Читаем без скачивания «Если», 2011 № 12 - Журнал «Если»

Торговки уставились на него, как на психа, и вдруг дружно рассмеялись.

— Гостиницу ему! — проговорила одна, самая старшая, в выцветшей армейской панаме. — А еще казино с пляжем!

— Может, кто-то комнату сдает? — смутился Сергей.

— Может, и сдает, — с нарочитым равнодушием пожала плечами «панама». Она строго поджала губы. — Двести рублей! В день!

— Хорошо, пойдем, — поспешно согласился Гордин.

Женщина, радостная, что нашла постояльца, засуетилась и несколько потеряла лицо.

— Девчата, присмотрите, — кивнула она на свой товар.

Хозяйку звали Ниной Васильевной, и под жилье Сергею она определила небольшую светлую пристройку к дому.

Гордин, слушая ее наставления, внимательно осматривался.

— …Колонка напротив, воду — в бак. Помойка за сараем, здесь не сорить… Так ты из самой Москвы? А сюда каким ветром?

— Да так… — Гордин шевельнул плечами. — Дела. Я у вас недельки две поживу, ладно?

Он вдруг прислушался. Откуда-то доносился истеричный плач, переходящий в вопли и ругань. Причем плакал мужчина.

— Москвич, значит… — проговорила Васильевна. — Понятно. Под умывальник не мочиться, уборная во дворе. И музыку громко не включать. Дружков не водить, пьянство не устраивать.

— Ну что вы, я тихонько. Вы меня и не увидите.

— Посмотрим, какой ты тихий… Ладно, давай!

— Что? — удивился Гордин.

— Деньги давай!

— Конечно… — Гордин поспешно выудил из кармана стопку купюр и отсчитал за неделю. — Пока хватит?

— Хватит. Пошла я. Устраивайся.

Васильевна оценивающе оглядела Гордина и вдруг почти демонстративно проверила навесной замок на двери своего дома. Сергей усмехнулся и закатил сумку в свое новое жилище.

Усевшись на старенький, но еще крепкий топчан, Гордин задумчиво покачал в руке телефон. Наконец решился набрать номер.

— Ну, привет, — сказал он и невольно улыбнулся.

— Сережка, ты где? — голос Лены был чистым, отчетливым, словно она сидела рядом.

— Я в порядке. В хорошем месте, тихом. Потерпи еще чуть-чуть, ладно.

— Мне страшно. Вокруг дома какие-то ошиваются, в подъезде шуршат, в телефоне чего-то пищит. Я с ума схожу!

— А я тебе снова говорю: ничего не бойся. Ты им не нужна. Они меня ищут, а не тебя.

— Сережа… ну что ты натворил, скажи.

— Ничего плохого, можешь поверить. Потерпи, девочка. Скоро загранпаспорта будут, деньги есть. Все, как ты хочешь. Слушай, я долго говорить не могу…

Лена вдруг начала всхлипывать.

— Я спать ложиться боюсь.

— Не бойся ничего. На этот номер мне не звони, я все равно его выкину. Скоро сам с тобой свяжусь.

Гордин отключил телефон и сразу разобрал его, рассовав детали по карманам сумки.

Посидел немного с закрытыми глазами, наслаждаясь отдыхом и долгожданной тишиной.

Потом подошел к маленькому мутному зеркалу и задрал рукав рубашки, осматривая кольцеобразный шрам над локтем. Потрогал его, помял, потер. Боли уже не было, но остался небольшой зуд.

Гордин прикрыл глаза, сосредоточился, выбросил из головы все лишние мысли…

Через секунду шрам начал испускать красноватый свет, едва различимый в полумраке комнаты.

Сергей протяжно выдохнул и натянул рукав обратно.

— Ничего, — прошептал он. — Все получится…

Гордин проснулся необычайно рано, сам, без будильника, и сразу выбрался во двор — послушать утреннее пение птиц и вдохнуть чудесный тонизирующий воздух.

И вдруг он отчетливо ощутил чей-то пристальный взгляд. Повернул голову — с соседнего участка сквозь забор на него смотрел человек со странно знакомым лицом.

На человеке были тельняшка и серые спортивные штаны, он брился.

«Вчерашний милиционер, Михалыч», — вспомнил Гордин, и сердце ёкнуло.

— Здрасьте, — пробормотал он.

Майор бросил на плечо полотенце и подошел к забору, не выпуская из рук бритву в комочках пены.

— А я тебя где-то видел, — проговорил он.

— Так вчера же…

— Ах, точно! К Васильевне в гости, что ли?

— Просто угол снимаю.

— Интере-есно. Никак турист?

— Ну, вроде того… — Гордин неопределенно повел плечами.

— У нас тут туристов сроду не водилось. Рыбаки — те приезжают. Но ты вроде не рыбак.

Майор, как и вчера, потер шею и поморщился.

— Почему… я рыбу люблю, — глуповато улыбнулся Сергей.

— Не-е… ты не рыбак. А ну, принеси-ка паспорт.

— Зачем? — опешил Сергей. — Я же вчера…

— Неси, говорю. А может, ты в розыске. Не работаешь, прячешься… Видали мы таких туристов.

Михалыч насмешливо посмотрел, как Гордин бредет за паспортом. Получив документ, он по-простому поплевал на пальцы.

— …А то был тут один такой. Тоже турист. Отдохнуть приехал. А сам снял избу и чернягу там варил. Ну, мы ему оформили путевочку. Сейчас под Нижним Тагилом отдыхает…

— Дан же…

— Гордин Сергей Леонидович, — строго прочитал майор. — Место рождения — Москва. Восемьдесят шестого года. Запомню, запомню… На таких туристов и запрос в область отправить не жалко.

Михалыч вернул паспорт и отправился продолжать бритье. У Гордина в груди бешено колотилось сердце. Он совсем не ожидал, что встрянет в проблемы вот так — глупо и моментально.

Надо было что-то предпринять, причем срочно.

— А не подскажете, где тут больница? — крикнул он вслед майору.

— Захворал, что ли?

— Да нет! Я же насчет работы приехал…

Михалыч снова бросил свое бритье и с живым интересом посмотрел на Гордина. Даже подошел на пять шагов.

— Работать? Сюда? Из Москвы?

— Ну да, — торопливо заговорил Гордин. — В мединститут поступать хочу. А для этого стаж нужен.

— Стаж? Здесь? — Майор был озадачен. — А в Москве что, больниц не осталось?

— Так после села поступать легче — направление, квоты…

— Хм… А что-то ты староват для студента. В армии служил, что ли? Или в бегах? — Михалыч усмехнулся.

— В медухе учился. Фельдшер я.

— Ну ладно, поехали.

— Куда? — удивился Сергей.

— У меня свояк — главный врач. Подвезу, заодно и познакомлю.

— Так выходной же!

— Это у вас в Москве выходной. А здесь люди работают.

Ветхое краснокирпичное здание больницы наполовину утопало в крапиве и лопухах. Во дворе гуляла стайка кур, между старыми яблонями сушилось на веревках белье.

Главврач стоял здесь же, во дворе — он руководил действиями дворника, который спускал с крыши обломанный лист шифера.

— Ну, давай! Аккуратно, говорю! Стекла побьешь — из зарплаты вычту.