифилия[20], – медленно произнесла она. – Не знаю… Я даже не знаю, что это означает. Звучит пакостно. Как у меня может быть навык в чём-то, о чём я ничего не знаю? Чушь какая-то. Бессмыслица.
Я издал смешок.
– Не знаю, Пончик, что тебе и сказать. Нас ведь предупреждали, что увлечение может оказаться какой-нибудь глупостью.
Я занёс зелье в хотлист и кликнул. Во мне прокатилась тёплая волна.
Вы приобрели навык!
У вас 3 уровень навыка Баскская пелота[21].
Вот и всё. Больше никаких объяснений.
Баскская пелота? Боевое искусство? Я взглянул на свои руки. Никаких изменений я не ощущал.
– У тебя тоже бесполезное зелье? – поинтересовалась Пончик.
– Не знаю, – сказал я. – Может быть.
Пончик была права. Глупо и бессмысленно то, о чём мы не знаем, что оно такое.
– Это похоже на щёлканье орехов твоими босыми ногами. – Пончик повернулась к Защитнику Бопка. – Гордо, дорогой, дайте мне, пожалуйста, грецких орехов. Они нужны для эксперимента.
Она захихикала.
– Конечно. Сию секунду, ваше величество.
Он скрылся в кухне.
Этот типус был даже раболепнее своих аналогов из других зон. Харизма Пончика взлетела ракетой к отметке в семьдесят. Мордекай говорил, что хотя её показатель сейчас представляется безумным, на нижних этажах нам понадобятся намного более высокие данные, чтобы просто держать голову над водой. При всего лишь трёх пунктах за уровень придётся сражаться за зелья, лут, бонусы и всё что угодно, лишь бы не уронить свои статы.
Поскольку Часовое утроение было одним из немногих заклинаний, которые действовали на территории зон безопасности, я заставлял Пончика тренировать его без устали. Теперь на восстановление одного пункта маны ей требовалось двадцать секунд.
Монго скоро привык иметь двух «часовых» друзей, которые появлялись из ниоткуда. Как только они возникали, он взвизгивал от радости и бежал к ним. Те два дракончика тоже подпрыгивали от возбуждения, и все трое принимались бороться, перекатываться друг через друга, сшибать стулья и скакать на столах. Маячившие над их головами подсказки не давали возможности определить, который из троих реален. Я быстро переставал отличать настоящего Монго и только ждал, когда другие двое испарятся. Монго с тоской наблюдал, как распадаются товарищи, после чего бежал к Пончику и начинал вопить, требуя, чтобы она вернула исчезнувших.
– Не думаю, что набираюсь опыта с этим заклинанием, – призналась наконец Пончик. – Я уже должна была подняться до второго уровня.
– Хм-м. Может быть, то, что практикуется в зонах безопасности, не засчитывается? – Я посмотрел на храпящего Мордекая. – Было бы неплохо, если бы мы могли у кого-нибудь спросить, – сказал я громко (до того я уже пытался разбудить Мордекая, но он не двигался, как каменный).
– Может, перенести его куда-нибудь, чтобы он не лежал в блевотине? – предложила Пончик.
– Может быть. Но мне не хочется опять к нему прикасаться. (Когда я в первый раз пробовал его разбудить, его хвост грозно поднялся мне навстречу, словно кобра.) Меньше всего нам нужно, чтобы какое-нибудь зловредное инкубское заклинание активировалось как раз тогда, когда у нашего наставника тайм-аут. К тому же что-то мне подсказывает, что сегодня у него было не первое в жизни родео.
Честно говоря, мне пока не хотелось собирать кошачье дерево Пончика, и я пообещал, что займусь этим ближе к вечеру. Так что, пока Пончик играла с Монго и его клонами, я немного позабавился со взрывчаткой.
Надо было бы заниматься этим у Стола сапёра: динамит был бы защищён от порчи, и, возможно, открылись бы другие пути работы с этим веществом. У меня появилась одна идея, но я временно от неё отказался. У меня имелся новый навык Хирург-бомболог, и даже при том, что он был
