семейный бизнес как юрист? — говорю я и даже не скрываю хищную улыбку. Она аж подаётся вперёд и почти захлёбывается воздухом. Малышка моя совсем не меркантильная. В глазах шок и страх. Не похожа на моих прежних женщин — те бы уже визжали от одной идеи.
— Нет! Я была бы твоим юристом и всё.
— Почему бы не быть и тем, и тем? — я лениво прижимаюсь спиной к креслу, но глаза не отрываю.
— Так не положено, — выдыхает она.
— Тогда ты не будешь моим юристом, детка. Жена мне нужнее.
— Я не твоя жена! — вцепляется в подлокотник.
— А чья? — спокойно спрашиваю.
Она замолкает. Смотрит упрямо.
— Ничья.
— Значит, будешь моей, — говорю тихо, так ровно, что её щёки заливает румянец. Ну ничего. Пусть привыкает. Я всегда получаю, что хочу. А хочу я тебя, моя маленькая.
— Нет, — выдыхает она, и глаза такие упрямые, что я почти слышу, как внутри у неё что-то скрипит от попытки держать этот нелепый «щит». — Пожалуйста, не настаивай.
Я смотрю на неё несколько долгих секунд. И уступаю. Сейчас.
Мне самому уже надоело с ней спорить о том, что и так давно решено. Она моя. Сколько можно ей это повторять? Любая другая ухватилась бы за эту возможность и уже выбирала бы себе платье... А эта спорит. Ну хоть не пытается переехать, как до этого.
Я чуть приподнимаю руку, будто собираюсь коснуться её щеки, но всё же не трогаю. Просто говорю ровно, но так, чтобы вбилось в память:
— Слушай меня внимательно.
Она замирает.
— Моё имя — Зэйлор Драк'Эйн из рода Т'арг. Запомни. Если так случится, что ты… хм… потеряешься, — я чуть склонил голову, глядя в её голубые глаза, где ещё тлеет это смешное «нет» — Скажешь первое, что нужно знать любому драгу: что ты моя невеста.
Она раскрывает рот, но я поднимаю палец и прижимаю прямо к ее губам.
— Не спорь. Это не игра. Это критично для твоего выживания.
Я смотрю в её большие, ещё настороженные глаза. Моя ведьма. Пусть дрожит сейчас. Главное, что она всё поняла.
— И не пытайся играть в гордую. Тебе даже в голову не приходит, что обычно делают с такими светлыми ведьмами, как ты, если у них нет защиты.
Она наконец-то кивает. Ну хоть в чём-то согласна. Моя упрямая светлая.
— Теперь о дочери, — говорю спокойно. — Она ходит в школу?
Аделина вдруг расплывается в какой-то странной, почти умилённой улыбке. — Ей четыре.
Я моргаю. — И?
— Она ещё маленькая, — хихикает тихо. Господи, это вообще не смешно.
— Я не разбираюсь в детях, — честно признаю. — Что значит маленькая? Где она должна быть? Ведьма закатывает глаза, будто я спросил что-то ужасно очевидное.
— Она ещё три года будет ходить в садик. Или сидеть дома.
— У неё уже проявляется магия? — уточняю я, щурясь. С маленькими ведьмами всё может быть.
— Нет.
— Значит, её можно спокойно отдать в наш детский садик. У драгов магия обычно просыпается к десяти годам. А у ведьм?
— К семи, — отзывается она.
Я киваю. — Хорошо. Я позвоню другу. У него есть ребёнок. Не помню, сколько ему лет, но он точно в этом разбирается. Или его жена.
Она фыркает и прячет улыбку в ладони. А я любуюсь. Вот просто сижу и любуюсь, пока достаю телефон и набираю друга.
— Чего? — отвечает он сразу, без приветствия. — Есть дело, — говорю. — Садик нужен. Для ребёнка. Нормальный, в нашем секторе.
На том конце пауза. — Ты рехнулся? С чего ты вдруг… У тебя что, ребёнок?!
Я закатываю глаза так, что меня слышно.
— Можно и так сказать.
Слышу, как он чуть не подавился. — Кто-то залетел? Если да, то сначала не сад нужен…
— Не начинай.
Я слышу, как он что-то бубнит жене. — Слушай, я в этом не разбираюсь. Моему уже пятнадцать, ему бы не в садик — а на подработку гнать.
Я почти слышу, как моя светлая смеётся сквозь ладонь, глаза у неё сияют. Я сужаю взгляд — ну-ну, смейся.
— Блин. Ладно, позовешь жену к телефону. Через секунду приятный женский голос: — Зэй, привет. Ты правда ищешь садик?
— Да. Можешь скинуть мне контакты?
Она смеётся и диктует адрес. Я быстро записываю в заметки.
— Спасибо. — Пожалуйста. Только… Зэй, а зачем тебе… — Не твоя забота. — Ладно-ладно.
Я сбрасываю вызов, смотрю на Аделину — она буквально светится от смеха.
— Что? — рыкнул я тихо.
Она поджимает губы: — Пятнадцать?
Я фыркаю и развожу руками: — Не должен я следить за чужими детьми. Зато адрес есть. Всё. Вопрос закрыт.
Спасибо звёздам, что они не стали выпытывать, зачем мне всё это. Объяснять, что драг вдруг возится с ведьмой и её ребёнком… Особенно, пока моя ведьма еще держит оборону. В общем, я подожду немного с объявлениями. Надену на нее брачный браслет и тогда уже поведу знакомить.
Глава 15
— Собирайся, — говорю ей спокойно, но твёрдо. — И ребёнка тоже. Поедем. Посмотрим этот садик.
Она кивает, всё ещё с этой едва заметной улыбкой. Не спорит. Не дергается. Просто разворачивается и выходит из кабинета. Я провожаю её взглядом. Долго. Смотрю, пока за ней не закрывается дверь.
Нда… Никогда меня ещё так не клинило. Эта ведьма. Глупая, упрямая, светлая до кончиков волос — и всё равно моя.
Но самое интересное — она не против. Боится? Да. Дрожит, колется, прячется за эти свои «нет». Но не убежала, не забилась в угол вся в слезах. Сидела здесь, смеялась с моих жалких познаний про детей. Почему-то именно этот её смех — самый светлый, самый тёплый — разогрел что-то внутри меня так сильно, что я едва не застонал вслух.
Вкусная такая. Запах магии, этот румянец. И задница… Боги, эта сочная задница, в которую мои руки уже врезались, и которая так идеально ложится под ладони.
Я провожу рукой по лицу и хмыкаю. Ну ничего. Скоро ты сама перестанешь бегать от меня… Наступит момент, когда ты со сладким стоном раздвинешь свои шикарный ножки и будешь стонать мое имя, пока я делаю тебя своей. А пока… садик так садик.
Аделина
Мы едем в этом его транспорте — странном, глянцевом, с мягкими креслами и идеальным климатом внутри. И Зэйлор, кстати, управляет им виртуозно. Я всё ещё не могу понять, как эта громадина не падает с этих парящих трасс. А он сидит расслабленный, смотрит вперёд, что-то быстро отстукивает пальцами по панели — и всё ровно.
Эви рядом — довольна как целое
